Развод. Я (не) верю в любовь

Глава 2

— Развод? — рассмеялся Гордеев. — Ты так не шути, Катерина.

И вот это оказалось настоящим унижением для меня.

Он посчитал, что я блефую?

— С чего ты решил, что я пошутила? Гордеев, Я с тобой развожусь.

И лишь произнеся эту фразу, я почувствовала неотвратимость сказанного. Это ведь действительно не пустая угроза, не попытка его удивить, припугнуть. Я действительно с ним развожусь. Я не позволю ему топотаться по мне, да ещё при этом и насмехаться над моими попытками прекратить этот фарс!

— А дальше что будешь делать?

— В смысле? Жить буду дальше. А ты что решил, что за границами нашего брака жизни больше не существует?

Он, кажется, только сейчас стал понимать, что я упираюсь не из чувства противоречия и не из желания ему насолить. Я действительно серьёзно настроена.

— Катерина, ну не дури. У тебя всё есть для сытой, комфортабельной жизни. Чего ты дёргаешься, я не пойму. Какая-то пустая интрижка так тебя разозлила, что ты готова разрушить себе всю жизнь?

— Себе? Так не я её разрушила, Гордеев! Или ты думаешь, что я мыслю под стать тебе? Что мне всё надоело, и я превратилась в кусок камня без сердца? Так не суди по себе! Я до сих пор чувствую и мне до сих пор не всё равно, потому я с тобой и разведусь! Смотреть на то, как ты с другими бабами развлекаешься, потому что наша любовь давно превратилась для тебя в пережёванную жвачку? Нет, спасибо! Я не настолько не уважаю себя, чтобы это торпеть!

Гордеев смотрел на меня какое-то время, будто взвешивал на невидимых весах степень искренности моего пламенного монолога. Видимо, таки посчитал, что я действительно не шучу.

— Слушай, мы с универа вместе, мы двух дочерей вырастили и в жизнь отправили, дом построили и не один. Всё есть, всего в достатке. Даже с излишком. И ты до сих пор готова цепляться за сугубо совместное? Ты никогда не хотела хоть чуточку пожить для себя?

— Что?..

Я пыталась объять мыслью услышанное, но впечатление было такое, будто муж вдруг заговорил со мной на тарабарском зыке. На языке, которого я не знала и не понимала. Которого я не слышала никогда!

— К-как ты вообще к такому пришёл?.. Когда, Андрей? Когда в тебе такие мысли-то поселились?

Супруг смотрел на меня с непроницаемым видом.

— Слушай, не пытайся всё выставит так, словно я для тебя сделал какое-то открытие. Не знаю, когда я к этому пришёл. Это процесс. Это не за один день и не по щелчку пальцев случилось. Просто это жизнь, Катерина! Ну что тут непонятного? Рутина рано или поздно убивает любые отношения. Не думал, что тебе, взрослой, умудрённой опытом женщине, нужно разжёвывать такие очевидные вещи.

Так вот значит, как может выглядеть семейная жизнь, когда супруги со временем отказываются делиться друг с другом мыслями и взглядами на жизнь, когда каждый думает, что второй всё сам понимает…

Я успешно проморгала этот момент. Мы с Андреем фундаментально разошлись в понимании семейной жизни. И вот теперь выясняется, что я по-прежнему держусь за «устаревшую» верность, а он решил, что и так был верен мне достаточно долго, чтобы теперь в кои-то веки пожить и для себя!

— Видимо... — я провела пальцами по лбу, — тут не имеет смысла просить о чём-то. Это твой взгляд на жизнь. И я с ним не согласна.

— Ну и для этого обязательно разводиться? Всё рушить? Тянуть в жизнь перемены?

— Ты тянешь в нашу жизнь вещи пострашней! — рявкнула я, не сдержавшись. — Нет, мне такая сытая жизнь не нужна. Я с таким не смирюсь.

Гордеев наконец-таки понял, что не поучится меня уговорить. Кивнул.

— Окей. Не хочешь с этим мириться, дело твоё. Но ты уверена, что готова к тяготам одинокой жизни в свои сорок с хвостиком? Ты успела об этом подумать?

Я ошарашенно уставилась на него.

— Ты… ты на мой возраст собрался пенять?

— Да бог с тобой, — хмыкнул Гордеев. — Мне и самому давно не двадцать. Но одно дело — я, другое дело — ты, домохозяйка, последние несколько лет ведущая спокойную комфортную жизнь в загородном доме. Не жаль будет всё это терять?

Жар прилил к моему лицу и от подкатившего гнева я сейчас наверняка пошла багровыми пятнами.

— Ты… ты думаешь, деньги — это всё?

— Я думаю, деньги — это почти всё, Катерина. Без денег в нашей жизни сложно прожить.

— Но деньги не важнее самоуважения!

— Ага, — кивнул Гордеев. — Значит, мы тут с тобой не о комфорте, а о принципах и идеалах. Ну хорошо. Твой выбор. Развод, значит, развод. Но ты не бойся, без копейки я тебя не оставлю.

Жар ударил мне в голову.

— Не нужны мне твои копейки, понятно? Не смей мне своими подачками в лицо тыкать!

Супруг тут же помрачнел, серые глаза гневно сверкнули.

— Осторожнее со словами, Катерина. Не выводил меня из себя. Ты всё-таки слишком сильно зависишь от моего хорошего настроения.

— Пугать меня вздумал?

— Напомнить решил!

— Катись со своими напоминаниями знаешь куда? — заорала я. — Думаешь, я без твоих спасительных капиталов загнусь под забором? Что ты из себя бога всемогущего строишь?!