Развод. Жена не навсегда

Глава 3. Нож в спину

Я машинально протягиваю руку к тумбочке, чтобы поставить телефон и сфотографировать экран своим, но моего рядом нет — он на зарядке на кухне.

Шум воды за дверью не меняется. А я здесь, в спальне, держу в руках его телефон и понимаю, что это не просто «мы разные» и «мы соседи». Это «у меня есть другая жизнь». И она у него записана мужским именем. Очень изящно, Юра. Браво.

Я хочу положить телефон обратно, но руки вдруг становятся ватными. Ладони влажные, чехол силиконовый, скользит. Я перехватываю его, и в этот момент слышу, как в душе меняется звук — он, похоже, выключает воду.

Паника стремительно поднимается в теле, ноги начинают дрожать, и я торопливо приказываю себе: «Лена, быстрее».

Я наклоняюсь, целюсь в карман, но пальцы не слушаются. Телефон выскальзывает и с глухим, очень конкретным звуком падает на пол.

Я подпрыгиваю всем телом. Я поднимаю телефон, смотрю на экран — трещин нет, слава богу. Сердце будто останавливается на одну долю секунды и снова стартует.

Я одной рукой удерживаю дыхание, второй рукой ловлю карман, запихиваю телефон внутрь и давлю его вниз, чтобы лёг как лежал. Выдыхаю. Ещё раз проверяю взглядом: джинсы ровно, карман ровно, ремень на месте. Всё.

Я делаю два шага назад, разворачиваюсь и почти бегом выхожу из спальни. В коридоре меня бросает то в жар, то в холод, хочется или смеяться, или плакать — я сама не понимаю.

Я проскальзываю на кухню, хватаюсь за край стола, чтобы не сесть прямо на пол.

Слышу, как в ванной двигаются двери, у меня в голове одна фраза, громкая, как сирена: «Он мне изменяет». Не «кажется», не «наверное», не «надо проверить». Всё уже проверено.

Я наливаю себе воды, пытаюсь сделать глоток, но горло деревянное. Вода возвращается в стакан.

Дверь ванной открывается, я замираю, слышу шаги Юры. Он проходит в спальню, у меня внутри всё сжимается, я надеюсь, что он ничего не заметит. Я прислушиваюсь. Никаких «Лена!» и «что это было». Значит, прокатило. Я закрываю глаза на секунду и позволяю себе вдохнуть глубже.

Через несколько минут Юра возвращается на кухню, уже в чистой футболке. Волосы влажные, запах шампуня идёт впереди него.

— Юра, сядь за стол, пожалуйста, — говорю я тоном, который не оставляет ему другого выбора.

Он тяжело вздыхает, нехотя опускается на стул и закатывает глаза.

— И что ещё ты хочешь от меня услышать? — отрезает он с наглым выражением лица.

Не зря говорят, что при расставании люди меняются и показывают своё истинное лицо.

Тон, с которым он сейчас разговаривает, его поведение, жесты — всё это кажется чужим.

Это не тот Юра, которого я знала все эти двадцать лет. Неужели он действительно мог так долго скрывать от меня эту сторону себя, а может, я просто её не замечала?

— Юр, — начинаю, сидя напротив, — а кто такой Анатолий?

Он поднимает глаза, моргает пару раз и чуть хмурится.

— Какой Анатолий?

— Тот, который вчера тебе написал, что ты был великолепен и не может дождаться следующей встречи, — произношу я спокойно, хотя внутри всё сжимается в тугой узел.

Он чуть дёргается, губы сжимаются в тонкую линию, пальцы барабанят по столу.

— Лена, я не собираюсь с тобой это обсуждать, — бросает он, нагло усмехаясь и демонстративно отводя взгляд, словно ему даже лень тратить на меня своё внимание.

— Конечно, — усмехаюсь я в ответ, хотя смех получается короткий и злой. — Обсуждать ведь неудобно, когда тебя прижали к стене, верно, Юр?

— Лен, с подружками своими будешь так разговаривать, — он ухмыляется, откидывается на спинку стула и лениво скрещивает руки на груди. — Успокойся уже и не начинай новый спектакль.

— Кто это, Юра? — я встаю из-за стола, голос срывается, но я не снижаю громкость. — Ты думаешь, я настолько глупая, что поверю в «я устал и хочу пожить для себя»? Кто она?

— Лена, я не обязан тебе ничего объяснять, — произносит он спокойно, почти холодно. Это «спокойно» меня ещё больше бесит, чем если бы Юра сорвался.

— Не обязан, — повторяю я тихо, чувствуя, как внутри всё гудит. — Интересно, а что ты вчера сказал Саше? Тоже, что не обязан ничего объяснять?

Он смотрит на меня прямо, и в его взгляде нет ни капли сомнения.

— Я сказал ему, что мы с тобой расстаёмся. И он меня в этом поддержал.

Эти слова падают на меня, как бетонная плита, на секунду даже дыхание сбивается.

— Поддержал? — переспрашиваю, хотя услышала всё чётко. — То есть наш сын считает, что ты всё делаешь правильно?

— Да, — отвечает он просто, будто это не имеет никакого веса. — Он взрослый, он всё понимает и поддерживает моё решение. Я больше не собираюсь жить ради чужих ожиданий и хочу, чтобы мой сын учился на моих ошибках.

— Ошибках?! — у меня перехватывает дыхание. — Ты сейчас называешь нашу жизнь, наш брак… ошибкой? Двадцать лет, Юра! Двадцать лет, которые я отдала тебе, нашей семье — это, по-твоему, ошибка?! — мой голос предательски дрожит, то срываясь на крик, то глухо ломаясь. — Как ты вообще можешь говорить такое, глядя мне в глаза?

Он не моргает. Просто смотрит на меня так, будто я для него уже никто. Ни жена, ни мать его сына — просто женщина, с которой когда-то связала жизнь глупость или обстоятельства.

— Могу, Лен, — произносит он тихо и холодно. — Потому что это правда.

Я отступаю на шаг. Ощущение, будто в спину воткнули нож, а потом провернули. Предательство мужа — это ужасная боль, но предательство сына… ударяет куда глубже.

Юра проходит мимо меня, даже не пытаясь что-то добавить. Уходит в спальню, а я остаюсь стоять на кухне, держась за край стола, чтобы не упасть.

Дорогие! Добро пожаловать в новую историю!

Как только мы наберем 200⭐️ я опубликую следующую главу)

Всех обнимаю! Ваша Аня ❤️