Ребенок для Чудовища

Глава 3

Дивная новая жизнь

Со словами священника о том, что мы с Александром теперь муж и жена, у меня началась новая глава в жизни.

Странная глава. Непредвиденная.

Нежеланная.

Непонятная.

И я совершенно не знала, что мне с ней делать. Как быть. С чего начинать. Как привыкать к ней.

И все в ней оказалось, не как у людей. Начиная от медового месяца, которого у нас практически не было, заканчивая тем, с кем мне теперь предстояло жить под одной крышей.

Считать двухдневную поездку на выходных на юг страны настоящим путешествием не поворачивался язык, но мало того, что у Чарского не было ни времени, ни возможности оставить свою работу, так еще и моя беременность внесла свои коррективы.

Ранние сроки, токсикоз, возможные осложнения, и врач рекомендовал мне как можно меньше напрягаться. И, разумеется, запретил перелеты.

И не то, чтобы я жаждала куда-то отправиться с Чарским, просто оставаться в столице не было никакого желания. Я надеялась, что смогу уехать, развеяться. А там, может, и сбежать. Но не тут-то было.

Глупо, конечно. Куда я могла бежать в моем-то положении? И речь шла не только о ребенке, но и о моем возрасте, отсутствии личных денежных средств и какой-либо поддержки со стороны взрослых.

— Это место…

— Тебе нравится? Это твой новый дом.

— Я хотела сказать, что оно похоже на музей и здесь неуютно.

Сразу после свадьбы мы отправились в Сочи, а оттуда вернулись уже сюда, в дом Александра. Сюда же были доставлены мои многочисленные вещи. На удивление, все было распаковано и развешено в новой гардеробной, разложено в новой комнате.

В нашей общей с мужем комнате.

Чарский обо всем позаботился, а прислуга превосходно выполнила свою работу. И, с одной стороны, меня напрягало то, что мои вещи трогала куча посторонних людей, а с другой, конечно, так было проще.

Зато место, в котором, как выяснилось, жил Александр, больше походило на какое-то административное здание.

Снаружи оно было прекрасным старым поместьем, как выяснилось позже, оно принадлежало высокородным дворянам, давно уехавшим за границу. Чарский выкупил его и переделал на свой лад.

А вот внутри… минимализм, серость, строгость и холод. Вот, что царило в этом когда-то, наверное, прекрасном доме.

В длинных коридорах висели дорогие полотна мало понятные обычному обывателю, не ценителю искусств. Там и тут стояли древние, как мир, вазы, статуэтки, к которым страшно было прикоснуться.

Я не отрицаю, что все это было очень дорого. Но в этом доме не было ни тепла, ни уюта. Здесь не хотелось задержаться, и ничто не радовало глаз.

— Мне жаль это слышать.

Мы сидели на крыльце заднего двора и завтракали. Если посмотреть вперед, то можно было увидеть лес и высокие деревья, которым, наверное, было больше сотни лет. Чуть ближе к нам был разбит сад, за которым ухаживали специально приглашенные люди.

— Правду вообще зачастую жаль слышать, — тихо ответила я, помешивая сахар в своей чашке с чаем.

Есть не хотелось, с утра я проснулась с тошнотой и недомоганием. Поездка в Сочи не принесла ни пользы, ни радости, лишь отняла энергию и измотала меня. Вчера мы вернулись поздно, и у меня даже не было сил, чтобы возразить по какому-либо поводу. А вот сегодня голова уже начала мыслить трезво.

Моя жизнь не просто изменилась. В ней присутствовал чужой мне и взрослый мужчина. И еще беременность, к которой совершенно не было готово мое нутро. Причем, как в прямом, так и в переносном смыслах этого слова.

— А цветы? Они тоже тебе не по душе?

Я не думала, что наш первый совместный завтрак будет… таким. Деловым, что ли. Прислуга то и дело появлялась, что-то приносила, уносила, предлагала.

Александр был одет в черный, деловой костюм. Кажется, он собирался на работу. В отличие от него я выглядела совсем иначе. Толстовка и спортивные штаны, это все, на что меня хватило. Не было желания наряжаться, когда меня напрягало абсолютно все. Начиная от общей постели, заканчивая этим холодным домом с кучей незнакомой мне прислуги в нем.

— Я равнодушна.

— Жаль, — он пожал плечами. — Если не нравится интерьер, то можешь поменять. Я разрешаю. Любой стиль, бюджет не ограничен. Только не выбрасывай ничего из старинных вещей. Передам их в музей.

— Но…

Александр так легко и просто готов был расстаться со всеми этими вещами? Со старым интерьером дома? В одно мгновенье? Только потому, что я сказала, что мне не по душе?

— Только поговори сначала с Машей.

Стоп. Какая еще Маша?

— Что? — Я посмотрела на Александра, и мы встретились взглядами.

— Мария – моя сводная сестра. Она была на свадьбе, — терпеливо уточнил мой новоиспеченный супруг.

Смешно, на нашей свадьбе мне было абсолютно ни до чьих сестер. В голове бились совершенно другие мысли. Например, какого черта мой отец поступил так, будто мы живем в средневековье? Почему это случилось именно со мной? Почему мать не защитила меня? Как выбираться из всего этого кошмара? И что делать с незапланированным ребенком? Примерно так.

— Не помню, — сухо изрекла я, протягивая руку к чашке с кофе.

— Я не думаю, что тебе можно, — Чарский накрыл мою ладонь своей. Большой, горячей.

И это стало нашим первым прикосновением с момента ночи в клубе, если не считать обмена кольцами в церкви.

Я вздрогнула и замерла.

По коже пробежали маленькие электрические заряды. Сердце забилось быстрее обычного.

На мгновенье наши взгляды пересеклись, и я смутилась, отводя его первой.

— Что еще значит мне нельзя? — сказала я, пытаясь придать голосу непосредственности и отчаянно делая вид, что касания этого чужака меня нисколько не волнуют.

— Кофе. Не самая полезная вещь для беременной девушки. Лучше выпей сок. Он из свежее выжитых фруктов.

— Еще чего! — тут же ощетинилась я, скидывая с кисти чужую руку. — Мое тело, мой ребенок, мое решение, мой кофе!