Развод. Я обязательно буду счастлива!

Глава 22

22 глава

​Эти выходные оказались для меня совершенно необыкновенными. У меня не было ни одной свободной минуты. Наша обычная газонокосилка совершенно оказалась срезать такую высокую траву, а совладать с триммером оказалось не так просто. Я, вспомнив как это делают мои дочки, нашла несколько видео в интернете о том, как косить такой газон, но даже вооружившись всеми теоретическими знаниями, справлялась с большим трудом. Я делала много лишних движений, неправильно держала триммер, дело двигалось пугающе медленно. К счастью, Иван, проходя мимо и гордо оглядывая починенный им забор, заметил мои страдания и предложил свою помощь. Мне совсем не хотелось отдавать деньги за работу, поэтому я отказалась. Он оглядел меня скептически, помотал головой и произнес негромко: «Есть женщины в русских селеньях!». Я совсем смутилась. Тогда он забрал у меня триммер и стал показывать, что я делаю не так. Я продолжала косить, а он придерживал инструмент, давал советы и подсказывал, как лучше двигаться. Кажется, он потратил на это не меньше получаса, но процесс наконец пошел. Я, усталая и благодарная, напоила Ивана чаем с пирогом и сама перекусила. После его ухода я решила, что если продолжу в том же духе, завтра просто не смогу встать с постели. Поэтому я решила деятельность чередовать. Полчаса приведения участка в порядок сменялись получасом подготовки к занятию с Сашей.

К вечеру я, абсолютно обессиленная, но страшно гордая собой, осмотрела покошенную лужайку и осталась довольна. Работы на участке хватит еще на неделю, но начало уже было положено.

​Наше второе занятие с Сашей прошло, кажется, еще продуктивнее. Девочка, увидев меня, аж подпрыгивала на месте от нетерпения – она, как и я, очень ждала нашего следующего занятия. Мы продолжили изучать алфавит, выучили несколько названий цветов и первые числа. Я уже совсем осмелела и поняла, что нашим занятиям не хватает практики слушания. Конечно, я сама много говорила на французском, но мне бы хотелось, чтобы Саша слышала французскую речь не только в моем исполнении. Акцент у меня был неплохой, но до французов ему было далеко. Я поняла, что надо попробовать найти к следующему занятию аудио или видео. Какое счастье, что теперь в нашем распоряжении есть интернет! И все, даже самые сложные, идеи так легко воплотить. Урок снова промчался, как мгновение, хотя сегодня я была уже более сосредоточена и следила за временем, стараясь менять упражнения каждые 10 минут. Мы с Сашей, кажется, обе немного огорчились, когда время вышло.

Татьяна была занята в доме, поэтому только бегло поздоровалась со мной, вручила новый конверт (Интересно, откуда она берет такие белые и красивые? Кажется, и мне такие нужны) и вернулась к делам, сообщив, что они с Сашей будут ждать меня уже в следующую субботу.

И я снова возвращалась домой окрыленная, с заработанными деньгами и знанием, что и на будущей неделе меня снова ждет такой же заработок. И впереди была целая неделя, чтобы неспеша качественно подготовиться к новым урокам. Удивительно, я так радовалась этим урокам и у меня, кажется хорошо получалось. Как будто я занималась этим не два дня, а всю жизнь. Кто знает, как сложилась бы моя жизнь, если бы я тогда, на лекции, не встретила Андрея? Если бы закончила институт, если бы действительно всю жизнь преподавала бы французский? Была бы я сейчас так же счастлива этим простым урокам с Сашей? И была бы я счастлива все эти 32 долгих года? Я не знала ответы на эти вопросы.

Дни пошли своим чередом. Я писала дочкам, но пока не звала их на дачу, решив, что сначала хочу привести дом и участок в полный порядок. И если с участком дело потихоньку шло на лад, то дом при ближайшем рассмотрении оказался достаточно запущенным. Все-таки я пропустила целых 4 недели моего дачного сезона этим летом. Когда я приезжала сюда в июне, я и подумать не могла, что ждет меня в начале сентября. Знал ли Андрей тогда, как закончится это лето? Наверняка знал. Знал, что уйдет, но жарил шашлыки для дочек. Знал, но менял лампочки в люстре на кухне. Знал, но планировал ремонт беседки. Что это, если не предательство?

Я сама не знала, как он должен был поступить. Сказать мне сразу, как только он полюбил другую? Уйти в тот же день? Я сама сделала бы именно так на его месте. Но моя самая большая беда была в том, что я никогда не влюблялась ни в кого другого. Я до сих пор любила его, Андрея.

Уборку в доме я решила начать с войны с пылью. Ничто так не раздражало меня, как накопившейся слой пыли на полках и шкафах. Он напоминал мне о тех днях нашей молодости, когда Андрей рисовал на пыльных полках послания для меня – сердечки и взъерошенные физиономии, как на детских рисунках. Теперь послания оставлять мне было некому, а значит, пыль надо было немедленно уничтожить.

Однажды поздним вечером я, придвинув к книжному шкафу стул и, взгромоздясь на него, медленно снимала книги с полок, протирая одну за другой. Пятый том Большой Советской Энциклопедии показался мне непривычно пухлым. Неужели тут лежат цветы из гербария, который собирали девочки еще в школе? Я открыла книгу. В ней лежало несколько исписанных от руки листов.

Я невольно начала читать ровные строчки и замерла в немом ужасе.

«Милый, родной мой Андрюша!» - так начиналось письмо, написанное чужой рукой.