Развод. Жена твоих кошмаров

Глава 4. За час до Нового Года

До Нового года оставалось чуть больше часа, а в воздухе уже пахло не только мандаринами, но и каким-то грядущим апокалипсисом. Странное чувство, когда всё внутри вибрирует на низкой частоте, предвещая бурю, а ты продолжаешь улыбаться и поправлять ёлочные шарики.

Машка наконец-то уснула. Температура у неё за день выше тридцати семи не поднималась, просто была лёгкая слабость и сопливый нос.Третий день обычного ОРЗ, которое решило слегка подпортить нам праздник. Но я всё равно немного волновалась. Наверное, все матери одинаковые - даже когда врач говорит «ничего страшного», внутри всё равно крутится тревожный червячок.

Я постояла у кроватки, поправила одеяло и нежно коснулась губами её тёплого, пахнущего молоком и детством лба. Моё маленькое счастье, которое пока не знает, какими идиотами могут быть взрослые...

Сердце почему-то сжалось при этой мысли.

Когда я вышла из детской, Дашка уже устроилась в гостиной с ноутбуком, заверив меня, что всё под контролем.

- Свет, ты сто раз уже проверяла, - сказала она из-за моей спины. - Всё нормально, идите уже. Если что, я позвоню. Но она спит как сурок.

Я вздохнула и развернулась к сестре.

- Ты точно справишься? Если что - звони сразу. Если температура поднимется, если проснётся и испугается, если...

- Света! - Даша закатила глаза и махнула рукой. - Я не первый раз с детьми сижу. И вообще, у меня эксклюзивная тётина вахта сегодня, между прочим. Планирую мультики смотреть и мандарины жрать. Так что вали уже, а то опоздаете к бою курантов.

Я усмехнулась, но всё равно ещё раз заглянула в комнату дочки. Маша по-прежнему мирно спала, обнимая плюшевого медведя.

- Ладно. Мы ненадолго. Часик посидим и вернёмся.

- Да хоть до утра сидите, - отмахнулась Даша. - Мы тут справимся.

Я кивнула, натягивая праздничное платье, которое теперь казалось мне слишком ярким для такого паршивого повода, и вышла в коридор. Илья стоял в дверях, уже полностью одетый, и вид у него был такой, будто его ведут не на праздник, а на каторгу.

- Ну что за праздник в такой обстановке, - проворчал он, застёгивая молнию. - Ты же понимаешь, что это будет самый унылый Новый год в истории человечества? Зачем нам это надо? Ну позвонила бы, поздравила... Сидели бы сейчас дома, расслаблялись и смотрели кино. Лаврентий этот... он же всегда был нытиком. Сейчас начнёт слюни распускать. Кайф, а не праздник. - Муж передёрнул плечами. - Воротит с этой фальши.

Я резко обернулась к нему, и что-то в моём взгляде заставило его замолчать на полуслове.

- Илья, мы идём не к нему. Мы идём к Наташе, чтобы она не была одна среди этой фальши. Чтобы хотя бы два человека в этой квартире были на её стороне.

- Ага, - фыркнул он. - Будем молчаливыми статистами в её драме. Помощь, блин.

- Да у неё мир рухнул, понимаешь? Рухнул с грохотом, под самый Новый год! - Я подошла и поправила мужу воротник куртки, стараясь говорить жестко, но без визга. - Слушай, она же моя подруга с самой школы, да и тебе почти сестра, как наша Дашка. Мы не можем её бросить. Если нужно будет весь вечер вытирать ей сопли и слушать бред Лаврентия - мы будем это делать. Потому что это и называется «быть рядом». Понял?

Муж удивлённо моргнул. Он явно не ожидал такого жёсткого тона. Обычно я была мягче, шла на компромиссы, а сейчас внутри меня будто что-то взорвалось. Может, история Наташи так на меня повлияла. Может, я просто устала от того, что мужчины считают свой комфорт важнее всего остального. Не знаю. Но в этот момент мне было абсолютно плевать на ворчание мужа.

- И вообще, - добавила я, - ты же сам говорил, что Лаврентий тебя раздражает. Вот и будешь раздражать его в ответ, поддерживая сторону Наташи.

- Раздражает - да, - согласился он. - Но это не значит, что я хочу встречать с ним полночь.

- В этом году - встретим, - отрезала я.

Илья вздохнул, закатил глаза, но спорить не стал. Он знал, что если я вхожу в режим «матери Терезы с кулаками», сопротивляться бесполезно.

- Понял, понял. Идём уже, спасительница.

Мы вышли на улицу, и морозный воздух ударил в лицо так, что захотелось втянуть голову в плечи. Город сиял праздничными огнями - гирлянды на деревьях, иллюминация на зданиях, витрины магазинов в мишуре и снежинках. Всё вокруг кричало о празднике, волшебстве и чудесах.

Я крепко держала Илью под руку, и где-то на задворках сознания снова всплыл тот вчерашний перекресток. Тень сомнения попыталась укусить за пятку, но я её придушила. Нет, сейчас не до этого. Сейчас главное - Наташка.

- Так что там с Наташей? - спросил Илья, когда мы свернули на знакомую улицу. - Ты вчера что-то намекала, но толком не сказала.

Я вздохнула.

- Этот её «гений» притащил в дом бабу! В их общую квартиру! Перевёз её вещи и выселил Наташу из спальни в гостиную под Новый год.

Илья остановился так резко, что я едва не врезалась в него.

- Что?! - выдохнул он с таким видом, словно не поверил собственным ушам. - Серьёзно?

- Серьёзно, - кивнула я. - Причём сделал это так, словно это нормально. Словно жена должна была привыкнуть и смириться.

- Вот же ублюдок, - Он выматерился пару раз сквозь зубы, потом покачал головой и хмыкнул. - Значит, сегодня я увижу этого мудака во всей красе. Отлично. Просто замечательно.

Я удовлетворенно посмотрела на мужа и поймала себя на мысли: вот так и должен реагировать нормальный мужчина. С возмущением, отвращением и неприятием самой ситуации. А не с безразличием или, того хуже, с пониманием.

Когда мы молча дошли до подъезда Наташи, тишина там была какая-то звенящая. Но ровно до того момента, пока мы не поднялись на нужный этаж.

Из-за двери квартиры номер сорок восемь доносились такие децибелы, что я невольно притормозила.

- ...или у тебя совсем гордости нет?! - взвизгнул незнакомый, тонкий и очень неприятный женский голос. - Это мы для себя накрывали! Мы! Я эти деликатесы по всему городу искала, а ты сидишь и жрешь как не в себя! Имей совесть, в конце концов! Ты хоть понимаешь, как это выглядит?!