Развод. Забыть и не простить

Глава 3

Вот это поворот! Плакать или смеяться? Смеяться обычно начинают, если отчаяние достигло высшей точки. Так, Елена, возьми себя в руки. Надо сначала выяснить о чем тараторила эта девица… Может это какая-нибудь подружка Селуянова просто не туда позвонила… Ну бывает ведь – нажмешь не ту кнопку. Сама иногда ошибалась.

Я закусила губу.

А может хватит его оправдывать, Лена? Представляю, чем они в машине занимались, если она потеряла пояс от платья! Уж явно не сканворды разгадывали!

Вернется Андрей и я быстро спущусь вниз, на парковку и посмотрю, что там у него в машине… если, конечно, он уже не замел следы самостоятельно…

Андрей вернулся на удивление рано. Принес большой торт с “жуткими розочками” и букет для мамы. Вот ведь перец! Знает, что мама теперь весь вечер будет слагать хвалебные оды для любимого зятя: “Ах, Андрюша, как же это мило!”, “ Как ты угадал, что я люблю именно белые розы?” Еще бы он не “угадал”, когда ты это постоянно повторяешь, на протяжении пятнадцати лет!

Муж мой довольно улыбался, сидя на кухне, а мама суетилась, подкладывая ему на тарелку салатики.

– Спасибо, Елизавета Ивановна, – Андрей уплетал мамину стряпню за обе щеки, – Так приятно, когда тебя вот так встречают после работы, – он покосился в мою сторону, – С улыбкой.

– Как же иначе! – мама укоризненно покачала головой, глядя на меня, – Ты ведь сутками пашешь… Кушай, кушай, Андрюша, сейчас я тебе еще жаркое положу – очень вкусно получилось!

– У меня лучшая теща в мире, – басил Андрей. Я не стала мешать этим двоим наслаждаться приятной беседой и выскользнула в коридор. Судя по маминому меню, они еще просидят в кухне не меньше получаса, так что я вполне успею сделать то, что задумала. Я взяла ключи от машины, сунула ноги в балетки, и поспешила вниз по лестнице. К черту лифт! У нас третий этаж, ногами быстрее получится.

В машине было чисто и пахло можжевеловой отдушкой. Я залезла в бардачок, пошарила на сиденьях – пояса не было. Чуть успокоившись, я села на сидение и вытянула ноги. Мне нужно было перевести дух. Еще придется придумать повод, чтобы объяснить Андрею, зачем я сюда пришла… Моя щиколотка коснулась чего-то, я нагнулась и вытянула тонкий кожаный пояс из-под водительского кресла. Несколько минут я тупо смотрела на этот шнурок, который сейчас мне казался воплощением всех моих бед. Первым порывом было желание выбросить злополучный поясок в окно, но я заставила себя положить его в карман. Нельзя вот так разбрасываться уликами.

Что мне сейчас делать? Пойти и бросить ему этот чертов пояс в лицо? Или набросить на шею? Я усмехнулась, представив эту картину. Но дома мама и Аленка… может и Катя уже вернулась. Нельзя устраивать сцену на их глазах…

Я поднесла шнурок к носу – он пах кожей, духами и еще чем-то… Теперь я знала, как пахнет предательство.

В квартиру я вернулась злая, едва сдерживая себя, чтобы не наброситься на Андрея с порога и не высказать ему все, что я о нем думаю. Все уже поужинали, разбежались по комнатам. Девчонки громко спорили, Аленка громко смеялась, а Катя пыталась ей что-то объяснить.

– Мама, – Катя встала в дверях кухни, – Ну скажи хоть ты ей, что нельзя без спросу брать мои фломастеры! У нее свои есть. Почему она мои вечно таскает?

– Твои лучше, – выкрикнула Аленка, – А мои уже почти исписались. И вообще – у тебя набор сорок восемь цветов, а у меня тридцать шесть, вот!

– Девочки, не ссорьтесь, – выдохнула я, – Я куплю вам завтра новые фломастеры. Можете выбрать сами в интернет магазине – я закажу.

– О, – оживилась Катя, – Тогда я еще кофточку возьму, ладно? Давно ее хочу. Такая… с полосочками, у Лерки есть похожая – очень классно смотрится…

– А я барби новую закажу. – тут же перебила ее Аленка, – Там есть очень кпасивая, с длинными волосами, разноцветные прядки…

– Хорошо. – я опустилась на стул, – Только постарайтесь не выходить за рамки разумного. – девочки унеслись, а я сидела, глядя в окно. Мой муж, которого я всегда любила безусловной любовью… он просто взял предал меня. Я понимала, что Андрей нравится женщинам. Еще бы! Высокий, широкоплечий… у него волевое лицо и сильные руки. У него хорошая работа, красивая машина. Он успешный. Женщинам нравятся такие мужчины. Но я почему-то была уверена, что мы – семья, та, которая навсегда… Я дура?

Представив, как Андрей целует другую, меня затошнило…

– Что ты искала в моей машине? – он вошел и встал передо мной, как скала, – Лена, мне кажется, что тебе нужно ко врачу сходить… у тебя паранойя развивается. С утра ты резала мой галстук, сейчас пошла обыскивать в машину… Думала, что у меня там любовница в багажнике спрятана? – хохотнул он.

– Нет, конечно, никто у тебя в багажнике не спрятан, – пробормотала я, не узнавая свой голос – так глух он вдруг стал, – Хорошо, конечно, что ты не растерял свой юмор… – я вздохнула и вытащила из кармана пояс, – Только вот, не знаю что это… Объяснишь? – я положила шнурок на стол и посмотрела на Андрея, – Не придумал еще? И еще вопрос, – я криво улыбнулась, – Что за девица у тебя в телефоне записана, как “Селуянов”? Скажи мне, дорогой, – это тоже моя паранойя?