Развод. Я не смогу тебя простить

Глава 5

В результате Линда выходит нас встретить, оплачивает машину.

– Прости пожалуйста, – мне ужасно неловко перед подругой. – Надо будет первым делом разобраться с картами. Ничего не понимаю…

Девчонки начинают визжать, бросаются к Линде обниматься.

Она меня даже не слушает. Радуется девочкам.

Выходит помощница по дому, высокая, бывшая баскетболистка, ширококостная и в то же время худая. Слава очень своеобразная, у Линды она давно. Шесть лет. Помогает по дому, выполняет все функции, от горничной до охранника. Бывшая спортсменка, она получила серьезную травму. Была моей пациенткой. Потом я направила ее к Линде. С тех пор Слава работает у моей подруги, и ей нравится. Она не очень социальная. Не любит людей, но к нам к счастью это не относится.

И она тоже очень нравится моим дочкам.

Вроде бы, все довольны. Общаются, смеются. Подруга накрыла на стол, тут не только устрицы, полно деликатесов. Вручила девочкам подарки, они порадовались, быстро перекусили, а потом они вместе со Славой рванули в бассейн, на цокольный этаж, оставив нас вдвоем.

Я неспешно потягиваю “Вдову Клико”. Линда же к моему удивлению пьет свежевыжатый сок из апельсина и сельдерея.

Только не понимаю вкуса дорогого напитка. Мне бы, наверное, сейчас любая сивуха зашла.

– Не понимаю, как так, – произношу тихо. – Чего ему не хватало? – произношу вымученно.

– Ты правда хочешь услышать ответ? Он банален, – вздыхает Линда.

– Новизны, – сама отвечаю.

– Это очевидно. На этом все и срезаются. Даже самые верные.

– Он должен был мне сказать! Она моя пациентка!

– Тут, конечно, он перегнул. Омерзительный поступок.

– Я такой оплеванной себя чувствую! Она ко мне ходила постоянно. С каждой коликой обращалась. Я еще сочувствовала ей. Первая беременность, думала слегка на гормональном фоне мозги расплавились. А она просто издевалась надо мной. И знаешь, сейчас начинаю вспоминать, анализировать… Она все время моей семьей интересовалась. Девочками, мужем. Спрашивала что любят мои дети, от еды до сериалов! Про мужа тоже разные подробности! – у меня волосы начинают на голове шевелиться!

– Она конечно больная на всю голову, – вздыхает Линда. – Мне даже жаль твоего Вознесенского.

– Он знал, что эта баба у меня в пациентах, понимаешь?? Знал!!

– Может он ничего не мог сделать? Никак повлиять. Что взять с упрямой дуры? Знаешь что, нам сейчас лучше подумать об адвокате. Очень хорошем. Прямо тигра саблезубого тебе надо.

– Зачем? Георг сам подаст на развод. Он так сказал, – отмахиваюсь. – Мне ничего от него не надо.

– А опека?

– Думаешь, он попробует отобрать у меня Настю? Она взрослая, тем более Влада. Ну и не настолько он придурок. Да и не нужны Светлане мои девочки. Она ему сына родит.

– Не будь такой беспечной, Елисеева! Уже была, хватит! – возмущается Линда. – И карты твои заблокированные мне не нравятся. Так, я завтра посоветуюсь с одной приятельницей. Она кучу юристов знает. Так что поможет самого зверя подобрать.

– Хорошо, я не буду с тобой спорить, – вздыхаю. – Ты права, про карты мне тоже не нравится. Там внушительная сумма была. Я хотела с девочками на Бали слетать, на месяц. Мы давно об этом мечтаем.

– Идея неплохая. Вот закончишь все и отправитесь обязательно в путешествие.

– Я еще думаю, как маме скажу, – признаюсь удрученно. – Она всегда боготворила Георга. Представляю, что будет.

– Что?

– Скорее всего, обвинит во всем меня.

– Да нет, разве так может быть? Не преувеличивай.

Мне действительно страшно представить разговор с мамой. Она всегда обожала моего мужа. Гордилась, что я замужем за светилом медицины.

Маму я люблю очень, но иногда мне сложно с ней общаться. Она на своей волне, и ей ничего не докажешь. С папой было куда проще, но он умер семь лет назад. Я безумно по нему скучаю.

– Ладно, а что с работой думаешь делать? – переводит тему Линда.

– Это самый острый вопрос, – тру виски. – Я не представляю. Сразу точно уйти не смогу. У меня пациенты. Если только перевести их за собой. Но это стресс…

– Как всегда только о других думаешь.

– Ну а как иначе? Я не могу сорваться с места и подвести людей, как бы противно мне ни было. Но напишу заявление, что уйду скажем через три месяца. Предупрежу всех, будет время найти мне замену.

– У тебя синдром гиперответственности.

– А ты хоть иногда выключаешь психолога?

– Уела. Делай как знаешь.

– Мы точно тебя не напрягаем своим присутствием?

– Елисеева, вот чтобы такого я больше не слышала, поняла? Я наоборот, счастлива, что вы здесь.

– Ты всегда любила одиночество.

– Да, но дом такой огромный, что поверь, мне его достаточно. А вообще, я про ЭКО думаю.

– Что?? Ты созрела?

– Я хочу ребенка, Ален. Очень.

Остаток вечера я слушаю подругу. Она изливает мне душу. Рассказывает, как пыталась построить отношения, влюбилась. И все оказалось лишь призрачной сказкой. Мужчина растворился с крупной суммой денег.

Вот что происходило с Линдой последние полгода, пока я закопалась в работе и бытовых неурядицах, делала ремонт в гостиной, выбирала новую мебель в комнаты девочек. Линда предлагала встретиться, но у меня никак не получалось.

– Я сейчас такой сукой себя чувствую.

– Прекрати. Я знаю, что если бы позвала, ты бы сорвалась ко мне.

– Обязательно…

– Ну и все. Я тоже тогда в себя ушла. Никого не хотелось видеть.

– А Ольга, Надя – были в курсе?

– Только Ольга. Она мне очень помогла.

Это еще две наши общие близкие подруги.

– Хорошо, что хоть Оля, – все равно мне не по себе ужасно.

– Я тогда в ее салоне кучу денег оставляла. Хотела быть максимально красивой, – ухмыляется Линда. – Все, мои проблемы позади, я справилась. Сейчас готовлюсь стать матерью одиночкой. Скоро вторая подсадка. Первая была неудачной. С твоими проблемами мы тоже обязательно разберемся. Выше нос, Елисеева.