Развод. Я справлюсь без тебя, а ты?

31 глава

Надо признать, слова мамы меня смущают, я даже краснею невольно.

Впрочем, она у меня всегда такая была: прямолинейная, решительная, никогда за словом в карман не лезла, никогда не стеснялась высказываться.

Я же по характеру больше в папу: мягкая, скромная, немного стеснительная...

Мама, помню, раньше удивлялась, как я вообще решилась учить кого-то одеваться, проводить занятия, вести блог.

Я и сама порой этому удивляюсь. Поначалу было непросто, чувствовала себя не в своей тарелке. И еще есть такое понятие – синдром самозванца. Вот, это я в начале своей карьеры! Мол, да кто я такая, чтобы рассказывать другим, что они должны носить?! Кто я такая, чтобы еще и брать за это деньги?! Кто я такая, чтобы вещать о чем-то в блоге?! Разве я могу быть интересна хоть кому-то?!

Ну... как оказалось, могу.

Я выросла над собой и над этой индустрией, стала более уверенной в себе.

Но вопрос, который задала мама, смущает меня до безумия.

Ну, то есть... конечно, Роберт нравится мне!

Он – приятный в общении, щедрый, порядочный молодой человек, который дал нам с дочкой кров, помогает во всем, хотя не обязан, очень дружелюбно относится.

Я даже свою младшую дочь ему доверила, пока ездила в больницу к старшей!

Потом сама удивлялась, как же это я так решилась?!

Но, видимо, это сработало просто на интуиции: я словно заранее знала и чувствовала, что Роберт – хороший, что он никак не навредит моей малышке... И все правда прошло прекрасно. Дочка еще и уходить от него не хотела.

Но мама сейчас, конечно, спрашивает совершенно о другом.

Она спрашивает, нравится ли мне Роберт как мужчина?!

И что я должна на это ответить, черт возьми?!

– Ничего я не сияю, мам! – говорю я ей, старательно пряча выступивший румянец. – Роберт – хороший человек, и конечно, он мне приятен. Он и квартиру нам по низкой цене сдал, и матрас купил за свои деньги, и с Ассоль помог, когда я к Ясмине ездила...

– Не о том я, не о том! – ожидаемо ворчит мама. – Как мужчина-то он тебе как?!

– Мам, ему двадцать семь! А мне, напоминаю, сорок!

– Ой, беда-то какая! – притворно расстраивается мама, и я уже точно знаю, что она скажет следом. – У нас с твоим отцом тоже разница, вообще-то! Когда я за него замуж выходила, мне было двадцать семь, а ему – двадцать три!

– Не сравнивай, мам, – я закатываю глаза. – Четыре года разницы – это ерунда. А вот тринадцать лет...

– Ой, я и побольше разницу видала!

– Только там, наверное, мужчина старше был...

– А не все ли равно?! – фыркает мама. – Ты на себя посмотри, до чего хороша! Что теперь, всю оставшуюся жизнь в одиночестве куковать, раз твой муженек изменником и придурком оказался?!

– Нет, конечно, но не на первого же попавшегося бросаться! Тем более такого молодого!

– Так, ладно... а дядя его?! Как там его, ты говорила?!

– Икар Миронович, – напоминаю я.

– Точно! – радуется мама. – А ему сколько лет?!

– Пятьдесят, кажется.

– Вот, тоже отличная партия! Присмотрись-ка к нему!

– Мам... – я снова закатываю глаза и, взяв кружку, встаю с места. – Я лучше спать пойду.

– Что, молоденький-то больше нравится все-таки, да?! – она подмигивает. – Ну, иди, иди, прости меня, старую...

– Да в каком месте ты старая?! – возмущаюсь я. – Шестьдесят семь – разве это старость?! Некоторые только жить начинают! А ты со своей энергией еще нас всех переживешь!

– Ну, поживем – увидим, – философски заключает мама, и я правда отправляюсь в спальню.

Благо, квартира у нас большая, родители – в одной комнате, дети обычно – в другой, а я – в третьей.

Конечно, ее слова застревают у меня в голове.

В этом мама тоже всегда была сильна: посеять сомнение, породить надежду, заставить думать о чем-то постоянно...

И вот я думаю.

Про Роберта.

Нравится ли он мне как мужчина – или все-таки только как друг?!

Нормально ли это вообще – чтобы мне, женщине сорока лет, с двумя детьми, почти в разводе, нравился мужчина двадцати семи лет, молодой, яркий, только начинающий свой путь?!

Так, стоп... а я что, уже свой путь заканчиваю?!

Нет, конечно.

И все-таки – разница слишком большая.

Но почему тогда я вообще думаю об этом?!

Странно. Неловко. Стыдно даже.

Надо это прекращать.

И я прекращаю. Ложусь в постель и пытаюсь заснуть.

Честно говоря, сон еще долго не приходит, но в конце концов тревоги прошедшего дня наваливаются на меня усталостью, глаза закрываются, и я проваливаюсь в объятия Морфея.