Развод. Я тебя забираю

Глава 28

Мы сидели с Максимом в коридоре отделения полиции, и я до сих не могла прийти в себя после слов, сказанных Тимофеем Константиновичем. Агата, человек, который был всегда рядом со мной, был близок к моей семье, знал много секретов и просто дружил со мной. Или дружила я с ней, так, наверное, будет правильнее.

Она убила моего отца, она пыталась убить мою дочь. За что? Что я такого ей сделала, что она решила лишить меня моей семьи? Да разве может быть что‐то, что толкает на подобное. Разве у кого‐то есть право лишать человека жизни?

― Не думала, что самый счастливый день, когда моей дочери сделают операцию, может перерасти в такой ужас.

― Думаю, у нее что‐то с психикой. Потому что здоровый человек на такое не способен.

Максим взял мою руку в свою и переплел наши пальцы. Только он так бережно относился ко мне и поддерживал. Не знаю, что бы я делала, если бы этот человек не появился в моей жизни.

― Я пытаюсь понять за что она мне мстит, но в голову ничего не приходит.

― У тебя сейчас будет возможность задать этот вопрос лично.

Да, будет. Следователь выписал разрешение на свидание. Рада ли я? Конечно, нет. Мне не хотелось видеть ее, но в то же время было желание посмотреть в ее глаза и спросить зачем она это сделала. И страшно услышать ответ. Но он нужен, чтобы я потом не жалела, что решила отказаться от встречи.

― Пройдемте в комнату для свиданий, ― пригласил следователь, и развернувшись пошел прямо по коридору.

Максим кивнул, мы поднялись и вместе пошли за ним. Но в комнату войти могла только я.

Меня накрыла паника, ладони вспотели, но я понимала, что нужно это сделать, чтобы идти дальше и не жить прошлым.

― Не волнуйся, Сонь. Я буду здесь тебя ждать.

― Спасибо.

Сжала его руку и дождавшись, когда откроют дверь, я вошла в комнату.

Агата сидела за столом спиной ко мне. В комнате был полумрак от одной лишь желтой лампочки свисающей с потолка. Из‐за этого подруга казалась маленькой, ссутулившейся и постаревшей. А может так оно и было в виду того, где она оказалась? Ну а что, поседеть можно за пару часов. Наверное, и постареть так же.

― Что, пришла посмотреть мне в глаза? Думаешь, я стыдиться буду? ― услышала надменный голос Агаты, которая обращалась ко мне, даже не повернувшись.

Я сглотнула.

― Я не думаю, что тебе стыдно. Ты сделала то, чего хотела.

Я все же прошла к стол и присев напротив Агаты, заглянула ей в глаза. В них холод и ненависть. Передо мной сидела абсолютно другая девушка. И эту я видела впервые. Словно она хорошо маскировалась ранее, теперь же показала себя настоящую.

― Ошибаешься, Соня. Я не сделала что хотела.

― Ну да, о чем это я. тебе же не удалось убить мою дочь.

― Ой хватит! ― закричала она, ладонями ударив по столу.

Я опустила взгляд на ее скованные наручниками запястья и задрожала. Как же все это ужасно.

― Хватит лепить мне про дочь. Тошнит уже! Носишься с ней так будто рожала. Дочь, дочь! Какая она тебе дочь? Из‐за нее привязала к себе Виктора, вцепилась в него и проходу не давал.

― Что? ― удивленно протянула я. ― Хочешь сказать, ты все это из‐за Виктора?

― Он должен был быть моим!

― А чего же не забирала? Смотри, он ушел к другой женщине, у них ребенок. Я им не помешала для этого.

― А не любил он меня. Ты у него в сердце была. В сердце и мозгах! Идиот. Не понял, какой счастье упустил, всегда выбирая тебя.

― Может он сейчас счастлив?

Агата скривилась и отвела от меня недовольный взгляд.

― С папой ты за что так поступила? Что он тебе плохого сделал?

― Ну мне он ничего не сделал, а вот чтобы тебе побольнее было, я постаралась. А ты как думала? Одной мне страдать!

Она говорила таким тоном, словно желчью плевалась. Я была шокирована и не понимала, как я могла не замечать ее злость.

― Какая же ты…

― Да, такая я. Хотела, чтобы не только мне было больно.

― А Настю за что? ребенок в чем перед тобой виноват?

― Ну, Настя твоя тоже сыграла не мало на мою судьбу. Если бы не она, я могла бы быть с Виктором. Но, и это не все. Я думала раз ты не хочешь его отпускать, я захомутаю себе Максима Семеновича, так нет же, и тут ты наследила! Дрянь такая.

Я прикрыла глаза и сделала глубокий вдох, который дался мне через боль.

― Ты ненормальная, Агата. Ты испортила себе жизни из‐за своей злости и зависти. Ты лишила жизни моего отца, который вообще ни к чему не причастен. И ты едва не лишила жизни мою дочь. ты жестокая и бесчувственная. Как бы тебя мог полюбить Виктор, если он любит женственных и нежных. А ты? Ты жестокая. Я ненавижу тебя, Агата. Ты все испортила.

Она сидела и кивала, опустив взгляд в стол. Кусала губу и о чем‐то думала. Мне бы хотелось, чтобы она хоть немного осознала и пожалела о содеянном. Но отчего‐то я сомневаюсь в этом.

― Я не жалею ни о чем, ― тут же подтвердила мои догадки и подняв взгляд на меня, добавила: ― ты страдала и мне от этого хорошо. Если бы я могла, я бы еще раз это повторила, только бы увидеть твою боль.

― Ты радовалась, когда я плакала у тебя на плече.

― С наивными дурачками проще играть свою игру. А теперь радуйся ты, ― хмыкнула она и корпусом подалась вперед, ― я в тюрьме, и больше тебя не достану. Хотя, кто знает, может быть мне здесь сильно наскучит, и я захочу поиграть вновь.

Я медленно покачала головой и рвано выдохнув, поднялась со стула.

― Выздоравливай, ― бросила я, и прошла к выходу, но обернулась у двери, ― больше мне добавить нечего.

Выйдя из кабинета, я сразу же наткнулась на Максима, который сгреб меня в свои объятия и носом уткнулся в макушку. Я щекой прижалась к его груди и вдохнула уже полюбившийся аромат его парфюма, смешанного с кожей. Кажется, будто он был со мной всю жизнь. И другого запаха уже не представляю. Не хочу. Теперь мужчина у меня ассоциируется только с этим ароматом. Макс мой родной, мой любимый и мой самый важный мужчина в жизни. От осознания я зажмурила глаза и крепче прижалась к его телу. Позади услышала звук открывающейся двери. Медленно повернула голову и увидела, как выводят Агату, руки которой были так же скованы наручниками.