Развод. Я больше тебе не принадлежу

18 глава

Пять дней спустя.

___

Восьмое сентября. Понедельник. День, когда мой муж увезет нашу среднюю дочь в Ставрополь... точнее, думает, что увезет.

Потому что я ему не позволю.

Внешне – подчинилась, покорилась, даже достала чемодан Эммы и начала собирать ее вещи...

Самой Эмме пока ничего не сказала.

Потому что если сказать, что отец отправляет ее в закрытую школу, а я никак не вступилась и не защитила, она испугается, а еще признает меня предательницей.

А если сказать, что я придумала план, как уберечь ее от этого, может случайно проговориться раньше времени.

Вот и молчу. Коплю силы на наш совместный с девочками побег, и на самом деле не только вещи Эммы собираю, но и Марты, и свои тоже.

Потому что нельзя, ну никак нельзя терпеть это...

Я честно думала, что надо подождать несколько месяцев, найти нормальную работу, подкопить денег, чтобы не лишать детей привычного им комфорта, привычного им уровня жизни, близости школы и кружков...

Но это скоропалительное и совершенно безумное решение Карла – отправить Эмму в закрытую школу в Ставрополе, чтобы сделать из нее послушную, читай, удобную дочь, – стало для меня настоящим водоразделом.

Не его измены.

Не то, что он притащил любовницу прямо в наш дом и на нашу кухню.

И даже не то, что он пытался выдать Катарину замуж... потому что без ее согласия и без ее подписи никто бы им в ЗАГСе штампы не поставил.

А именно это – то, на что мне никак не повлиять.

Ведь если Эмма останется в нашем доме, в понедельник ее отец просто выведет из гаража автомобиль, закинет туда дочкины вещи и саму дочку и поедет в Ставрополь, и плевать, что Эмма будет рыдать и вырываться, и плевать, что я буду сопротивляться... не поможет. Разве что Агнесса Генриховна мне волосы повыдирает. Уверена, я даже знать не буду ни адреса, ни названия этой школы. Даже забрать ее не смогу. И это страшно.

Сегодня шестое, суббота.

И вот уже четыре дня я работаю.

Мою полы в многоквартирном доме в центре города.

Ухожу из дома после Карла, прихожу до его возвращения, говорю, что ездила по делам... благо, дел всегда много, особенно в начале учебного года: докупить канцелярию, подшить школьную форму девчонкам, оформить справки, записаться к врачам... думаю, он ни о чем не догадывается.

Конечно, я была наивна, надеясь, что меня быстро возьмут по профессии.

А вот уборщицей взяли сразу... и мне не стыдно, любая работа хороша, особенно когда так нужны деньги.

Управляющая компания пошла мне навстречу – я честно рассказала им свою историю, – и после трех дней работы мне выплатили аванс за три недели: двадцать пять тысяч рублей.

Из них на пятнадцать я уже сняла квартиру, куда мы с детьми переберемся в ночь на понедельник.

Вчера и сегодня я уже отвезла туда часть наших вещей, чтобы потом не было слишком большого багажа.

Квартира, конечно, совсем не похожа на наш роскошный двухэтажный дом с бассейном.

Старенькая, давно облупившаяся пятиэтажка, уставший советский ремонт, всюду ковры и пыль, площадь маленькая, мебель и техника на ладан дышут, все трубы и кабели наружу, лампочки без плафонов... ужас, да и только.

Детям не понравится.

Я и сама не в восторге, но утешаю себя тем, что это – лишь первый наш шаг к свободе... дальше будет лучше, надеюсь.

И лучше так, чем распрощаться с дочерью на весь учебный год. И у нее, и у меня будет по психологической травме. Кому это надо?! Никому. Я свою дочь предавать не буду.

Из плюсов этой квартиры – школа недалеко. Придется, правда, пешком двадцать минут идти, но иначе никак. Либо можно на автобусе, но это, опять же, деньги... А их у меня и так-то всего десять тысяч осталось, и я понятия не имею, как на них жить и питаться...

Но, как говорится, голь на выдумку хитра... как-нибудь справимся.

Мы собираемся на ужин. Я, Эмма и Марта, Карл и, конечно, Агнесса Генриховна. Она у нас в каждой бочке затычка. Даром, что своя территория есть, все равно постоянно на нашей ошивается, правила свои диктует...

Странно, что я столько лет и это тоже терпела: постоянное присутствие свекрови.

Сначала, вроде, неприлично было ее гнать.

Потом дети маленькие появились, она помогала.

А теперь, когда помощь не нужна, она просто привыкла рядом торчать, следить за всем, контролировать... прямо как ее ненаглядный сынок.

Вот и сейчас она только и успевает раздавать свои ценные указания:

– Опять, беспутая, шафрана пересыпала! Вечно у тебя так: то пересыпаешь, то недосыпаешь! Что такое золотая середина, тебе не понять! Эмма, ешь фрукты! И яблоки тоже ешь, они полезные! Что значит, не нравится?! Зато там знаешь, сколько железа?! Марта, выпрями спину! Ты ведь не горбун из Нотр Дама! Девочка должна быть изящной!