Развод. Жизнь после тебя

14

АРИНА

Я сразу узнаю человека, стоящего рядом с Тимуром.

Мы с ним встречались пару раз. Он приходил ко мне, пытался договориться, чтобы я отказалась от дела, но я даже слушать его не стала.

Но что этот человек здесь делает, еще и рядом с моим бывшим мужем?

А в следующую секунду меня пронзает осознанием, и с губ моих срывается едкая усмешка.

К кому господин Одинцов мог пойти за помощью… Конечно, к человеку, который будет принимать решение в суде. Это еще не точно, но с большей вероятностью могу сказать, что судьей в этом деле будет Царев.

Одинцов хочет спасти сына от тюрьмы и идет в обход всего, желая договориться уже не с адвокатом другой стороны, а с более высоким человеком, который во всей этой цепочке имеет вес.

Перевожу взгляд на бывшего мужа. Неужели он согласится… Не знаю. Не уверена. Но могу одно сказать, Тимуру разговор с этим человеком не нравится. Он весь напряжен, это понятно по его позе, то, как сложил руки в карманы брюк, по лицу и развороту плеч. Даже энергетика от него исходит тяжелая.

Я не хочу сталкиваться с Одинцовым, как и со своим бывшим мужем. Точно не после вчерашнего. Но выбора у меня нет. Мне нужно поговорить с Гордеевым, а его кабинет находится прямо за спиной этих двоих.

Делаю вдох-выдох и шагаю вперед, несмотря на то, что сердце громко скачет, и ладошки от волнения становятся мокрыми.

Я не хотела этой встречи с бывшим не после того, как он ушел от меня, разбив нашу семью на осколки. Я не готова к ней. Но буду ли когда-либо вообще готова… К такому невозможно подготовиться.

Внутри меня выжженное поле, а от наших отношений остался лишь пепел.

Они не сразу замечают мое присутствие. Первым меня видит Одинцов. Он поворачивает голову, встречается со мной взглядом, и по моей спине проносятся холодные колючие мурашки. Неприятный человек. Не только внешне, но и энергетика его… жуткая. От него можно чего угодно ожидать, и он не поскупится ни на чем, лишь бы добиться своей цели. А сейчас цель его – спасти сына.

– Арина Геннадьевна, как я рад вас видеть, – ядовитая улыбка на его губах. – Вы одни, без охраны?

Не могу сказать того же, совсем не рада видеть этого человека.

Одинцов будто специально пытается меня задеть. Но я не доставлю ему такого счастья. Пускай катится в ад.

– Она мне не нужна, Александр Владимирович, - стараюсь говорить как можно увереннее, не желая показывать свои истинные чувства к этому человеку.

– Конечно, Арина Геннадьевна. Конечно.

Чувствую, как от слишком пристального внимания кожа на моем лице полыхает. Сердце, чтобы его, набирает обороты и начинает частить, что кажется, вот-вот выпрыгнет из груди.

Я знаю виновника всех этих химических реакций в моем организме, и мне это не нравится. Не должно быть так, не после того… Но глупое сердце на что-то еще надеется. Десять лет совместных моментов и жизни просто так не выкинешь за борт.

Задержав дыхание, поворачиваюсь к мужу. К бывшему мужу!

Боже, когда я наконец запомню это и буду называть вещи своими именами, а не так, как привыкла делать это до катастрофы.

– Добрый вечер, - произношу спокойно, когда внутри меня полный пожар.

Там все полыхает, горит. Смерч, наводнение, цунами… Все это внутри меня, когда на лице полное безразличие.

Тяжело держать маску на лице, когда внутри ты едва дышишь.

– Здравствуй, Арина, - так же спокойно говорит Тимур, но его глаза… В них, кажется, что-то вспыхнуло. Но это произошло настолько быстро, что я не смогла разобрать.

– Извините, но мне нужно идти.

Делаю шаг в сторону, желая их обойти.

– Арина Геннадьевна, - окликает меня Одинцов. Я вздрагиваю и поворачиваю голову в его сторону, жду, что он скажет. – Рад был вас увидеть.

– Не могу того же сказать, - парирую я и направляюсь в кабинет Гордеева.

Всего несколько шагов, поворот ручки вниз… Все это время я чувствую внимательный взгляд темных глаз на своей спине. Я знаю, кому они принадлежат, и от того мое сердце беспокойно стучит.