Развод. Жена с изъяном

Глава 17

Лика

Я сижу на жесткой лавке в карете скорой помощи и держу Тимошу за руку. Его ладошка горячая, влажная. Слишком горячая. Я провожу пальцами по его волосам и чувствую, как дрожат мои руки.

Тимоша тихо всхлипывает.

– Я рядом, солнышко. Все хорошо, – говорю как можно спокойнее.

Голос у меня действительно ровный. Я заставляю его быть таким. Внутри все сжато так, что трудно дышать.

Сирена воет над головой. Машину трясет на поворотах. Врач рядом проверяет Тимоше пульс, что-то записывает, поправляет капельницу. Я ловлю каждое его движение, каждый взгляд. Мне нужно понимать – становится лучше или нет.

– Температура падает, – говорит врач наконец. – Уже на два градуса меньше.

Я киваю.

– Все будет хорошо? – спрашиваю я.

– Да, динамика положительная.

Слова правильные. Успокаивающие. Должны быть. Но меня они почему-то не успокаивают.

Температура падает, но она может и подняться обратно.

Я смотрю на сына. Щеки красные, ресницы влажные. Он дышит чаще обычного.

Господи, только бы не было осложнений. Только бы не навредила ему эта температура.

В голове одна за другой всплывают страшные мысли, и я не могу их остановить.

«А если уже поздно? А если уже что-то произошло?»

Я сильнее сжимаю его пальчики.

– Мамочка здесь, – шепчу я. – Все хорошо.

И тут же, как назло, в голову лезут плохие мысли.

Марк.

«Он должен был быть дома. Он должен был взять трубку. Почему он не отвечает?»

Сердце делает тяжелый, болезненный толчок.

А вдруг…

Я резко втягиваю воздух.

Нет. Нет. Не надо.

Но тревога уже рисует картинки. Одну хуже другой.

Вот он за рулем, поздний вечер, мокрая дорога… визг тормозов.

Я зажмуриваюсь.

Нет.

Или он выходит из офиса, темно, пустая парковка… кто-то подходит со спины…

– Господи… – вырывается у меня.

Я быстро наклоняюсь к Тимоше, прячу лицо в его волосах, чтобы никто не видел, как у меня дрожат губы.

Мне нельзя сейчас развалиться. Нельзя. Сыночку и так плохо.

Я сглатываю, заставляю себя дышать ровнее. Медленно. Глубже.

– Лика, держись, – шепчу себе под нос.

Врач снова проверяет температуру.

– Видите? Падает, – говорит спокойным тоном.

Я смотрю на градусник с опаской.

– Она… не поднимется снова? – спрашиваю.

Врач пожимает плечами.

– Будем наблюдать в больнице.

Я киваю, и меня снова накрывает волной тревоги.

«А если поднимется?.. А если начнутся судороги?..»

Я чувствую, как подступают слезы, резко моргаю. Нет. Не сейчас.

Я глажу Тимошу по руке, по плечу, поправляю на нем одеяльце, хотя оно и так лежит ровно. Просто нужно чем-то занять руки, иначе я начну вся трястись.

– Потерпи, мой хороший… еще чуть-чуть, – шепчу я.

Тимоша не реагирует, глаза полузакрыты.

«Господи, пожалуйста... Пожалуйста, пусть с ним все будет хорошо. Пусть эта температура больше не поднимается...»

Я мысленно повторяю это снова и снова, как молитву.

«Только спаси моего сына... Только защити его... И… пожалуйста… Марка тоже...»

Я хватаюсь за телефон, хотя знаю, что там ничего нового. Ни пропущенного звонка. Ни сообщения.

«Где ты?.. Что с тобой?..»

В груди холодеет от этой неизвестности.

Машина резко тормозит на светофоре, Тимоша тихо стонет, и я мгновенно наклоняюсь к нему.

– Я здесь, я здесь, – быстро шепчу.

Сейчас главное – сыночек.

Я выпрямляюсь, вытираю ладонью уголки глаз, чтобы ни одной слезинки. Дышу глубже. Ровнее.

«Я должна быть спокойной... Я должна быть сильной...»

Меня всю трясет от страха за Тимошу и Марка.

Представляю вам еще одну книгу из литмоба «Верну жену».

Только для читателей старше 16 лет.

Бывшие. Женюсь на тебе дважды

https://litnet.com/shrt/kaxu

У нас был договорной брак, в котором мы прожили семь лет. Бурных, на эмоциональных качелях. Всё сломалось в одночасье, и мы разлетелись в разные стороны, чтобы однажды встретиться и переосмыслить всё, что мешало нам быть счастливыми. Сможем ли?.. Получится ли?..