Развод. Я не смогу простить(ся)

Глава 20

— Оксан, что ты творишь? — Ярослав смотрел на неё через стол.

Поначалу он даже не собирался затевать разговор. Неожиданный визит бывшей жены всколыхнул было в нём желание честно разобраться в ситуации, но это состояние продлилось недолго. Видимо, поначалу его проняла реакция почти бывшей супруги.

Он, если честно, и не припомнил бы, когда видел Софью в таком состоянии. Вообще он всегда считал её неконфликтной и очень покладистой. Но, видимо, его связь с Оксаной, расцененная ею как предательство, что-то такое в ней разбудила.

Умаров такого поворота не ожидал. Он-то как раз рассчитывал на то, что с женой разведётся тихо, быстро и без лишних телодвижений. А выходило с точностью до наоборот — ситуация заставляла его слишком много внимания уделять личной жизни. Которая, как оказалось, затрагивала теперь и работу.

— А что я творю? — Оксана нанизала на вилку морепродукты и отправила их в рот. — Я всего лишь хотела бабуле помочь. Софья вокруг неё кудахчет, словно наседка. Что она строит из себя опекуншу?

— Тебе какое до этого дело? Твою-то мать, я думал, после моего объявления о разводе мы мирно разойдёмся в разные стороны и никаких скандалов не будет. Вместо этого что ни день, то скандал!

— Яр… — Оксана скуксилась. — Ну не кричи только, а? Ну я же не знала, что Соня будет на всё так остро теперь реагировать. Ну правда! Я думала, она по-быстрому соберёт свои вещички и скроется. А она как будто воевать собралась. Я сама не понимаю, что на неё нашло.

На неё ничего не нашло. Ей было больно. И Умарову не нравилось, что он слишком хорошо понимал чувства жены. Хотя тут бы только слепой и глухой не понял — у неё же на лице написано. В каждом жесте сквозит желание их обоих за такое предательство придушить.

Приходилось признать, что Умаров не рассчитал интенсивность реакции. Или просто надеялся на то, что супруга так же устала и разочаровалась в их отношениях, как и он. Что, может, ей тоже хотелось бы что-то поменять в этой жизни.

— Вопрос не в том, что на неё нашло. Вопрос в том, что нашло на тебя, — процедил он. — Мы вроде бы договорились, что ты не касаешься больше никаких вопросов, связанных с наследством твоей бабки. Отстань от неё. Отстань от сестры.

— Я соглашалась на это, когда не знала всех подробностей, — возразила Оксана. — А потом от бабули узнала, что ей по поводу продажи земли позвонили. Одно за другим и потянулось. Потом я узнала, что как раз этим участком наша дочерняя фирма занимается. Кто там руководитель?.. Краснов? Виталий Краснов, насколько я помню. Почему ты мне не сказал, что именно вы на том участке хозяйничаете?

— Потому что я сам подробностей сделки не знал. Не вникал. Мне не до этого было. Краснов мне слал отчёты, мол, процесс идёт, всё в порядке.

Сейчас это звучало так, будто он пытался своё неведение оправдать, и его это злило. Он не обязан влезать во все подробности ведущихся работ, если это не требуется. Для этого в дочерней фирме есть свой руководитель, он за процесс и отвечает.

— Соня, получается, тебя во всём обвинила? — Оксана бросила на него взгляд исподлобья. — Ты же сказал, она потребовала к ним с ба и на пушечный выстрел не приближаться.

Он не стал уточнять. Какая разница, чего требовала Софья, если выполнить эти требования всё равно не представлялось возможным? Никто не собирается сворачивать проект строительства целого торгового центра и уж тем более как-то его переиначивать ради одной «маленькой, но гордой птички».

Ярослав понимал, что сегодняшний демарш — это выплеск эмоций. Более того, решение по этому вопросу выносит собственница участка, а не её разъярённая внучка.

Умаров уже давно связался с Красновым и попросил его решить вопрос со всей возможной деликатностью. И даже если Софья в итоге снова явится, как мстительная фурия, к нему на порог и объявит, что в случае чего разыграет последнюю отчаянную карту и решит в отместку раздуть какой-то скандал вокруг их развода… даже в этом случае он не отступит. Строительство продолжится, и его никто уже не свернёт.

— Самое главное, — многозначительно ответил он, — что я прошу тебя к ним на пушечный выстрел больше не приближаться. Оставь их в покое. Мои люди разберутся и с вопросом продажи земли, и с вознаграждением для твоих родственниц. Ты меня поняла?

Оксана поджала губы.

— Мне не нравится, что Сонька всеми силами пытается выпихнуть меня из жизни ба. Вообще-то я её внучка, она меня любит. И я уже говорила, что я имею право на часть наследства. А если это будет не участок и дом, а деньги — тем лучше. Так даже удобнее.

— Мы закрыли эту тему и больше не будем её понимать, — отрезал Умаров. — Если ты не понимаешь русского языка, то я переведу. Либо ты оставляешь их в покое и переключаешь всё своё неуёмное внимание на новую жизнь, на жизнь вместе со мной и тогда ни в чём не будешь нуждаться, либо ты продолжаешь свои бесполезные склоки с роднёй и нас с тобой больше ничего не связывает.

Оксана уставилась на него с откровенно ошарашенным видом:

— Ты… ты бы из-за этого со мной и правда порвал?

— Я бы и за меньшее с тобой расстался, — припечатал он. — Мне нужна послушная, понимающая, заботливая спутница, а не склочное создание, не успевшее как следует повзрослеть и вырасти из своих детских обид. Теперь, надеюсь, ты чуть лучше меня понимаешь?