Ребенок от препода

Глава 5

Глава 5

Я отмахиваюсь от Коли и просто иду домой. Мне плевать на его слова, какие-то домыслы. Сейчас только одно желание — умыться, почистить зубы и лечь спать. Все!

Захожу в дом, стягиваю сапоги и иду в кухню. Голова раскалывается, во рту жуткая сухость. Так плохо мне еще никогда не было. Боже, мне кажется, я и простудой так давно не болела. Набираю стакан воды и полощу рот, а после жадно пью.

Черт. Внутри все опять крутит и бурлит. Я несусь со всех ног в туалет, и меня опять выворачивает.

Боже, да что со мной такое?! Я же просто воду пила! Руки дрожат, голова не соображает. А если это инфекция какая-то? Мне же в больницу нужно…

Делаю глубокий вдох и иду в ванную, умываюсь, чищу зубы и смотрю на себя в зеркало.

Бледная, почти зеленая, синяки под глазами, волосы растрепанные. Я даже не знаю, что мне выпить и нужно ли вообще.

Мама… мне срочно нужна моя мама.

Иду обратно к двери и достаю из сумки телефон. Ищу номер мамы и звоню. Возвращаюсь к себе в комнату и сажусь на кровать. Именно сейчас внутри такая пустота, такой неприятный комок сжимается, что даже объяснить сложно это ощущение. Словно мою душу закручивают в тугой узел, сильнее сжимая тиски.

До боли.

И ведь это невидимый враг, которого прогнать нельзя.

Гудки все идут, а мама не поднимает трубку. Что же у них такое там происходит, что они не могут найти время для меня?

— Мамуль, ну возьми телефон, — откидываюсь назад и понимаю, что гудки прекратились.

Звоню вновь и вновь. По очереди и папе уже набираю, и маме. Откидываюсь на кровать. Но ее мягкость вообще не радует, мне плохо не только физически, но и душевно сейчас. Я чувствую себя брошенной. Самый парадокс, когда меня Коля бросил пару месяцев назад, не было такого. Наоборот — легкость ощущала и злость. А сейчас пустота, которую нечем заполнить.

Только незнакомец помог.

Закрываю глаза и пытаюсь представить лицо того парня. С ним я и правда обо всем забыла. Наплевала на принципы и просто наслаждалась моментом. И почему я, дуреха, испугалась? Может, это и была моя судьба. Ведь не всегда получается встретить человека, чтобы он дарил тебе спокойствие, а не как у Веры… с ее бандитом.

Подруга — точно. Звоню ей, и она тут же отвечает на вызов.

— Как ты, Маш? — грустно почему спрашивает, и мне становится стыдно.

— Я хотела спросить у тебя, что выпить, чтобы перестать блевать? Но ты вначале ответь, что у тебя с голосом? Если этот козлина тебя обидел…

— Маш, он ушел. Можешь не переживать. Второй раз уехал, и туда ему и дорога. Пускай сидит за границей, — она всхлипывает, и у меня сжимается сердце.

— Хочешь — приезжай ко мне. Вдвоем не так грустно, — предлагаю подруге и понимаю, что не приедет она. Будет ждать — вдруг он вернется…

— Нет, не могу, — подтверждает она мои слова, и я хмыкаю. — Не хмыкай, — говорит тут же, — тебе нужно в аптеке посмотреть белый порошок, он будет в серебристой упаковке — я пила такой у тебя. Полегчает. А у тебя где именно болит?

— Так в этом и дело, что нигде, Вер. Я хотела маме позвонить и спросить, что это такое вообще, потому что ни температуры, ни кашля, ни соплей, ни болей, такое ощущение, что меня три раза поласкает просто так, очищается организм…

— Маш, а ты не беременна?

— Да ну, нет….

Или…

Этого не может быть!

Я резко распахиваю глаза и сажусь. Перед глазами всплывают кадры той жаркой ночи, за которою до сих пор стыдно. Только вот не должно же так произойти, чтобы первый раз — и сразу …

— Маш? — осторожно спрашивает подруга и снова молчит.

— Мм-м-м? — мычу, потому что связно сказать ничего не получается.

Я в полной прострации.

— Я же видела, что ты с ним уехала… Тогда на маскараде, — тихо, старательно подбирая слова, говорит Вера.

— С ним, — глухо повторяю и пытаюсь вспомнить, а была ли у нас защита…

И не помню. То есть это же он должен был подумать? Ведь так? Он взрослый, ответственный, сам предлагал познакомиться без масок, ведь я его зацепила. И…

— И между вами был интим?

— Да…

Стыдно. Руки и ноги покалывает, а в груди сердце будто останавливается. Я задерживаю дыхание и просто не могу сделать глубокого вдоха. Словно прыгаю в холодную воду с головой, и страшно до беспамятства — а выплыву ли?

— Я завтра куплю тест. Нет, не завтра. Я прямо сейчас вызову такси и приеду к тебе. Закажем… — она замолкает. — Нет, заказывать ничего не будем. Фруктов возьму, йогурта и …

— Вера, — останавливаю ее на половине, — тебе сейчас не до меня. Я буду виноватой себя чувствовать, если вдруг буду причиной недопонимания между тобой и твоим братом, который тебе даже не родной, а корчит из себя папочку…

— Маш. Это даже к лучшему. Я решила — пускай тоже помучается. Просто и мне, и тебе вместе легче будет. А тебе еще и не так страшно.

— Все же не стоит. Давай на завтра перенесем. Мне еще до родителей дозвониться нужно.

— Ну ладно, — как-то легко соглашается и Вера.

— Пока.

Подруга, не прощаясь, скидывает, и я вновь падаю на кровать. Этого не может со мной произойти. Так не бывает. Если я беременна, это катастрофа. Все мои планы коту под хвост. А как я скажу родителям, что беременна от неизвестного мне человека? Да и не найду я теперь его никак. А если бы и нашла, то вряд ли бы он был рад, что скоро станет папочкой.

Это невероятно. Как я могла попасться на этот крючок? У меня же будущее… А как же учеба? Работа?

— Мм-м-м-мм… — зажимаю кулак между зубов и кусаю, пытаюсь перекрыть эту боль, которая резко пронзает сознание.

Может, физическая перекроет эмоциональную? Но нет… Внутри все пылает и пульсирует. Голова разрывается. Я перекатываюсь на живот и утыкаюсь в подушку головой и кричу.

— Аа-а-а-а! — бью кулаками по кровати.

Но это не помогает. Мне больно из-за того, что все так происходит, и виноватая в этом я.

Есть, конечно, надежда, что это просто отравление. Вариантов масса, ведь и в столовой пилась, да и рыба в ресторане могла быть не первой свежести. Но в одном Вера права — нужно сделать тест.