Развод. Жестокий обман

Глава 25. Злость

Внутри меня злость так и кипит. То есть, Олег серьезно? Действительно оставит меня тут и поедет отвозить Амелию? Просто не могу в это поверить!

Я смотрю на то, как они садятся на видавший виды мопед, который старичок выгнал из сарая. Думаю, он ездил на нем еще во времена своей молодости.

Состояние какого-то отупения. Даже я бы сказала пофигизма.

Это странно, но я настолько шокирована, что мне даже не больно. Словно наблюдаю за всем со стороны.

В этот момент мне в голову впервые приходит мысль о том, что может я все это время ошибалась насчет глубины чувств в нашей паре.

То есть, за себя-то я уверена, а вот насчет Олега… А он вообще любит меня? Дорожит мной по-настоящему?

Все это время он говорил мне о том, как он ценит наш брак и как хочет его спасти. И какие усилия он прикладывает для сохранения нашей семьи. И я воспринимала его слова за чистую монету. У меня не было сомнений в его искренности.

Да, я не была уверена насчет правдивости его слов и всей этой ситуации с обменом, подозрительными гостями и прочим. Но вот в том, что Олег и правда дорожит мной и нашими отношениями, я никогда не сомневалась.

Сейчас же, глядя на то, как он садится на дряхлый мопед вдвоем с Амелией, на меня внезапно снисходит понимание, что это конец.

— Я надеюсь, ты сейчас не собираешься плакать? Подожди хотя бы до тех пор, пока они уедут, — советует рядом Макар.

Что? Плакать? Я выгляжу настолько жалко?

— Нет! Не собираюсь я плакать! Даже и не думала! — хмуро отвечаю я.

— Ну и молодец. Не стоит он того, поверь. Да, знаю, сейчас тебе кажется, что без него весь твой мир рухнет, но это не так. Будет тяжело какое-то время, а потом все вернется на круги своя, — он произносит это как-то так… словно знает, о чем говорит.

Я с интересом перевожу на него взгляд. Макар стоит рядом со мной и смотрит на дорогу, где в этот момент как раз отъезжает мотоцикл. Ветер трепет его темные волосы, а свет из окон дома освещает лицо.

Он в этот момент вдруг кажется мне таким красивым, что даже дух захватывает. Такие мужественные черты, четкие, словно высеченные из камня. Брови слегка нахмурены, а уголки рта чуть приподняты в привычной чуть саркастичной усмешке.

— Что смотришь? Нравлюсь? — спрашивает он у меня, не поворачиваясь.

— Нисколечки! — независимо фыркаю я и, повернувшись, иду в сторону сарая.

Слышу, как он насмешливо хмыкает сзади. Самодовольный индюк!

Я залетаю в сарай, и в этот момент меня накрывает, с запозданием. Жуткая злость, ярость и обида.

Да как он вообще мог! Он же мой муж! Он оставил меня тут! И уехал с какой-то… другой женщиной! Это как вообще называется?!

И вообще — ему что, плевать, что я тут с другим мужчиной буду спать на сеновале? Или он так мне доверяет? А вот я ему что-то не очень!

Он будет спать с нереальной сексуальной красоткой в одном доме. И никого вокруг! Дала бы я руку на отсечение, что между ними ничего не будет? Нет, только не сейчас! Не после последней недели!

Я чувствую себя преданной, обманутой и брошенной. А еще униженной.

Мне почему-то жутко стыдно перед Макаром за то, что мой муж так поступил. Хоть я и понимаю, что он сам спокойно отпустил свою жену, но это почему-то не уменьшает моего смущения.

Злость во мне кипит и требует выхода.

Вот же сволочь!..

Стиснув зубы, я размахиваюсь и со всей силы бью кулаком в бревенчатую стену!

Ай!!!...

Мне так больно, что даже перед глазами темнеет, а слезы брызгают и льются ручьем.

— Эй! Ты что сдурела? — слышу рядом голос Макара, но не обращаю внимания, опускаясь на пол и прижимая к себе покалеченную конечность.

— Маша! Что с рукой?! — голос очень встревоженный.

— Кажется, я ее сломала, — отвечаю я с трудом сквозь стиснутые зубы.

— Ну блеск! Покажи! — требует он.

Я машу головой и раскачиваюсь, стараясь заглушить острую боль.

— Зачем же ты себе-то руки ломаешь? Нужно было муженьку своему ломать! Ты-то тут причем? Горе ты луковое, — чувствую, как Макар поглаживает меня по спине. — Давай посмотрим на руку, хорошо?

Боль постепенно отступает, и я протягиваю ему руку. Макар осторожно осматривает мою кисть, шевелит и спрашивает, в какой момент больно, а в какой нет.

— Нет, Машунь, перелома нет, просто ушиб, — делает заключение он.

— Откуда ты знаешь? — недоверчиво спрашиваю я.

— Ну, я все же почти врач, хоть и недоучившийся. Хотя, снимок я бы сделал, для спокойствия, если будет продолжать болеть. Так, сиди тут, я скоро вернусь.

Он уходит, а я сижу на полу сарая и плачу. Даже не от боли, а от обиды.

Через минуту Макар возвращается с пакетом замороженных овощей.

— У дедули в морозилке только это, но нам подойдет.

Он достает из кармана носовой платок, бережно берет мою руку и осторожно прикладывает к покрасневшим костяшкам холодный пакет через платок.