Развод. Я стану счастливой

Глава 20

- В письменном виде, в двух экземплярах, - стараюсь перевести разговор в шутку,

Я должна повернуть ситуацию так, чтобы мне стало выгодно, может, попробовать кого-то из мам подключить?

- Я думал, ты любишь сюрпризы. Ты праздник на выходные хотела, предоплату, наверное. Ты людей предупредила, что все отменяется? . - Тимофей смотрит на меня с мерзкой улыбкой, слово подчеркивает, что я никто, и будет так, как он решил.

- ТЫ знаешь, а может, ты и прав по поводу Маши. Я готова отдать ее на перевоспитание. Думаю, твоя мама была бы отличным педагогом для нее. ЕСть одна проблема. И как понимаешь, она существенная, - говорю тише, как могу создаю интригу.

- Ну-ка.

- Ты не забывай, Маша уже взрослая. Дети с таким диагнозом могут быть агрессивными. Я, конечно, не самая лучшая невестка, но не желаю твоей маме зла. Не думаю, что прекрасный вариант, если она Маши отгребет.

ТИмофей напрягся. Конечно, об этой стороне он не подумал. ЗАто я подумала,”забота” из меня так и прет.

- И что ты предлагаешь?

- Пусть мама к нам приедет. На эту же неделю. ТЫ ей платишь, как и планировал. Я беру на себя весь быт, весь уход за дочкой, а бабушка и внучка пусть учатся дружить. Конечно, в моем присутствии.

- Что ты придумала?

Конечно,я тебе так и сказала. Свекровь жесткая, но временами очень вменяемая. Если ей улыбаться, льстить, поворачивать ситуацию в свою сторону, то все может получится не так, как планирует Тимофей.

Я буду с Машей, она будет под моей заботой, полностью обеспечена всем необходимым. “Дружить” со свекровью сложно, но если знать рычаги воздействия, то вполне можно. Она еще и с Тимофея быстро снимает шелуху. Будет сложно, но другого выхода пока не вижу.

- Ты же знаешь, что семья для меня главное. Я выбрала тебя в мужья, и никогда не жалела о своем выборе. Сам знаешь, что я хотела праздник повторить, и для тебя тоже. ПОнимаю, что Маша требует от меня много сил, времени, и на тебя ничего не остается. А так... У меня на тебя будет немного больше сил и времени, - Расстегиваю одну пуговицу вверху на блузке. - Может, и никакие Полины не понадобятся, РЯдом с таким мужчиной, женщина должна соответствовать.

Вижу, как каждое мое слово топит сердце мужа. Придурки, вот и готовы только на манкие слова вестись. Нет бы головой подумать, в штанах зашевелилось, все на все согласны.

- Я подумаю. В мои планы не входило, что мать будет под ногами путаться и свои порядки расставлять.

Тимофей становится таким, каким я его знала. Конечно, он же теперь думает, что снова центр вселенной, снова делает все, что хочет, я бегаю на задних лапках.

- Я тебя не тороплю, - подхожу вплотную, трусь щекой его щеку. Трехдневная щетина колется. Муж тает. - Теперь у нас так будет всегда.

Муж обнимает меня одной рукой. Второй расстегивает пуговицы на блузке. Если отключить мозг и эмоции, то может вытерпеть все. Внутри все деревенеет, мышцы наливаются свинцом. Нет уж, хватит мен морального насилия.

- А вот спешить не надо, - делаю вид, что дразню и заигрываю с ним. - Ты слишком спешишь. Дай мне немного свободы и возможности проявить себя. - Звони маме, спроси, она к нам поедет?

Тимофей убирает руки, на лице легкое разочарование. В голове всплывает песенка, которую мы с девчонками напевали в старших классах: “Наш девиз непобедим - возбудим и не дадим”.

Я отступаю на шаг, поправляя блузку. В глазах Тимофея все еще читается желание, но теперь к нему примешивается что-то другое - сомнение. Он знает меня. Знает, что я никогда не была из тех женщин, которые играют на его правилах. И сейчас он явно пытается понять, что происходит.

- Звони маме, - повторяю я мягко, словно это самая естественная просьба в мире. - Пусть приезжает. Уверена, она будет только рада. Я буду помощницей по дому, а она заниматься собой и Машей.

Тимофей молчит. Его взгляд становится колючим, как будто он пытается просчитать все мои ходы. Но я знаю: он не сможет. Потому что я уже научилась играть не по правилам.

- А если она откажется? - спрашивает он наконец.

- Тогда мы вернёмся к твоему плану, - улыбаюсь я, хотя внутри всё сжимается от одной только мысли об этом. — Но я уверена, она не откажет. ТЫ же умеешь быть убедительным.

Он снова молчит. Я чувствую, как напряжение между нами нарастает. Это тот момент, когда всё может пойти не так. Когда он может понять, что я просто манипулирую им. Но я знаю слабые места Тимофея. Одно из них - его эго. Другое - страх перед матерью. И третье - желание держать всё под контролем.

- Ладно, - говорит он наконец. - Я позвоню ей завтра. Но учти: если она откажется или если что-то пойдёт не так…

- Ничего не пойдёт не так, — перебиваю я его, кладя руку ему на плечо. - Я всё сделаю правильно. Ты же знаешь, как я умею быть… гибкой.

Тимофей усмехается, но в его усмешке есть что-то вымученное.

Когда он уходит в другую комнату, я опускаюсь на стул. Мои руки дрожат. Я стараюсь дышать глубже, чтобы успокоиться. Эта игра - слишком опасная. Если он поймёт, что я затеяла, всё может обернуться против меня. Но у меня нет выбора.

На следующее утро я просыпаюсь раньше всех. Собираю Машу в школу, стараясь не показывать, как мне тяжело. Дочка молча наблюдает за мной, ее лицо ничего не выражает, но я знаю, что она чувствует каждое мое движение. Иногда мне кажется, что она понимает даже больше, чем я могу объяснить словами.

Когда Тимофей заходит на кухню, я уже готова. На столе кофе, бутерброды, красивые тарелки - маленькие детали, которые должны создать видимость идеальной семьи.

- Позвонил? - спрашиваю я как можно более непринужденно.

Он кивает.

- Приедет. Я за тобой слежу

Внутри меня всё замирает. Теперь начинается самое сложное. Свекровь - это не просто человек. Это женщина, которая никогда не принимала меня всерьез. Которая всегда считала меня недостаточно хорошей для своего сына. Но теперь я должна сделать так, чтобы она стала моим союзником.