Разводимся? Милая, ты не права

5

Дашка ушла на работу в ресторан. Должен же кто-то сегодня там руководить.

Безвольно лежу на кровати. Не хочу вставать, двигаться. Ничего не хочу. Чувствую, как щекочет слеза на реснице. Не поворачиваюсь, не двигаюсь. Смотрю на окно, на тихонько колышущуюся штору.

Я выпала из жизни. На время или навсегда, сейчас я не могу этого знать.

Звонок телефона потревожил. Вибрирует возле подушки. Не даёт покоя, заставляет вернуться в реальность. Не хочу брать его и смотреть, кто там звонит.

Звук оборвался, пиликнуло новое сообщение.

Пришлось приподняться, взять телефон и глянуть. Сообщение от папы.

Я открыла, глянула на фотку. Улыбнулась.

Мой папа – невысокий, плотный мужчина в самом расцвете сил. Ему 59. Пару лет назад он женился на Виоле, девушке почти на 30 лет моложе его. Ей 30.

Она ко мне всячески пристаёт, навязывает свою дружбу, но я стараюсь держать дистанцию. Даже не потому что мне обидно, что мой папа настолько погряз и молодиться, а потому, что Виола мне просто не нравится. Она кажется лицемерной и двуличной сукой. В лицо улыбается, а за спиной, скорее всего, моет мне кости, со своими гламурными подружками.

Передо мной строит из себя обаятельную добрячку, но на самом деле каждое своё действие она тщательно продумывает и выверяет. Я так чувствую. Она однозначно не убедила меня в своей искренности.

Но она заполучила моего отца. И он, кажется, не на шутку влюблён, а она скорее позволяет себя любить и баловать. Играет им, а не он ей, как он думает.

Баловать-то он умеет, оказалось.

Я плохо помню мою маму, практически всю жизнь меня воспитывал отец. У меня всегда были разные няни, некоторых я даже любила.

Но когда папа женился, я почувствовала, что он бросает меня, перестаёт быть моим самым близким человеком. Так он изменился.

Ощущение, что он больше не мой, и даже разговаривать мы перестали так часто как раньше. Изредка он позволяет себе Виолы неё оторваться.

После его женитьбы я всегда насторожена, боюсь, если я начну разговаривать с ним по душам, нас обязательно подслушают. Появилось какое-то неприятное ощущение в доме, в котором я выросла.

Я стараюсь быть рада за отца, ведь он счастлив. Но почему-то эта радость не доставляет никакого удовольствия. Я просто соглашаюсь с тем, с чем должна согласиться. Не спорю и не капризничаю. Не показываю ему свою неприязнь к его жене, стараюсь быть приятной и обходительной и сократить до минимума своё общение с Виолой.

И вот в момент, когда я лежу на кровати и совершенно не понимаю, куда мне двигаться дальше, приходит сообщение от моего папы.

«Как ты, малыш?»

Несколько секунд смотрю на экран. Моргнула, слеза упала на подушку.

Что я могу ему ответить? Всё, что я напишу, прочитает она.

Потому что у него от неё нет секретов. Наше с ним общение перешло в разряд доступности кому-то третьему.

Все меня бросают. Папа бросил. Теперь и Егор.

«Всё хорошо. Как вы там? Отдыхаете?» - быстро печатаю и отсылаю.

«Что - хорошо? Ты на работе?»

Он словно чувствует, что-то не так. А я не могу сказать, что именно сейчас со мной происходит.

«Да, уже работаю» - пишу быстро, чтобы он не вздумал звонить мне прямо сейчас.

Если позвонит, я не смогу сдержать слёз. А это никому не нужно. Не хочу, чтобы мой отец узнал об измене Егора.

«Ладно, не буду тебя отвлекать. Мы через пару дней возвращаемся, приходи в гости».

«Обязательно приду» - щёлкаю по буквам и посылаю сердечко.

Сердечко приходит в ответ.

Кладу телефон.

Надо вставать. Валяться в кровати и страдать - не выход из положения.

А что выход?

Я должна пойти к своему мужу и предъявить свои претензии. Сказать, что я подаю на развод, и никакие его аргументы не помогут. Чтобы он не сказал, всё будет неправдой. Теперь не поверю ни одному его слову.

Я встала с кровати, пошла в ванную, принимать душ.

Скрутив волосы в пучок, торопливо помылась. Нашла в шкафчике чистое полотенце. Дашка не будет против, если я им воспользуюсь.

Сейчас поеду домой и соберу вещи.

Егор в офисе. Вряд ли он будет дома в это время. С утра до вечера он проводит на работе. Работа - это его вторая любовь... после меня.

Я горько усмехнулась, глядя на себя в зеркало. Под глазами синяки и краснота от слёз и бессонной ночи. Я открыла шкафчик, в котором стоит Дашина косметика, нанесла под глаза немного корректора и пудры, тушью подкрасила ресницы. Так уже лучше.

Вышла из ванной, натянула свой вчерашний костюм. Обычно я не надеваю одно и то же каждый день, но сегодня придётся ещё раз в нём походить.

Пока Егора нет, наберу вещей. Соберу всё, что есть, напихаю полную машину. Пусть видит, что я забрала всё и ушла от него. Мне уже нечего скрывать. Раз он так со мной поступил, значит, я имею право на любые ответные действия. Я не стану жить с лицемером и предателем.

Через полчаса я подъехал к нашему дому. Стоянка пустая, значит, Егора нет. Я нажала на кнопку дистанционки от ворот, они начали отъезжать. Я въехала во двор и снова нажала на кнопку, чтобы закрыть ворота.

Прислуги сегодня нет. К нам приходит домработница, по вторникам и пятницам убирает в доме.

Повара у нас тоже нет. Ужин, чаще всего, я привожу из ресторана. Редко готовлю сама. Иногда мы едем ужинать в другие рестораны. А иногда ужинаем дома, вдвоём перед телевизором. Что-нибудь обсуждаем, разговариваем, это если я не возвращаюсь поздно. Порой после банкетов и свадеб, я приезжаю глубокой ночью, когда Егор уже в постели, спит.

Я зашла по ступенькам крыльца, открыла дверь своим ключом, вошла в дом.

Остановилась и посмотрела на наше жилище совершенно новым взглядом.

Место, где я была счастлива. Где узнала, что такое настоящая любовь.

Сама, лично обустраивала наша любовное гнёздышко. Представляла, как мы будем жить здесь до старости. Как тут будут расти наши дети.

Посмотрела на полки в гостиной. Все эти мелочи, картинки, статуэтки, вазочки, с какой любовью и я их выбирала, чтобы поставить на самое лучшее место.