Развод. Забыть и не простить

Глава 6

Дома пахло мамиными пирожками с картошкой.

– Наконец-то, – выглянула она в коридор, услышав, как хлопнула дверь, – Иди скорее, пока все горячее.

– Я пообедала, – покачала головой, – Может попозже. Вы ешьте.

– Как всегда, – мама скорбно поджала губы, – Кручусь тут, как белка, думаю, что угощу дочку, а она нос воротит…

– Мам, не начинай, хоть ты, а? – раздраженно бросила я, – Я не жду, что ты приедешь в гости и начнешь “вертеться”, как ты выражаешься, у плиты. Холодильник забит, голодным остаться трудно. Ты лучше просто отдыхай, общайся с внучками… не знаю… порисуй с Аленкой или сшей платье для ее кукол. – мама фыркнула и скрылась в кухне, показывая всем своим видом вселенскую обиду. Я не пошла следом, чтобы успокаивать ее, как сделала бы раньше – ничего не случится. Тем более, ее пирожки есть кому оценить по достоинству. Сейчас явится Андрей и с превеликим удовольствием отведает стряпню тещи.

Внезапно звякнул телефон. Оля. Соседка по даче. В отличии от нас, она жила там практически круглый год. Она была не замужем, взрослый сын женился и жил с женой в городской квартире, и Оля предпочитала не мешать молодым.

– Мне, Лен, тут нравится, – говорила она, – Сама себе хозяйка и опять же простор, речка рядом. Магазин в поселке, территория у нас закрытая, так что – я тут кайфую.

Я испугалась, Оля звонила только в самых крайних случаях.

– Лена, – затараторила Оля, – Прости, что беспокою, но тут такое дело… я уезжаю завтра на две недели – мне дети путевку в санаторий подарили, сказали, чтобы я подлечилась, а мне и ехать неохота и обижать их не хочу – все же деньги заплпчены. – она перевела дух, – В общем завтра у нас будут на участках трубы менять, понимаешь? Те, что для полива…

– Ага, – кивнула я, хотя ничего не понимала.

– А никого не будет. Ни вас, ни меня. – Оля хмыкнула, – Тут слева от вас какой-то мужик появился, видать купил тети Лидину дачу, царство ей небесное… хотела его попросить, чтобы он присмотрел, но таа-ак зыркнул на меня… В общем придется вам приехать на денек.

– Не волнуйся, Оль, – успокоила я ее, – Езжай спокойно. Я сейчас Андрею позвоню, уверена, что он приедет.

– Вот спасибочки, – Оля рассмеялась, – А то я сижу в салоне, маникюр делаю, представляешь? Невестка привела… а потом уж на дачу не поеду, у меня поезд рано утром. Ладно, Лен, пока, всем привет!

– Счастливо тебе съездить. – я сбросила звонок Оли и тут же перезвонила Андрею. – Андрей, надо съездить, иначе нам там все перетопчут, – горячилась я, понимая, что Андрею совершенно не хочется ехать чуть свет на дачу, – Ну предупреди на работе… один день ведь всего?!

– Лен, я завтра, кровь из носу, должен быть на объекте, – наконец буркнул он, – Там будут очень важные люди… Может, черт с ним, ну натопчут – поправим потом, а?

– А Оля? – повысила я голос, – Я ей пообещала… она ведь, сам знаешь, какая тревожная женщина, позвонит, будет расспрашивать… Нельзя так! Оля всегда присматривает за нашим садом, поливает, если нужно…

– Если считаешь, что нельзя так – можешь ехать сама. – отрезал Андрей, – У меня работы полно, не могу разговаривать. – он не стал ждать, что я отвечу и отсоединился. Я взглянула на часы – если я сейчас вызову такси, то через пару часов буду на даче. Утром будут дикие пробки. К тому же вечер вряд ли пройдет мирно – я не удержусь и выпалю Андрею все, что я о нем думаю… Я быстро натянула джинсы, свитер, через приложение вызвала такси и заглянула в кухню, где бабушка кормила Аленку. Катя видимо еще не вернулась с тренировки.

– Мам, вы без меня справитесь до завтра? – я поцеловала Аленку в макушку, – Присмотри за бабулей, – шепнула я ей, – Там на даче что-то с трубами будут делать, надо, чтобы кто-то присутствовал. – мама тут же всполошилась и наложила мне пирожков. Я не стала спорить – попью вечером чай с пирогами.

… Такси развернулось и уехало, оставив меня наедине с осенней тишиной. Я вздохнула полной грудью. Здесь, за городом, воздух был другим – густым, влажным, пахнущим прелыми листьями, мокрой землей и дымком откуда-то издалека. В нашем саду все было рыжее, золотое, багровое. Яблоки, которые мы не успели собрать, чернели на ветках, а трава у забора отсырела и прилипала к подошвам.

Покой. Вот чего мне так не хватало. Никаких криков, упреков, язвительных комментариев. Только шорох листьев под ногами и далекий гул машин с трассы.

Я взяла сумку и пошла к калитке, нащупывая в кармане ключ. И тут за соседским забором услышала резкий, нервный звук пилы и отборное русское чертыхание. Через щель в досках мелькнула фигура. Высокий мужчина в засаленной толстовке с капюшоном, натянутом на голову, яростно пилил сухой сук старой яблони. Получалось у него плохо – пилу заедало, ветка гнулась, но не падала.

– Добрый вечер, – вежливо сказала я, останавливаясь у своего забора.

Он вздрогнул, обернулся. Из-под капюшона мелькнул взгляд – не то серый, не то зеленый, колючий и недовольный. На лице – двухдневная щетина и глубокая складка между бровей.

– Вечер, – буркнул он и тут же вернулся к своему занятию, сделав вид, будто меня не существует. Пила снова заскрежетала.

“Ну и характер”, – подумала я без особого удивления. Оля предупредила. Отсутствие гостеприимства даже немного обрадовало – значит, не станет лезть с разговорами, когда мне так нужно побыть одной.

Я открыла калитку, прошла на участок. Наш небольшой домик выглядел застывшим, с закрытыми ставнями. Ключ застрял в замке, пришлось потрудиться. Внутри пахло пылью, сухими травами и тишиной. Я бросила сумку на кухонный стол, покрытый клеенкой, и первым делом распахнула окна. Холодный воздух хлынул внутрь. Этим летом мы почти не бывали здесь. Сначала Катя сдавала экзамены, потом Аленку готовили к школе… Я уже и забыла, как же здесь хорошо и спокойно!

Мысли текли лениво, возвращаясь к одному и тому же:

Андрей.

Поясок.

Карина.

Ноутбук.

Мамины пирожки.

Все это казалось теперь таким далеким, почти нереальным на фоне простых, понятных вещей: нужно включить воду, проверить, не попало ли что в подполье за лето, найти старый чайник.