Развод. Забирай его себе

Глава 15. Пример мужчины

У меня перехватывает дыхание, слова цепенеют где-то в горле. Но я беру себя в руки, хотя голос всё равно звучит натянуто, почти сорванно:

- С тобой? С тобой и твоей Жанной?!

- Со мной, - отрезает он, и его тон так спокоен, что становится страшно. - Остальное неважно.

Я смотрю на него в полнейшем офигении, пытаясь осознать, что он действительно это говорит.

- Неважно? - переспрашиваю, на этот раз не пытаясь скрыть презрение в голосе. - Ты действительно думаешь, что Паша захочет жить с тобой? С отцом, который бросил его мать, его маленькую сестренку, предал свою семью, врал всем подряд? Ты, правда, веришь, что он на это пойдет?

Захар делает шаг ко мне, а я невольно отступаю.

- Я знаю, что Паша меня поймет, - уверенно говорит он. - Ему нужно больше, чем ты можешь ему дать, Варя. Ему нужен отец.

- У него был отец! - вспыхиваю я. - Но этот отец взял и бросил его. Вместе с матерью. Вместе с сестрой!

- Я никого не бросал, - отрезает он недовольно. - Я сделал выбор, и я за него отвечаю.

- Выбор? - перебиваю я. - Ты отвечаешь за него? Что-то ты не очень отвечал до тех пор, пока я не застукала тебя голым на этом самом месте.

Он играет желваками.

- Ты можешь говорить, что хочешь, Варя. Я понимаю, что ты чувствуешь, и не стану реагировать на твои провокации. Я здесь не затем, чтобы спорить с тобой и соревноваться в остроумии. Я пришел договориться насчет наших детей. Что бы ни было между тобой и мной, я не собираюсь оставлять детей без своей поддержки.

- Что ты называешь "поддержкой", Захар - свою новую семью? - мой голос становится ледяным от звенящего в нем презрения. - Ту, в которую собираешься привести моего сына, чтобы он жил с тобой и с твоей любовницей, на которой пробы негде ставить?!

Он сжимает челюсти, но взгляд его остаётся жестким и неумолимым.

- Он мой сын так же, как и твой. Я имею право на него не меньше, чем ты. Если не больше.

- Как мило ты вспомнил о правах, Захар, - вырывается из меня нервный смешок. - Лучше бы ты помнил о своих обязанностях… Как у отца, у тебя их немало, и ты наплевал на них все. Право, говоришь, на сына имеешь? А ты спросил его? Спросил, хочет ли он этого?

Он молчит. Его лицо остаётся спокойным, но в глазах мелькает неясная тень.

- А я спросила.

- Разболтала уже, значит… - кривит Харитонов губы, будто я сделала что-то предосудительное, нарушила негласную договоренность, но я не обещала ему молчать. - Ну спросила. И что он сказал? - спрашивает без интереса, а я не тороплюсь отвечать.

Спрашиваю о другом.

- Ты только что сказал, что не оставишь детей без поддержки, но к себе взять хочешь только Пашу. Почему его, а не Леру? Она же всегда была твоей любимицей, твоей принцесской. Я спрашиваю не потому, что готова отдать тебе Леру - просто хочу понять.

Харитонов замолкает, опуская глаза, и на мгновение я вижу в нем не уверенного в себе мужчину, а растерянного. Но затем его взгляд, поднятый на меня, снова тяжелеет, а голос звучит спокойно, почти отстраненно:

- Я люблю Леру, но понимаю, что она еще маленькая, и ей нужна ее мать.

- Тем более, в новой семье у тебя уже есть девочка… Зачем еще одна? Да? - не удерживаюсь от язвительного укола.

Он игнорирует мои слова, лишь нетерпеливо дергает губой, продолжая о своем:

- А Пашке - напротив, нужен отец. Ему тринадцать, это сложный возраст, и ты просто не справишься с ним. Признай это, Варя.

Я судорожно вдыхаю, пытаясь взять себя в руки, но голос предательски дрожит:

- Нет!

Его взгляд становится жестче, холоднее.

- Что нет? С чем ты не согласна? - цедит раздраженно.

- С тем, что моему сыну будет лучше жить в одном доме с твоей подстилкой. И сестрой, о которой он даже не знает.

- Это не тебе решать, Варя, - холодно отрезает он, и его голос сочится презрением так же, как мой.

- И не тебе, к счастью, - парирую я, смело встречая его взгляд. - Я знаю законы. Паша уже в том возрасте, когда у него спросят, с кем он хочет остаться. И он вряд ли выберет тебя, - выговариваю отчетливо каждое слово.

- А это мы посмотрим, - оскаливается Харитонов, слишком уверенный в своей победе.

И у меня внутри поселяется сомнение, граничащее со страхом.

А что, если он подкупит Павлика?

Если пообещает ему что-то такое, что перевесит его неприязнь к новой пассии отца? Что если…

Но я не должна показывать мужу свой страх. Не должна выказать слабость и этим дать ему власть над собой.

- Варя, - говорит он тише, но от этого его голос звучит ещё твёрже. - Я не хочу доводить дело до решения в суде. Поэтому и предлагаю тебе договориться здесь и сейчас. Полюбовно и взаимовыгодно.

- И в чем выгода для меня? - спрашиваю, скрещивая руки на груди - я приготовилась слушать.

- У тебя останется Лера, эта квартира, машина и карточка с тем же режимом автопополнения, что и сейчас. Если ты, конечно, не будешь бездумно тратить деньги.