Развод. Я больше тебе не принадлежу

21 глава

– Наверное, это папа... а значит – нам конец! – громким шепотом говорит Марта, до боли вцепляясь в мою ладонь.

Эмма, которая стоит на другом конце коридора, смотрит на меня с тем же выражением лица: мама, все пропало, прости, я подвела нас, я все испортила!

Но нет, на самом деле все испортила я.

Мне стоило прийти к ней до того, как пришло время убегать, мне стоило поговорить с ней, утешить, объяснить все...

Но я побоялась, ждала, пока свекровь уйдет в свою часть дома, а муж займется любовницей... дождалась, блин.

Что теперь делать?!

Надо соображать, и побыстрее!

А что, если... что, если сказать Виктору Борисовичу, отцу Зои, правду?! Ну... почти правду. Немного преувеличенную, чтобы уж наверняка.

Да, рискну.

Как только эта мысль появляется в моей голове, я обращаюсь к хозяину дома и сразу выпаливаю:

– Мой муж меня бьет. Не открывайте ему дверь, умоляю.

Эмма и Марта смотрят на меня с ужасом – мне кажется, они не понимают, вру я или их отец реально поднимает на меня руку, пока их нет рядом, – но я объясню им все позднее.

Пока главное – обеспечить себе и детям безопасность.

Вот только Виктор Борисович смотрит на меня с подозрением:

– Что значит, бьет?! У вас же четверо детей...

– Он был таким не всегда, – говорю я. – Прошу вас, просто...

– Нет, – мужчина качает головой. – Я позвонил Карлу Леопольдовичу – и он приехал, что я теперь ему скажу?! Что его дочери у меня нет?!

– Скажите, что я приезжала и уже забрала ее.

– Ну нет, это...

Звонок в дверь повторяется, мы все вздрагиваем, и вдруг из спальни выходит Вера Альбертовна – мама Зои. Она, судя по всему, спала.

– Что здесь происходит?! – спрашивает женщина сонно.

– Вера Альбертовна! – я сразу бросаюсь к ней и цепляюсь за нее, как за спасительную соломинку. – За дверью мой муж. Прошу вас, скажите, что я уже забрала Эмму, и мы уехали. Он не должен нас здесь увидеть.

– Почему? – она смотрит на меня удивленно, но реагирует более эмпатично, чем ее муж. Женская и мужская солидарность во всей красе.

– Она сказала, он ее бьет, – говорит Виктор Борисович все так же недоверчиво.

– Что за... это правда?! – ужасается Вера Альбертовна.

– Да, – киваю я, и тогда она, моментально сбросив сон, меняется в лице, командуя мне нам с девочками:

– В комнату! Все! Быстро! И свет там выключите!

Я тащу дочерей за собой, и мы прячемся в одной из комнат.

Сев на пол возле двери, я слышу, как Вера Альбертовна и Виктор Борисович открывают дверь и впускают Карла.

Потом с замиранием сердца слушаю их диалог.

– Где Эмма?! – с порога спрашивает Карл. По голосу ясно, что он в бешенстве, а еще очень запыхался. Оно и неудивительно: пришлось ведь слезать с любовницы и мчаться сюда.

– Здравствуйте, Карл Леопольдович, – отвечает ему Вера Альбертовна. – А вам жена еще не позвонила? Она забрала девочку минут пять-семь назад...

– Что?! – рычит Карл. – Я же говорил, что сам приеду!

– Мы подумали, что вы послали жену, – виновато объясняется Вера Альбертовна.

– Да-да, – вторит ей Виктор Борисович, и я с облегчением выдыхаю. До этого момента думала, что он нас сдаст.

– Твою мать! – рявкает Карл и, не прощаясь, выбегает из квартиры.

Дверь закрывается, и мы с девочками выходим в коридор.

Я начинаю благодарить наших спасителей.

Виктор Борисович при этом довольно быстро уходит в спальню, оставив «девчачьи дела девчонкам», а Вера Альбертовна – она позволяет называть себя просто Верой, – начинает расспрашивать, нужна ли нам какая-нибудь помощь.

– Нет, спасибо, – говорю я. – Вы и так сделали для нас очень много!

– Можете переночевать у нас.

– О... спасибо! Но я уже сняла квартиру, а внизу нас на платном ожидании дожидается такси.

– Немало там уже набежало, наверное.

– Да, немало... так что нам пора. Еще раз огромное спасибо, что не выдали нас!

– Может, вас проводить до машины? Вдруг он еще там?

– Да, если можно, я была бы благодарна!

В итоге, мы выходим из квартиры большой компанией: я, Эмма, Марта, Вера и Виктор Борисович, который ворчит, но все же соглашается помочь.

Озираемся на каждом шагу и боимся наткнуться на Карла.

В подъезде – никого.

Снаружи – никого, вроде бы.

Добираемся до машины.