Развод. Я не смогу простить(ся)

Глава 5

— Сонь, я честно на этот счёт ничего тебе сказать не могу, — голос тётки в трубке звучит похоронно.

Моё и без того плачевное состояние по крутой спирали стремительно летит вниз, в глубины кромешного ада.

— Я покупаю билет, — мой голос дрожит и ломается. — Завтра после обеда буду у вас. Как думаешь, она…

— Всё будет в порядке, — заверила меня тётка. — Ты сама приедешь или с мужем? Оксану захватишь?

Стискиваю зубы так, что боюсь, они вот-вот раскрошатся.

— Сама приеду, — выдавливаю из себя, а внутри буквально корчусь от небывалого напряжения.

Я не могу сейчас всей правды ни тётке сказать, ни тем более бабушке.

Анастасия Сергеевна нас вырастила, на ноги поставила. Наших с Оксаной родителей не стало, когда мне было пять, а ей всего два года. Автомобильная авария. У старенькой «Лады», доставшейся отцу от его отца, отказали тормоза.

В общем, важно не это, а то, что бабушка с тех пор заменила нам и мать, и отца. Кормила, обувала и одевала до тех пор, пока я не доучилась до второго курса и не нашла себе подработку.

Но такие усилия не могли не сказаться на её здоровье. А сердце у бабули всегда было слабым. Окружающие часто удивлялись, как она со своим слабым сердцем вообще нас двоих потянула. Советовали даже одну из нас отправить в интернат.

Бабушка не согласилась. Хотя сейчас я и не знала, может, было бы лучше, если бы нас с сестрой в какой-то момент жизнь действительно развела по разным углам. Кто знает. Может, случись это, мне не пришлось бы проходить через то, через что я сейчас проходила.

После разговора с тёткой я онлайн заказала билет на завтрашний самый первый автобус до нашей провинции. На месте ещё такси вызвать придётся, чтобы добраться до посёлка. Но это уже несущественные мелочи.

Мои заботы тут же отодвинулись на второй план, и я даже вздрогнула о неожиданности, когда спустя какое-то время во входную дверь флигеля постучали.

Господи, только бы не муж со своими серьёзными разговорами. Этого мне только сейчас не хватало!

Но кто бы сверялся с моими желаниями…

— Мне сейчас некогда с тобой говорить, — объявила я и собиралась снова захлопнуть дверь, прямо у него перед носом.

Но Умаров и не подумал мириться с моим самоуправством. Оттолкнул закрывающуюся дверь от себя и по-хозяйски переступил порог флигеля.

— Так, ясно. Цирк продолжается, — проговорил он устало. — У меня сегодня был очень сложный и длинный день, Софья. Поэтому я не собираюсь ещё и твои капризы терпеть…

— Бабушка при смерти! — гаркнула я. — Поэтому выметайся. Никаких разговоров у нас с тобой сегодня не будет. И мне плевать, что там у тебя был за день!

В ответ на моё гневное объявление супруг округлил глаза, но после этого тут же помрачнел.

— Как ты узнала?

— Тётка Антонина мне позвонила. Я купила билет и завтра еду в Андреевку. Нет у меня сейчас никакого желания продолжать с тобой отношения выяснять!

Да и не в желании, конечно, дело. Сил у меня не было. Ни сил, ни выдержки, ни нервов достаточно для того, чтобы вынести новый раунд. Я сейчас вообще ни о чём другом не могла больше думать.

— Билет? А на черта ты билет покупала? Могла же мне сообщить, я бы авто с водителем дал.

— После того, что ты мне устроил, о помощи тебя просить? — прошипела я, не веря тому, что ему вообще пришла в голову подобная мысль. — Да я видеть больше тебя не могу. Не то что с тобой разговаривать!

— Даже ради своей бабушки? — цинично поинтересовался Ярослав. — Иногда, Софья, ради высшего блага приходится через своё эго переступать.

— Не тебе раздавать такие советы!

В ответ Умаров лишь плечами пожал, мол, смотри сама, ни на чём не настаиваю.

— Ты Оксане уже сообщила?

— А кто такая Оксана? — прищурилась я.

Умаров моргнул, а потом поморщился.

— Серьёзно? Думаешь, сейчас самое время в эти игры играть?

— Я никакой Оксаны не знаю и знать со вчерашнего дня не хочу, — отчеканила я. — Если тебя так заботит её осведомлённость, можешь поставить её в известность сам.

Если бы завтра кто-нибудь из родственников предметно поинтересовался, почему я приехала без сестры, я легко объяснила бы это тем, что не дозвонилась. Пока никто из них и знать не знал, что мы с Оксаной оказались связаны куда теснее, чем мне когда-либо хотелось.

Умаров какое-то время помолчал, а потом заявил:

— Я тебя, конечно, задерживать не собираюсь. Раз такое дело, то поезжай. Договоримся обо всём, когда вернёшься.

Я ничего не стала ему отвечать. Но очень надеялась, что обстоятельства заставят меня задержаться в бабушкином доме надолго. Я планировала ухаживать за ней так долго, как этого потребует её состояние. А это может затянуться на месяцы. Ну или я сама затяну.

Стукнет Умарову в голову решить всё поскорее, пусть сам ко мне приезжает. Ну или Поезжайприсылает своих адвокатов. Совсем не удивляюсь, если он именно так и поступит.