Ребенок для олигарха

ГЛАВА 1

ГЛАВА 1

В предыдущей части:

- Я приготовил тебе подарок, - объявил мне Илья в преддверии нового года. Я вымучено улыбнулась.

Да, у меня тоже для тебя имеется подарочек. Только мне отчего-то кажется, что ты не сильно ему обрадуешься. Так мне подумалось. Озвучивать свои мысли, конечно же, не стала.

Я узнала, что беременна уже давно. И тогда в принципе можно было сделать аборт. Но для меня само это слово равно убийству. Это мы виноваты. Мы, взрослые люди, у которых от страсти заволокло разум, и они забыли, как правильно избегать беременности. Нет, мы предохранялись. Но не всегда и не особо старательно. И получили, что имеем. Вернее, имею я. Илья на данный момент ничего не знает и у меня не хватает смелости сказать ему. Может быть в следующем году. Потом…

- Что, даже не спросишь какой? – отложил приборы, уставился на меня с подозрением.

- Прости, задумалась, - улыбаюсь ему мягко и всем своим видом демонстрирую заинтересованность. – Что за подарок?

- Салон красоты. Ты же хотела свой бизнес? – передо мной на стол официант кладёт папку с бумагами, и я ошарашенно открываю её. Так и есть. Дарственная на моё имя.

- То есть, ты даришь мне салон красоты? – я отметаю мысль, что он даже не поинтересовался у меня, хочу ли я салон. Но, с другой стороны, бизнес он и в Африке бизнес. Почему бы не начать с салона красоты?

- Именно так. Тебе не нравится? – Илья напрягается. Он вообще не умеет принимать собственные поражения, потому что у него их не бывает. Но сейчас нервничает. – Можем поменять на что-то другое.

- Нет-нет, Илюш… Мне всё нравится. Правда. Прости, что я не прыгаю до потолка и не визжу от радости. Просто… Я беременна, Илюш, - сколько я не готовилась, сколько не пыталась сказать ему, как доходило до разговора, у меня отнимался дар речи. А сейчас вот сказала. Неожиданно легко, хотя не без страха.

Теперь же отнялся дар речи у Филатова. Он смотрел на меня своим ледяным взглядом и… Пожалуй, самым ледяным из всего его арсенала. О чём думает? Что сейчас ответит?

- Илюш? – напомнила о себе, когда пауза затянулась до неприличия, а Филатов, наконец, моргнул.

- Нам ребёнок сейчас не нужен, Варь, - назвал меня по имени, что означало – он настроен серьёзно.

- Это ты так решил? – спросила пока ещё спокойно, но явственно ощутила, как внутри накапливаются обида и раздражение. Нам, видите ли, ребёнок не нужен! А меня кто-нибудь спросил?

И тут же, практически мгновенно пожалела о том, что рассказала ему. Что ж, в любом случае, на аборт я не пойду.

- Варь, не начинай. Я тебе сказал…

- Да я слышала, что ты мне сказал! – швырнув на стол его подарок, я резко поднялась и схватилась за край стола, потому что закружилась голова. – У нас всегда так. Говоришь ты один, а я слушаю. Только сейчас, Илья, случай не тот совершенно. Ясно? Я мать этого ребёнка, и именно я буду решать, рождаться ему в семье или вне её! Заметь, об аборте речи не идёт!

На нас уставились все, кто сидел рядом, а это по меньшей мере десять человек за разными столиками. Но ни меня, ни уж тем более Филатова это не смущало. Он медленно поднялся, опираясь руками о стол по обе стороны от своей тарелки, чуть склонился вперёд.

- Села. Быстро.

- Нет. Пока ты хотя бы не задумаешься о том, чтобы начать уважать меня и слышать не только себя любимого. Читай по губам: Я. Не. Стану. Делать. Аборт. Понял?

Филатов открыл рот, чтобы ответить мне, но в этот же момент перетек взглядом куда-то за мою спину. Нахмурился и ринулся из-за стола, я же, повернувшись назад, встретилась взглядом с Яблонской. Только узнала её не сразу, секунды три ушло на то, чтобы оценить её внешний вид. А оценить было что. Обычно ухоженная и разодетая, сейчас она выглядела, как сама бы себя назвала – лахудрой. Растрёпанная, без макияжа, в спортивном костюме. И, кажется пьяная. Зрачки расширены, улыбка сумасшедшая. И мне в лицо что-то летит. Вода? Нет… Это не вода.

Понимаю что, лишь когда кожу сильно обжигает и я, закричав от боли, падаю на пол. Жжёт так, что не могу вдохнуть, не могу даже о помощи попросить. Кто-то хватает меня, встряхивает зачем-то, вокруг суета и крики. А я, схватившись за лицо, пытаюсь вывернуться из рук Филатова, но он держит слишком крепко. Я слышу его голос над моей головой, но слов разобрать не могу. Лишь реву и кричу.

***

Я облизнула губы, открыла глаза. Свет больно резанул по сетчатке, отчего возникло ощущение, что мне кислотой её разъедает.

Я сделала вдох, ещё один. Снова попыталась осмотреться.

- Как ты, девочка моя? – услышала обеспокоенный голос Елены Мироновны, а потом увидела и её. Вижу. Хорошо.

- Что с глазами? Мне так больно, - память никуда не уходила. А жаль. Я бы забыла всё, что произошло в том ресторане.

- Тише, девочка. Тише, - крёстная по-матерински нежно прижалась к моему лбу губами, погладила по волосам. – Всё хорошо. Всё уже в порядке. К свету привыкнешь постепенно и зрение скоро восстановится полностью. Хорошо, что не кислота это была, а так бы… - крёстная всхлипнула, а я медленно выдохнула.

Значит, не кислота всё-таки. Хорошо. Наверное, это очень хорошо. Настолько, что мне хочется плакать, но слёзы снова принесут боль.