Развод. Я тебя не отпущу

Глава 10

Наверное, Екатерина Семёновна услышала достаточно, только я всё равно делаю вид, что Женька уезжает просто в командировку. Он кивает соседке, даже не подозревая, что вчера она решила развлечь меня опекой. Остаётся надеяться, что последствий не будет.

- И позвони мне, как доберёшься, - говорю вслед, и муж удивлённо поворачивается в мою сторону. Ну не тупи, Онегин. Всё же и так понятно для кого спектакль.

В его глазах застыл вопрос: куда идти? И даже на долю секунды становится жалко. Он же только с поезда, устал, наверное. Но вспоминаю, почему вообще стоит тут с двумя сумками, и закрываю дверь, быстро проворачивая замок.

Припадаю к глазку, надеясь высмотреть, будет ли у него соседка выпытывать, что случилось, но её уже не видно. Онегин какое-то время задумчиво стоит, смотря прямо на меня. Конечно, не видит, просто догадывается, что не отошла от двери. Раздумывает, что делать, а потом достаёт телефон и набирает кому-то.

Последнее, что слышу, это приветствие, а дальше лифт увозит его в неизвестность, а я ощущаю себя неимоверно опустошённой и одинокой.

Неужели, это всё правда? И я только что выгнала мужа из дома?

Обида и боль, что играли во мне, внезапно сменяются испугом. У нас была семья, а теперь…

Её нет.

Что я буду делать одна с двумя детьми? Что я скажу Димке?

Могу триста тысяч раз говорить, какая сильная, и что справлюсь. И реально будет так. Только чего мне это будет стоить…

Но простить, а потом жить с оглядкой – тоже не для меня.

Если бы дала Онегину возможность объясниться, он бы обязательно меня убедил, что всё это пустяки, и дело, на самом деле, житейское. Есть у него такое свойство, недаром место доцента на кафедре за ним.

Отправляюсь на кухню, намереваясь успокоиться чаем. Тёплый и сладкий – всегда меня расслабляет, когда возвращаюсь домой после трудного дня. Конечно, раньше лечилась чем покрепче, если ситуация из ряда вон, а теперь из-за беременности приходится выбирать, что есть и пить.

Чайник заводит тихую песню кипячения, а я смотрю в окно. Оно выходит во двор, и я вижу Женьку, он уже не говорит по телефону, а остановился напротив соседа, который выгуливает собаку. Мальчишка с третьего, Онегин с ним по литературе занимался. Вот чего, а трудолюбия у него хоть отбавляй.

И снова вспоминаю про студентку, озлобляясь на мужа. А с ними у него какие занятия? Как доставить оргазм? И передёргивает от предположения. А спустя минуту уже думаю о другом.

Отчего-то мелькает мысль: вдруг это всё неправда? Что если какая-то студентка просто хочет отношений с преподавателем и смонтировала видео? Сердце предательски сжимается, и хочется вернуть Женьку, дать возможность сказать, а чайник, немного раскачиваясь, возвещает о том, что кипяток на подходе.

Пока раздумываю, во дворе уже никого нет.

Да нет, глупости. Сначала выгнать, а потом разбираться. Чёртовы расшалившиеся гормоны, от которых то в слёзы бросает, то в смех. Надо просто успокоиться, но тут вспоминаю, что не напомнила Женьке про мать.

«Онегин», - пишу сообщение, - «только тёще ничего не говори!»

И отправляю.

Вдруг подумает, что написала потому, что хочу извиниться? Потому добавляю.

«Я сама подготовлю её к такому».

Да. Во мне говорит обозлённая, обиженная женщина, которая хочет жалеть себя и потраченные годы. Ненавидеть всех мужиков в лице Онегина за то, что не в силах держать при себе своё хозяйство.

В ответ приходит сердечко, и не могу сдержать улыбку, но тут же её стираю. Вот уж эмоциональные качели беременной женщины. Я сейчас, как Тесла. От любви до ненависти и наоборот за три секунды.

Завариваю целый чайник чая. Приношу на кухню тетради, чтобы занять голову. Да и проверить надо. Выбилась из графика, по которому должна была оценить сорок две тетради ещё вчера. Вооружаюсь красной ручкой и открываю первую попавшуюся.

Буквы прыгают, крокозябрят, вытанцовывают, заваливая попы и головы.

- Ефремов, - цокаю языком, принимаясь исправлять ошибки. Уверенно перечёркиваю неправильное написание, подписывая нужные буквы, и не замечаю, как погружаюсь в работу настолько, что пролетает сорок минут.

Из мира предложений и сочинений - «Какова моя гражданская позиция в современном обществе» - вырывает резкий звук, и я испуганно сглатываю, сетуя на чёртов звонок, который сейчас же выдерну из стены, к которой он прикреплён.

Смотрю в глазок сперва с интересом, потом удивлением и открываю дверь, рассматривая очередного гостя.

- Привет, Танюш, пустишь?