Ребенок от босса. Тест на любовь

Глава 16. Артур

Алина – еще одна моя неудавшаяся попытка. Попытка залечить раны, заткнуть дыру в сердце.

Алина была безупречной — умная, светская, красивая. Она идеально подходила мне по всем «галочкам»: статус, возраст, круг общения, амбиции.
Она всегда знала, когда появиться. Сейчас — особенно вовремя.
И я почти поверил, что нуждаюсь в её компании. Почти.

Взял пульт, сделал матовым свой спейс. Этот тет-а-тет не для посторонних взглядов.

— Ты изменился, — сказала она, сидя напротив. — С тех пор, как я уехала. Стал... мягче.
Я усмехнулся.
— Не думаю, что кто-то в офисе согласится с тобой.
— У тебя кто-то есть?

Я сделал глоток из бокала. Промолчал. Не солгал, но и не ответил.

Она подошла ближе. Села рядом. Её рука легла мне на бедро — уверенно, по привычке. Мы были слишком стары для игр.
— Я скучала. По тебе. Может, стоит попробовать снова?

Я посмотрел на неё. Красивая. Всё та же.
Но чужая.

— Алина… Мы уже проходили это.
— И что? Может, просто тогда не получилось. Сейчас всё по-другому.
— Нет. Я понял это ещё тогда. А теперь — особенно. Ты для меня важна. Но не так. Это не то чувство.

Она долго молчала. Смотрела в упор. А потом — резко подалась вперёд, коснулась губами моей шеи. Её пальцы начали расстёгивать пуговицу на моей рубашке.
— Тогда докажи. Оттолкни меня.

- Алина, не здесь…

Я замер. Тело предало, будто само не знало, чего хочет. А потом...

Щелчок двери.

Я отшатнулся мгновенно.
— Что за…?

Алина вздрогнула.
В дверях стояла Валерия.
На ее лице не было никаких эмоций. Ни слёз. Ни гнева. Только… пустота. Тихое, невыносимое разочарование.
— Простите. Мне сказали, что нужно подписать документы. Я… уже ухожу.

Она развернулась и исчезла. Просто ушла.
А у меня — всё оборвалось.

Я шагнул было за ней — но Алина встала и загородила проход.
— Подожди. Артур. Ты не можешь просто выбросить всё. Мы были чем-то. Я — часть твоей жизни.
— Это было.
— И может быть снова. Кто эта девушка? Она с тобой? Что ты вообще о ней знаешь? Это просто... игра. Влечение. Новизна. Ты разрушишь то, что действительно стабильно. Ради чего? Ты думаешь она сможет залечить твои раны?

Я смотрел на неё. И чувствовал — нет, не может. Не может быть «заново».
— Это не новизна. И не игра. Это — чувство. Такое, какого не было с тобой. Никогда. Прости.

— Ты сожалеешь, что я пришла?
— Нет. Но сожалею, что не сказал «нет» сразу.

Она медленно отступила. В её взгляде мелькнуло что-то почти злобное, как царапина на идеально отполированной поверхности.
— Ты сделаешь ошибку, Артур. Она — не для тебя. Не нужно делать разбор натальной карты чтоб понять это.

— Может быть. Но я не смогу жить, если не узнаю это сам.

Я обошёл её и вышел в коридор. Опоздал. Как всегда.

Она исчезла из моего поля зрения за три секунды.
А я стоял, как идиот. Растерянный. С распахнутой рубашкой и чужим ароматом на воротнике.
— Ты волен пойти за ней, — сказала Алина. Но в её голосе уже не было той мягкости, что раньше.
Он был сухой. Почти приказывающий.
— Но сначала реши, Артур. Ты действительно готов всё поставить на неё?

— Уже поставил, — бросил я и направился к двери.
Она шагнула мне наперерез.
— Подумай! Она просто увидела сцену — и сбежала. Даже не выслушала. Это детский сад, а не женщина.
— Она пришла за документами. А не за сценами. И уж точно не за унижением.

— Ты же сам понимаешь: она не справится. Её ранит всё. Ты привык к другим. Ко мне. Она не справится с грузом твоего прошлого.
— Вот именно. Привык. И хочу разучиться.
Я оттолкнул её руку и вышел.

В голове стучало: найти её, найти её, найти её…
Я метался по этажам, как сумасшедший.
Секретарь развела руками. Кто-то видел, как Валерия вышла из здания — быстро, как будто убегала от пожара.

Почему я не выбежал за ней сразу? Почему позволил Алине задержать меня даже на минуту?

Я выбежал на улицу. У парковки — пусто. Только пыльный след от отъехавшей машины.
Светлая. Её.

Поздно.

Я ударил кулаком по столу. Боль отозвалась в костяшках — но даже она не заглушила паники внутри.
— Чёрт, Валерия…
Она не поверит, что это было недоразумение. Что я не хотел этого. Что я замер — именно от страха потерять её. На минуту я сам застыл от осознания, что эта девушка – совсем посторонняя, чужая, так дорога моему нутру, что я не могу найти себе места, лишь от мысли что она ушла.

Вернувшись в офис, я застал тишину. Алина уже ушла. Но на салфетке осталась её помада.
Будто напоминание: "Я ещё рядом. Я не закончила".

Накинув пиджак на плечи, я решил уехать домой.

Я не мог ни есть, ни пить. Лежал, глядя в потолок, прокручивая одно и то же: её глаза.
Не злость. Даже не боль.
Пустота.
Разочарование.
Как будто я подтвердил всё, чего она боялась.

Я писал сообщение — и стирал.
Набирал номер — и сбрасывал.
Что я скажу? Что я идиот? Что сердце моё тянулось к ней, но я слишком долго этого не признавал? Что я сознательно оттолкнул, сделал вид что ничего не было, и записки были не мои?

Ты — единственная за эти долгие годы, кого я по-настоящему чувствовал без слов, даже на расстоянии.

К середине ночи бутылка виски была пуста, а я лежал посреди гостиной на этом сером безжиненном диване и все сильнее проваливался в воспоминания и то прошлое, что так долго прятал внутри себя.