Ребенок от босса. Предыстория

Глава 2

Разговоры за столом не стихают ни на минуту. Вопросы сыплются на Дениса со всех сторон, и он едва успевает на них отвечать. Всем очень интересно, как он жил все это время, с кем общался и даже что ел.

– Скажи-ка, братец, а правда, что французские женщины очень горячие? – ехидно интересуется Лиза, отправляя в рот сырную тарталетку.

Подруга всегда такая: острая на язычок и немного беспардонная. От провокационных реплик ее не удерживает даже присутствие родителей.

– Не знаю, – Аверин отвечает ей лукавой улыбкой. – Я ведь там не с женщинами общался, а гранит науки грыз.

– Ой, ну конечно! – Лизе так смешно, что она чуть не давится едой. – Видела я твои фотки в Сен-тропе! Ври да не завирайся, балбес!

– От балбески слышу, – со смехом осаждает ее Денис. – Мама сказала, у тебя в зачетке одни тройки, зато с мальчиками на свиданки гоняешь чуть ли не каждую неделю.

– Мои свиданки – не твоего ума дела, – она показывает брату язык. – Я девушка молодая, свободная… Мне по статусу положено в мужском внимании купаться. А что касается оценок, то не в них счастье!

Лиза горделиво вздергивает подбородок и напускает на себя многозначительный вид.

– М-да, – Денис скептически кривится. – Повезло, что ты красивая. Может, хоть замуж удачно выйдешь.

– Ты опять мне хамишь? – подруга недовольно щурится.

– Боже упаси, – отмахивается от нее Аверин и переводит заинтересованный взгляд на меня. – Ну а у тебя как дела, Кнопка? Нашла парня или по-прежнему с головой в учебе?

Чувствую, как предательски рдеют щеки, но ничего поделать с собой не могу. Каждый раз, когда Денис ко мне обращается или даже просто смотрит в мою сторону, я ощущаю себя горящим факелом. Полыхаю всеми оттенками красного.

– Мне пока как-то не до парней, – пожимаю плечами, улыбнувшись.

– Танечка, между прочим, на всероссийской олимпиаде по экономике второе место заняла, – одобрительно вставляет тетя Элина.

– Правда? – Денис кажется удивленным. – Поздравляю. Это хороший результат.

– А хочешь я стану твоим парнем, Танюш? – Никитка, младший из семьи Авериных, глядит на меня с щенячьим восторгом.

Ему всего пятнадцать, и он, если верить его пламенным излияниям, немного в меня влюблен. Вряд ли это что-то серьезное. Скорее, просто пубертатный период так проявляется.

– Вот подрастешь немного и обязательно станешь, – подмигиваю пареньку. – А я пока как раз институт закончу.

Никитка посылает мне воздушный поцелуй, а дядя Саша тем временем возвращает разговор в серьезное русло.

– Ну и какие у тебя дальше планы, сын? – внимательно смотрит на Дениса. – Обратно в Европу? Или теперь уже в России осядешь?

– Если честно, пока никакой конкретики, – парень вмиг делается серьезным. – Месяц-другой здесь побуду. Отдохну, выстрою план. А дальше – видно будет.

– С Евстигнеевым в Москве не виделся? – осведомляется дядя Саша.

– Виделся. И даже в офис к нему заходил.

Пока Денис увлечен деловым разговором с отцом, я пользуюсь случаем и жадно его разглядываю. Без риска напороться на ответный взор, который непременно вызовет россыпь мурашек по коже.

Умные карие глаза под веером черных густых ресниц, аристократический прямой нос и резко выдающиеся скулы – Денис напоминает голливудского актера с обложки глянцевого журнала. Такой же нарочито обаятельный и сексуальный.

За четыре года щетина на его щеках и подбородке стала гуще, плечи – шире, а прическа – короче. Он заметно повзрослел, избавился от юношеской поджарости и превратился в молодого мужчину в самом расцвете сил. Аверин так хорош, что не любоваться им просто невозможно. Аж дух захватывает.

Ужин постепенно подходит к концу, и мы с тетей Элиной и Лизой принимаемся убирать со стола тарелки. Перемещаясь из кухни в столовую и обратно, подруга то и дело отпускает остроты в сторону старшего брата, но он лишь снисходительно ей улыбается. Видимо, теперь Лизкины колкости его ничуть не задевают.

Помогаю тете Элине загрузить посудомойку и с тщательно скрываемой грустью собираюсь домой. Уходить от Авериных жуть как не хочется, но злоупотреблять их гостеприимством нельзя. И так почти все каникулы у них обитаю. Да и к тому же мама мне уже дважды звонила. Спрашивала, когда я наконец соизволю почтить их с папой своим присутствием. Она у меня филолог, поэтому подобные высокопарные формулировки – ее конек.

– Уже уходишь? – Денис появляется из-за угла, и от неожиданности я вздрагиваю.

– Да, мне пора, – отвечаю я, убирая с лица выбившуюся прядь волос.

Его близость высоковольтным электричеством проходится по нервам. Позвоночник вытягивается струной, а пульс учащается.

– Жаль, мы с тобой толком не пообщались, – пронизывающий карий взгляд проходится по моему лицу и на долю секунды застывает на губах. – Ты такая взрослая стала, женственная…

– Спасибо, – сглотнув, снова заправляю волосы за ухо. – Ты тоже изменился. Возмужал.

– Оставь лучше так, – внезапно Денис протягивает руку и, поймав непослушную прядь, опускает ее мне на щеку. При этом его пальцы на мгновение касаются моей кожи, вызывая внутри мощный дофаминовый всплеск. – У тебя красивые волосы. Не прячь их.

– Хорошо, – лепечу я, забывая дышать.

Земля стремительно уходит из-под ног. Голова кружится.

– Ты все там же живешь? На Федосеевской? – Аверин опускает ладонь и слегка отстраняется.

– Да, – киваю я.

– Если хочешь, могу подвезти.

– Не надо, спасибо. Я сама доберусь, на такси. А ты отдыхай. Наверняка устал с дороги.

Его предложение – это космос, но я не хочу отрывать Дениса от семьи в первый же вечер воссоединения. К тому же во мне нет ни капли уверенности, что я выдержу целых двадцать минут с ним наедине. Слишком уж волнуюсь. Слишком боюсь выдать себя с головой…

– А, вот вы где шушукаетесь! – к нам подскакивает Лиза. – Ну-ка колитесь, мне косточки перемываете?

– У моей сестры такое раздутое чувство собственной важности, – качает головой Денис. – Почему ты с ней дружишь, Тань?