Развод. Забирай его себе

Глава 5. Сладенькое для храбрости

Пока спускаюсь на лифте вниз, пишу сообщение подруге, спрашиваю, можем ли мы нагрянуть к ней с ночевой.

"Да, конечно", приходит немедленный ответ и сразу вопрос: "Что-то случилось?"

Ответив, что расскажу при встрече, выхожу на улицу и сразу чувствую, как кислород врывается в лёгкие прохладной, бодрящей свежестью. Ощущаю, как тяжесть, которая тисками сдавливает грудь изнутри, понемногу отступает. И делаю вдох еще глубже. И еще. Параллельно шарю глазами по детской площадке - Лерик, как всегда, оккупировала подвесную качель-гнездо, а Паша со скучающим выражением на лице качает сестренку.

- Дедушка уехал? - спрашиваю я, подходя.

- Да, просил нас не уходить со двора. Газовщики уже прибыли? Скоро можно будет домой? - сразу переходит сын к главному и мне приходится еще раз глубоко вдохнуть прежде, чем снова врать им в глаза.

Можно было бы не лгать, а уже сейчас сказать им правду об отце - все равно этого не скрыть, ведь я не собираюсь ни прощать мужа, ни мириться с изменой, ни оставаться жить с ним ради детей.

Знаю, что многие жены выбирают такой путь, но это точно не мой вариант.

Я расскажу им обязательно, но не сегодня. Сейчас я просто не в состоянии об этом говорить. Я сама еще в шоке, сама не осознала случившегося в полной мере и не смогу подобрать правильных слов, чтобы это не стало для них таким же ударом, как для меня. Не уверена, что, начав рассказывать, не сорвусь в рыдания и смогу ответить на все их вопросы, которые у них сто процентов возникнут. Я и себе еще не на все вопросы ответила. И не все еще задала.

У меня просто не было на это времени.

Все произошло слишком быстро и… сумбурно.

Мне нужна передышка.

Поэтому то, что их отец - подлец и подонок, дети узнают не сейчас.

- Ещё нет. Это же государственная служба, не частная. Тут другие скорости, Паш, - улыбаюсь я. - Но мы не будем их ждать. Даже если они приедут быстро, всё равно сегодня нам дома ночевать нельзя. Хорошо, если к утру все проветрится.

Я стараюсь выглядеть и звучать предельно спокойно и убедительно, несмотря на бурю, бушующую у меня внутри.

Захар изменил только мне, но его измена касается и наших детей. Напрямую.

Предав меня, он предал и нашу семью, уничтожил ее, а значит, предал и детей. Что бы мы, взрослые, ни решили, как бы ни поступили, детям тоже будет больно. Они ведь любят отца. Лерик - его любимая девочка, а Пашка… Пашка его боготворит. У них двоих много своих, чисто мужских занятий и увлечений. Несмотря на занятость, Захар всегда находит для него время и правильное слово, а теперь… Теперь не знаю, что будет. Но, глядя на своих деток, я отчаянно хочу обнять их обоих покрепче, прижать к себя и не отпускать ни на секунду. Но я сдерживаю себя - это будет выглядеть максимально странно.

- А где мы будем ночевать? - заинтересованно спрашивает Лера, предвкушая что-то необычное.

- Мы поедем к тёте Лизе, - улыбаюсь ей, чувствуя, как напряжение чуть отпускает.

Глаза дочери немедленно вспыхивают радостью, и она, соскочив с качели, начинает подпрыгивать от восторга.

- Ура! К тёте Лизе!

Пашка тут же встревает:

- А близнецы дома? Они же никуда не уехали?

- Не уехали, - уверяю его. - Но давайте сразу договоримся - дурдом в гостях не устраиваем и соседей снизу не доводим. Помним, что у Серебряковых не частный дом, как у бабушки с дедушкой, и прыгать-скакать-стоять на голове у них нельзя. Окей?

- Окей, - недружно выдыхают оба.

Когда мы спускаемся в паркинг к моей машине, Паша останавливается у соседнего столба:

- А папа? Он где будет ночевать? Тоже у тети Лизы?

Я выдавливаю спокойную улыбку, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно:

- Папа сегодня переночует на работе. У него там важные дела с утра, а ехать от тети Лизы до офиса очень далеко.

Ответ сына удовлетворяет, и он садится в кресло рядом со мной. Пристегивается, и мы едем.

Лиза открывает сразу, как будто ждала нас под дверью - я едва успеваю нажать на звонок. Моя лучшая подруга, доверенная всех моих тайн и тайных радостей. Мы дружим с тех самых времён, когда вместе начинали работать в ресторане. Она - за барной стойкой, я - на крохотной сцене с микрофоном и в дымном полумраке. Потом я вышла замуж и из ресторана ушла, а она пошла вверх по карьерной лестнице. Сейчас она уже менеджер. В другом ресторане.

Поздоровавшись с Павлом и Лерой и отправив их в комнату к своим пацанам, Лиза без лишних слов открывает мне свои объятия, будто знает, что именно это нужно мне прямо сейчас.

Я шагаю в ее расставленные руки и прячу лицо у нее на плече, слыша, как Лера захлёбывается от восторга, рассказывая близнецам об утечке газа у нас в квартире. Из ее уст это звучит как страшилка.

Лиза отстраняется и заглядывает мне в лицо, я в ответ лишь качаю головой - ерунда.

- Проходи, - она кивает мне на кухню, и мы идем в помещение, знакомое мне до мелочей.

Сколько вечеров мы тут просидели, сколько чая выпили, сколько пирожных съели и кулинарных шедевров приготовили… Сколько слез выплакали, сколько историй о несчастной любви рассказали… И сегодня будет еще одна.