Развод. Я тебя не отпущу

Глава 15

Раньше не испытывала страха, но теперь окатывает после слов матери. Боюсь стать героиней сериалов, в которых мужья крадут детей.

- Как забрал? – переспрашиваю.

Отчего-то становится не по себе, и я тут же открываю окно, глотнуть воздуха.

- Как обычно, Тань. А что такое?

- Да нет, ничего. Просто удивилась. Думала, он на работе, - нагло вру, чувствуя, как сводит от страха внутренности. Прости, малявочка, - сдвигаю брови на переносице, трогая живот. Всё через одно место. Мама хочет быть спокойной, только не может. Потому что все кругом намерены меня выводить из себя.

- Ну вот он заехал в обед и забрал.

- Понятно, - отвечаю, как можно спокойнее, а у самой в голове, что Онегин уже скрылся в Рязанской области, где у него родители. Хотя, казалось бы, ничего необычного. Просто муж забрал ребёнка.

Поток на дороге возобновляется. Всегда раздражал этот долгий светофор, а сегодня даже не заметила, сколько стояли.

- Макс где? – решаю узнать о брате.

- На работе, наверное. Ох, Таня, не по себе мне. Ты бы за ним присматривала. Я ж его в церковь зову, говорю, что он там с Дашей говорить сможет.

Знаю примеры, когда церковь помогала бросить пить. Только не в случае с Максом. Отчего-то его раздражает религия, и он злится, когда заводят об этом разговор. Наверное, дело в том, что он не согласен с волей свыше. Даша не должна была уйти так рано: молодая и здоровая. А потому и он не в силах смириться с этим.

Прощаюсь с матерью, тут же набирая мужу.

- Привет, - звучит спокойно и сухо.

- Зачем забрал Димку? – сворачиваю направо. Всё, как всегда, когда едешь домой. Лишь с разницей, что теперь мы с Онегиным не вместе.

- Потому что он мой сын!

- Где он?

- Дома.

- Мы же договорились, Жень, что поживём отдельно.

- Пап, смотри, что нарисовал, - слышу знакомый голос, понимая, что ребёнок не виноват в том, что родители там что-то не поделили.

- Очень красиво, - подыгрывает Онегин.

- Это мама?

Слышу хруст, и телефон кочует в руки сына.

- Привет мам, папа мне конструктор привёз!

И перед ним извиняется. Праздника нет – с чего решил? Подмазывается, через сына заходит, чтобы простила.

- Здо’рово! – радостно отвечаю, а Димка уже дальше убежал. – Зачем это всё? – интересуюсь, когда снова слышу знакомый голос.

- Что это?

- Ты и сам знаешь, Жень.

- Тань, пожалуйста, просто поговорим.

- Хочешь сказать, что ничего не было? Перестань, - кривлюсь. Противно от ситуации, от того, что он играет со мной. – Не строй из себя хорошего мужа и заботливого отца.

- Это я плохой отец? – задеваю его за живое. – Меня подставили, как ты не понимаешь?! Нарочно хотят поссорить. Ну что ты могла там видеть? Тёмное помещение?!

Одно за другим вспоминаются в подсознании оба видео. Мы позволяем нашим близким нами манипулировать. Лгать, изворачиваться, чтобы поверить в то, что они говорят правду.

- Зачем ты подослал вчера Вову?

- Не понял.

- Не понял? – хмыкаю в телефон, снова сворачивая направо. Еще два квартала и буду дома. Не знаю, что он там себе решил, но я не стану спать в одной рядом с предателем. С тем, кто плюёт на будущее семьи. Наверное, для мужчин это просто развлечение, ничего не значащий факт.

- Скоро буду, - говорю и отключаюсь.

Встречаться с Онегиным не хочется. Он будет делать вид, что всё отлично, я подыгрывать, потому что не хочу расстраивать Димку.

Выбираюсь у дома и чуть не падаю, вовремя успевая схватиться за дверцу машины. Подморозило, наледь кроется там, где не ожидаешь. Вот так и в семейной жизни: никто не знает, где упадёт.

У подъезда несколько соседок, здесь и Екатерина Семёновна. Наброситься на неё с претензией или пройти мимо? Выбираю второе, потому что сейчас ещё разбираться с Онегиным. Надо экономить силы.

Я справлюсь со всем, я сильная и уверенная в себе.

- Здравствуйте, - киваю женщинам, слыша за спиной бурчание.

«Мужа выгнала, а сама с мужиком другим развлекается».

«А ещё учительница».

Ещё какие-то слова, которые разобрать не в силах.

Обидно, но сжимаю зубы, открывая домофон ключом. Поднимаюсь к себе, желая, чтобы в квартире оказался только Димка. Но меня встречает Онегин. Помогает раздеться, пока смотрит сын, снять обувь, хотя я пытаюсь сделать это сама. Усаживает на банкетку, принимаясь массировать икры.