Разящий ангел Малентора

Каникулы

Я первая пошла к выходу. С завтрашнего дня мне придётся работать, потому сегодня хотелось заехать в комнату поскорее и подольше отдохнуть. Стипендия, это конечно хорошо, но я на личном опыте убедилась, что её катастрофически не хватает. Безусловно, большим плюсом была форма в академии, которой нас спонсировали, комната в общежитии, и так далее, но иногда банально хотелось чего-то вкусного, а мне приходилось питаться пресными бесплатными для бюджетников блюдами.

В Фалькоре был разгар рабочего дня, повозки стучали колёсами по дорогам, зазывали отрабатывали хлеб громко крича, даже не верилось, что я часть этой жизни. 

Я разбирала свои скромные пожитки в небольшой комнатке на чердаке. Довольно уютной и тёплой. С экскурсии на память у меня осталась карточка с изображением меня и студентов на фоне Пояса. Она была как маленький кусочек голограммы, проецируемый над небольшой пластинкой при просмотре. Среди моих сокровищ лежала астра, цветок оставленный Танкой, и расплавленное крылышко, которое я приобрела перед началом первого круга на рынке. Крылышко слабо напоминало то, чем было, но из-за того, чем стало, было ещё дороже моему сердцу. Осторожно сложила все эти вещи на дно сумки, обернув тряпицей. 

Работа в таверне была тяжёлой. Я прибирала комнаты, помогала с очисткой от грязи и, иногда, готовкой. Илая, хозяйка, строго следила за контингентом, потому никаких казусов не происходило. Похожие как братья-близнецы рабочие будни текли бурной рекой. По документам у моего тела день рождения был на пару дней раньше моего земного. И к своему празднику я решила сделать себе подарок. В небольшом ателье сняли мои мерки и сшили платье красивого светло-голубого цвета, с квадратным вырезом, мягким корсетом и рукавами три четверти. Дороже всего стоила вышивка в виде растительного орнамента вокруг выреза, но как любая девушка, я любила себя баловать. 

За полторы недели до начала учебного года в таверну пришло письмо от Роула. Он сообщал, что через три дня, именно в мой день рождения, состоится сбор ребят в пять вечера у памятника на главной площади. Памятник был действующему королю - Некалиру. Он стоял, гордо смотря вперед, с развевающимся плащом за спиной и мечом в одной руке. 

К грядущей ярмарке памятник обложили цветами и магическими свечами, загорающимися сами по себе с наступлением темноты. 

Центральную площадь тоже украсили разноцветными флажками, лентами и цветами. На нарядный город было приятно смотреть и радовало, что такая красота будет окружать меня в день рождения. 

Я заплела волосы в косу, закрепив её на затылке и нарядилось в сшитое мне платье, гордо зашагав по улице на встречу с ребятами. 

Пляшущие артисты вручили мне палочку с яркими лентами на конце. По рассказу Илаи, которую я осторожно расспросила о Святой Фалиррии, узнала, что Фалиррия была великой ценительницей, что могла исцелять не только тела, но и души, и сердца, от безответной любви, например. Но, по злой иронии, себя она, в отличии от других целителей, лечить не могла. И умудрилась влюбиться в принца, хотя сама была простой девушкой. Принц, негодяй, подурил девушке голову, пользуясь влюблённость той, обесчестил, и бросил. Та страдала от предательства и обмана, не в силах унять сердечную боль или излечить себя. Тогда она пошла на войну между королевствами, чтобы лечить людей и сыскать свою смерть. Её войско попало в засаду и почти все погибли. Тогда она раскинула руки и выплеснула всю магию, но и той было мало исцелить всех, тогда она обратилась к жизненным силам и энергии, окружающей её. Она умерла, зато воины встали с земли без единой царапины. И с тех пор, в день её смерти, отмечают праздник Святой Фалиррии, которая не озлобилась от предательства, и помогала людям. Она была символом чистого сердца и всепрощения. Люди молились ей, прося помочь пережить душевную боль или вылечить больных. А ещё в этот день местные жители любили жениться. На пару молодоженов, едущих от храма, я и засмотрелась. Такие они были счастливые, словно сияли любовью. 

— Мэри! Привет! 

Я обернулась на окрик, ко мне, переходя дорогу, спешила Эгнес. Помахала ей в ответ. 

— А я думаю ты или нет, - заулыбалась она, заправляя медный локон, сбежавший из прически, за ухо. 

— Привет, Эгнес. Рада видеть тебя. Ты тоже на встречу? 

— Ага, надоело дома сидеть, уже не знала, как сбежать, а тут Сай пишет. Я сразу вещи в чемодан и поехала, - разулыбалась одногруппница. — Как экскурсия?

— Поражающе воображение, - поделилась я, — не предполагала, что это настолько монументальное сооружение. 

— Да, я как-то проезжала мимо, видела. Тоже долго была под впечатлением. 

Мы приблизились к площади, где среди уже празднующих горожан, виднелись знакомые лица. Саймон и Яннар что-то увлечённо обсуждали, Алиния разглядывала памятник отстранённо кивая на рассказ Рунны, а Никей считал ворон. 

Мы приблизились к одногруппникам, поприветствовав ребят. 

— Вот все и в сборе, - хлопнул Сай в ладони. — Ну, с чего начнём? 

— Ты всех собрал, ты и решай, — Никей тряхнул челкой, он всегда так делал, когда чувствовал себя не в своей тарелке. С ним, Рунной и Алинией я общалась по столько по сколько, но, в целом, негатива между нами не было. 

— Если никто не против, предлагаю начать с ярмарочных лавок, потом на спектакль и вернёмся сюда - как раз к танцам? 

Все воодушевлённо закивали и нестройным гуськом посеменили между другими отдыхающими к торговым рядам. 

Казалось, им нет конца и края, и в каждой лавке было что-то необычное и захватывающее. Торговцы приехали со всех уголков Континента, как говорится, на людей посмотреть и себя показать. Только все их товары стоили баснословно дорого, но за то, чтобы просто смотреть денег не берут. Потому мы дурачились, размахивая саблями по тысячи кьяри каждая, примеряли украшения, заматывались в дорогие меховые плащи и пробовали диковинные лакомства. 

Яннар проиграл Никею в хараш, аналог нашей игры в камень-ножницы-бумага, и ему пришлось примереть в лавке кузнеца бронированный женский лиф. И так нелепо выглядел этот широкоплечий суровый тёмный эльф, смущённый до красных щёк появившейся грудью, что я аж прослезилась от смеха.