Ребенок от отца подруги

6

Дочь круто развернулась и понеслась к дверям, но я не позволил ей выйти из кухни. Догнав за два шага, схватил за плечи.

– Что за гребаные провокации?! – грозно выдал я. – Откуда ты все это взяла?!

– Пусти меня!.. – возмущенно потребовала она, пытаясь вывернуться. – Я же говорила, что видела ее! Ты вообще меня слышишь?..

– Так. И что она тебе сказала?!

– Ничего она не говорила! – проверещала Кристина. – За нее все сказал живот размером с арбуз! Пусти…

Я впился взглядом в пространство, позволяя ей отступить.

– Странно, что она до сих пор не сообщила тебе эту радостную новость, – язвительно вытолкнула дочь. – Хотя чего удивляться? Специально выдерживала интригу, чтобы наверняка родить и поставить тебя перед фактом!

– Не неси бред, – отрезал я, направляясь к барной стойке, где оставил телефон.

А она бросила мне в спину:

– Ты слишком ее идеализировал, папа.

Оглянувшись, я проводил уходящую Кристину тяжелым взглядом. В голове ничерта не укладывалось... Катя ведь была на противозачаточных! Этот момент я контролировал с самого начала, и она тоже относилась более чем ответственно к нашей близости. Девочка смотрела в будущее трезвым взглядом. Она строила планы и никогда, даже в самых наших откровенных разговорах, не заикалась о детях!

Сергей отозвался на звонок оперативно:

– Да, Олег Викторович?

– Екатерина Самойлова, – отчеканил я. – Контакт из первого круга – узнай о ней все! Даю тебе час.

– Понял!

Я скинул и уперся ладонями в стол, чувствуя, как пульс протяжно долбит по вискам. Вопреки напору дочери, не позволял гнусным мыслям разрастаться в голове. Но почему же ты молчала?.. Почему даже не попробовала связаться со мной за все это время, чего боялась?! Хотя догадываюсь чего.

Я давно не испытывал такую паршивую растерянность. Внутри нарастало чувство непоправимой ошибки. Уничтожая нашу связь, запрещая себе что-либо узнавать о Кате, я не думал о том, что эта пропасть в пол года станет для меня практически осязаемой!

Катя

Неуклюже усаживаясь в кресло у поцарапанного временем окна, я взволнованно нашла глазами деда, стоявшего на тротуаре среди других провожающих. Заставила себя улыбнуться, хотя горло сдавливал ком. В ответ он неуверенно поднял руку, не вынимая изо рта сигарету. Дедушка нервничал, переминался с ноги на ногу и отводил взгляд. Ему не нравилось то, что я делала, как и бабушке. Моя внезапная поездка в деревню, где жила ее младшая сестра, стала для них полным потрясением. Я уверяла, что все в порядке. Уверяла, что просто хочу развеяться, но они не верили. Догадывались, что что-то меня напугало вчера, однако как бы не пробовали докопаться, не могли выяснить.

Наверное я слишком торопилась. После торгового центра сразу поехала на вокзал и купила билет на утренний рейс. По дороге домой позвонила Тане и огорошила ее новостью, что больше не выйду на работу. Я понимала, что сжигаю важные мосты, не взвешивая решений, но меня несло. Несло без остановки. Мне хотелось уехать из этого города как можно скорее!

Вчера вечером я собрала все самое необходимое. Сумка с вещами – вполне подъёмная – и рюкзак с мелким барахлом. Бабушке с дедушкой я сказала, что уеду всего на пару недель. И что на крайний случай, в районе есть больница, где я могу лечь в стационар. Меня отговаривали весь вечер и все утро, но я осталась при своем решении. Они рвались ехать со мной, но я резонно напомнила, что бабушке нужно каждый день делать процедуры в поликлинике, а деду возить ее, да и работать.

Автобус зашипел и медленно покатил от посадочной площадки в сторону дороги. Тут же встрепенувшись, я принялась махать деду на прощание. Он тоже ожил – пошел следом за автобусом, махая мне в ответ. Его фигура быстро скрылась из виду, и я принялась украдкой вытирать слезы, мысленно прося прощения. Не хотелось оставлять их так… В переживаниях и догадках. Но я должна была уехать.

Немного успокоившись, я судорожно вздохнула. Покосилась на массивную тетку, которая сидела рядом и тыкала толстыми пальцами по экрану телефона. Чем дальше катил автобус, тем легче становилось внутри. И спокойнее.

Все будет хорошо… Теперь все будет хорошо!

У бабушки Вали уютный дом, природа красивая вокруг, здоровая еда. Она тоже обеспокоилась, когда я позвонила вчера, но приняла новость о моем приезде с радостью. Потому что давно ждала меня в гости и уже не надеялась увидеть до родов.

Этой ночью я почти не спала, так что покачивание автобуса неизбежно начало меня убаюкивать. Дорогая занимала несколько часов, поэтому я не стала сопротивляться и в какой-то момент провалилась в сон. А разбудил меня его голос…

«Катя…»

Резко открыв глаза, я испуганно дернулась в кресле. Не сразу осознала, что автобус стоит. И что меня на самом деле разбудили пассажиры, которые недовольно переговаривались.

Вглядываясь в окна, я отметила, что вокруг лесополоса – никаких остановок, станций или магазинов.

– Что случилось? – сонным голосом спросила соседку.

– Да какие-то мордовороты на черных машинах там! – возмущенно ответила она. – Проехать не дают, бандиты…

– Бандиты?..

Внутри отчего-то дрогнуло. В этот же момент в салоне раздались тяжелые шаги – упитанный водитель автобуса в потертой рубашке, поднялся по ступеням и остановился в проходе между кресел.

– Кто здесь Екатерина Самойлова?! – воскликнул он, напряженно вглядываясь в лица пассажиров. – Здесь едет Екатерина Самойлова, отзовись!

Сердце бешено забило по ребрам. Я неуверенно приподнялась и ответила:

– Это я…

Глаза мужчины сосредоточились на мне.

– Выходите девушка, – угрюмо велел он, отступая с прохода.

– Что?..

– Вы дальше не едете.