Развод. Жена с изъяном

Глава 9

Лика

Я понимаю, что ужасно хочу есть. Не кофе, именно есть. Нормально, по-человечески, а не «перекусить на бегу». Тимоша уснул, и я решаю рискнуть. Очень осторожно, будто иду по тонкому льду, пробираюсь на кухню и ставлю сковородку.

Яичница – самый быстрый вариант. Я разбиваю яйца, включаю чайник и почти счастлива. На секунду. Ровно до того момента, пока из детской не доносится знакомый, набирающий обороты звук.

– Ну конечно, – улыбаюсь я и бегу обратно.

Тимоша проснулся не до конца, просто что-то ему не понравилось во сне. Я беру его на руки, прижимаю, покачиваю. Он утыкается носом мне в шею, сопит, затихает. И в этот момент из кухни раздается резкий писк.

Датчик дыма.

– Ой-ой-ой…

Укладываю Тимошу и мчусь обратно, стараясь не топать, не шуметь. На кухне дымок, яичница уже не яичница, а угольная композиция. Я быстро выключаю плиту, открываю окно, отключаю датчик, выдыхаю.

Яичницу – в мусор. План Б – тосты.

Пока тостер делает свое дело, я делаю чай. Потом вспоминаю, что нужно сменить постельное белье, закинуть стирку и полить цветы.

Я все это делаю почти на автомате. Это не тяжело. Это просто день. Мой день.

Из детской снова доносится возня. Я иду к сыну, мы делаем нашу маленькую гимнастику: ножки, ручки, «велосипед». Он смешно хмурится, потом улыбается и снова засыпает. Я понимаю, что у него просто болел животик.

Возвращаюсь на кухню и обнаруживаю тосты… подсушенные до состояния сухарей. Чай – холодный. Я ставлю кружку в микроволновку и начинаю грызть хлеб. Конечно, хочется сыра, рыбки, чего-то нормального. Но я боюсь. Бояться – это тоже часть материнства. Боюсь, что только начну готовить – и все.

Как только я доедаю второй кусок, Тимоша снова просыпается.

Я кормлю его, потом решаю сменить подгузник. Снимаю – и ровно в эту секунду он писает. На меня. На пол. На все.

– Ну конечно, – смеюсь я. – А как же иначе.

Я вытираю, переодеваю его, кладу в кроватку и иду переодеваться сама. Пора собираться на прогулку.

Я выбираю одежду быстро, без раздумий. Джинсы с высокой посадкой, мягкий свитер, в котором удобно наклоняться, длинное легкое пальто. Новые кроссовки. Смотрю в зеркало и думаю, что выгляжу… нормально. Даже хорошо.

Возвращаюсь в детскую, беру Тимошу на руки – и он срыгивает. Конечно. Прямо мне на спину.

Я закрываю глаза, потом смеюсь. Вытираю его, укладываю обратно и иду переодеваться снова.

На улице тепло. Настоящее хорошее тепло, когда не нужно кутаться. Тимоша спокойно лежит в коляске, я иду по парку, ловлю солнце и впервые за день просто думаю.

Я думаю о Марке. О том, что у нас проблемы. О том, что так не должно быть, но так есть. И о том, что это нужно решать.

Я смотрю на Тимошу и понимаю по его лицу, что пора домой.

Дома все по кругу: ванна, кормление, укладывание. Я еще немного сижу в детской, слушаю дыхание сыночка, потом иду на кухню. Живот урчит так, что я боюсь разбудить сына.

Хочу разогреть лазанью, открываю микроволновку, и на меня смотрит утренний чай.

Я улыбаюсь.

– Материнство – это пить утренний чай после обеда.

Я ставлю разогреваться еду и думаю о том, что сегодня хороший день.

Представляю вам еще одну книгу 16+ литмоба «Верну жену»:

У твоего сына мои глаза. Верну свое

https://litnet.com/shrt/_fcE