Развод. Забирай его себе

Глава 13. Непростой разговор

- Мам?.. - зовет сын тихо, но требовательно, пока я медлю.

Я вновь поднимаю на него глаза. Открываю рот, но тут же закрываю.

Что сказать?..

Нет, я не пытаюсь придумать какую-то удобоваримую ложь, не хочу врать сыну и скрывать от него то, что произошло - это неправильно и бессмысленно, - объяснить уход Захара и пропажу его вещей как-то иначе, кроме правды, нельзя.

Но мне трудно подобрать слова, чтобы не разрушить его мир, как рухнул мой, чтобы не травмировать его психику, не ранить его чувства. Все слова такие злые, такие разрушающие и безнадежные… Я просто не могу их произнести!

Но я должна.

Должна быть сильной. И честной.

- Где Лера? - спрашиваю, стараясь говорить спокойно.

- Смотрит мультики в своей комнате, - отвечает Паша. - Не переживай, она не придёт, даже если мы тут будем кричать.

Мой взрослый, сообразительный мальчик уже понимает, что разговор не будет простым. Если бы он знал, насколько…

- Паш, подойди… - рукой подзываю его и сажу рядом с собой на постель и, задержав дыхание, как перед прыжком в воду, заставляю себя сказать: - Твой папа больше не может жить с нами. Он…

- Он бросил нас? - резко спрашивает он, не дав мне договорить.

И я вижу, как его лицо мгновенно краснеет. Щеки и глаза горят - так бывает, когда он злится или чувствует себя несправедливо обиженным.

- Нет, Паш, - взяв его за руку, я смотрю ему прямо в глаза, чтобы он видел мою искренность. - Вас с сестрой он не бросил, не отказался от вас. Он вас любит. Просто… он разлюбил меня.

Боже, что я делаю? Я пытаюсь убедить его в нормальности того, что происходит между мной и Захаром, но что в этом нормального?! Этот подонок изменил мне, и поставил меня в положение, когда я же должна объяснять все детям.

Нашим детям!

Почему он не сделал этого сам? Почему не рассказал им вчера?

Нет, он лишь покатался с ними с горки, поиграл и побесился. Вновь просто побыл отцом, претендующим на звание "лучшего в мире". А мне опять разгребать за ним всю грязь…

Внутри всё сжимается от боли и несправедливости - так не должно быть!

- Разлюбил? Разве так можно?

- У взрослых можно. Так бывает иногда. Мне жаль, что это случилось со мной и папой…

- А ты тоже его не любишь?

Я снова замолкаю и смотрю на него глазами, полными стоячих в них слез и горечи - мой мальчик…

Он задает такие правильные вопросы, у меня просто нет шансов не рассказать ему все. Без прикрас.

Я хотела, я надеялась ограничиться лайтовой версией событий, но сын не дает мне такой возможности. Он хочет знать все.

Глотая жгучие горькие слезы, я качаю головой:

- Нет. Не люблю…

И в этот момент осознаю, что это правда. Моя любовь к Захару умерла. Погибла в ту самую секунду, когда я увидела его с другой. И ее нельзя реанимировать. Ни ради детей, ни ради денег, ни ради чего. Я уже никогда не буду с Захаром. Точка.

И не буду из-за него врать своему сыну.

- Он сам тебе сказал, что не любит? - спрашивает Пашута через силу, будто боится услышать ответ.

- Нет, - я опускаю глаза - ну зачем он спрашивает?.. Сглатываю: - Я видела.

- Видела? - Паша напрягается, его руки сжимаются в кулаки. - С кем?

- С его… любовницей, - отвечаю тихо, стараясь говорить максимально ровно, чтобы не ранить его ещё сильнее, хотя внутренне меня разрывает на части от боли.

За него и за себя.

Рассказывая ему, я снова переживаю тот день, а я хочу забыть!

- Где ты их видела? - его голос становится настойчивее.

Я отвожу взгляд.

- Мама?.. - он требует ответа, его глаза сверлят меня, как будто хотят вытащить из меня правду даже несмотря на мое молчание.

- У нас дома, - наконец говорю я, и мои слова тонут в тишине.

Его лицо краснеет ещё сильнее, губы плотно сжимаются, а в глазах мелькает что-то между яростью и стыдом.

Он надолго замолкает, и я думаю, что вопросов больше не будет, что он все узнал и моя пытка закончилась. Но я ошиблась.

- Значит, утечки газа не было, - вновь нарушает он тишину, и в его голосе звучит всё: разочарование, обида, злость.

Снова сглатываю колючий комок в горле, который не уменьшается, а только разрастается, мешая нормально дышать. Смотрю на него и закрадывается липкое сомнение: может, не стоило все это на него вываливать?..

Но разве у меня был выбор?

Как можно скрыть, что папа снами больше не живет?.. И как можно врать на вопрос почему?..

- Прости меня, - шепчу я.

- За что? - резко обрывает он. - Ты же не виновата. Это он…

Вновь в бессильной злобе сжимает кулаки.