Ребёнок Палача

ГЛАВА 15. Палач

***

Что я делал? Черт возьми, я ведь сам себя топил в болоте новых чувств. Сам себе устроил ловушку, начав привязываться к дочери Решетова. А ведь планы и цели были совершенно иными.

Теплые ладони Софии обвили мою шею, а мягкие губы продолжали сражаться в поцелуе с моими. Я обнял девушку, приподнимая и отрывая ее от пола. Она действительно была низкого роста, а шпильки, на которых София появилась в моем доме, лишь обман зрения. Контейнер с едой, что она держала в правой руке, с треском упал на пол, но мы не обращали никакого внимания на посторонние звуки. Сейчас были я и она. Поглощенные друг другом. Развернувшись, я усадил Софию на край стола и буквально навис над девушкой. Мы задыхались…

— Останови меня…, — на секунду разорвав поцелуй, просил я… умолял… София замотала головой, цепляясь за мою футболку. Она пристально смотрела мне в глаза, словно искала в них правдивых намерений. Солгал ли я ей? Отпущу ли потом? Всего одна ночь… таковы условия.

— Если мы остановимся, больше я не позволю тебе прикоснуться к себе, — четко произнесла София, и я понимал, что это не просто угроза.

Нежно ведя тыльной стороной ладони по ее бедру, я затаил дыхание, и снова наши взгляды встретились. София развела ноги, обозначая свои действия. Она не настаивала и не кидалась на меня – она дала мне выбрать самому. Чего хотел я сам. Её нежная, бархатистая кожа покрылась мурашками, когда я коснулся ее естества, прикрытого тканью тонких, хлопковых трусиков. София ахнула, запрокинув голову назад. Я видел, что она прикусила нижнюю губу, которую и я был не прочь вкусить до крови.

— Как часто ты позволяла касаться себя? — я практически прорычал вопрос, продолжая свою пытку над Софией.

Девушка ухмыльнулась, продолжая купаться в эйфории моей ласки.

— Однажды позволила, — ответила она. Ее правда хлестанула мне по нервам. С чего вдруг? Я не ревнивец, и уж тем более не собирался заявлять права на дочь моего нерадивого партнера. — Это так важно? — усомнилась София, уже прямо посмотрев на меня. Куда-то улетучились лёгкость и непринужденность.

— Нет. Меньше мороки, — безразлично бросил я.

— Остановись, — вдруг приказала София, когда моя рука уже пробралась ей под трусики и принялась ласкать ее естество. Я не спешил, но девушка мигом смахнула мою руку и соскочила со стола, отойдя от меня на пару шагов. Она обняла саму себя, словно ей стало холодно в моем присутствии. — Надо же… для тебя было бы проблемой, если б я оказалась девственницей?

— Если это так, то – нет, — твердо ответил я, не сводя с нее своих глаз. София мне не поверила, когда хмыкнула.

— Нет, Сергей, я не девственница. Не питай надежд на этот счет, — зло сказала она.

— Тогда, в чем проблема? — недоумевал я. И хотел было подойти к Софии, но она покачала головой, выставив перед собой дрожащую ладошку.

— Проблема в том, что я… я должна хоть что-то чувствовать к тебе, — призналась она, осторожно взглянув на меня своими карими глазами. Губы ее дрожали, а ткань туники выдавала Софию, что девушка была перевозбуждена. — Это неправильно, — не унималась она.

— Да, София, это неправильно, — согласился я, все-таки сделав шаг вперед. Моя грудная клетка уперлась о ее ладошку. Девушка сжала кисть, скомкав мою футболку. — И я не герой-любовник, София. Я – убийца. Прямо сейчас я хочу тебя, и ты не представляешь каких сил стоит мне стоять перед тобой и сдерживать себя. Подчиняться твоим условиям. Это неимоверная проверка силы воли, София. Хотя я мог бы пренебречь твоим мнением и взять тебя против твоей воли. Уложить на этот стол, завладеть тобою… и поверь, всё только ради моего удовольствия.

София молча стояла передо мной, а ее дрожь постепенно сходила на нет. Я буквально видел, как она визуализировала картинку, которую я только что расписывал ей. И мне дико хотелось воплотить ее в жизнь, но что-то меня все-таки останавливало.

— И после услышанного, что ты чувствуешь ко мне, София? — мой контрольный выстрел.

Недолго думая, она ответила:

— Ничего…

Ее ладошка опустилась, и тогда я подошел к ней вплотную. Лунный свет уже не ласкал ее лицо, но я отчего-то знал, что София загрустила. Она не смотрела больше мне в глаза, но снова обняла саму себя.

— Это нормально, — подбадривающе сказал я, касаясь ее подбородка и побудив ее все-таки одарить меня своим теплом и омутом.

— Нет, — бросила она, приоткрыв исцелованные розовые губы, — это ненормально, Сергей. Ты похитил меня. Привез сюда. А цель? Она есть у тебя, кроме того, что ты хотел сотворить со мной в центре?

— Тогда я был не прав, — жестко ответил я. — Ты попалась мне под горячую руку.

— И только? — фыркнула она. Я опустил свою руку на ее плечо и крепко сжал.

— Нет, — признался я. — В тот вечер, когда я только увидел тебя… я уже тогда хотел чего-то большего. Нет, не любви, — осекся я, удивляя Софию своей фразой. — Я хотел тобой завладеть, София. Ты мне, скажем так, понравилась.

— Хотела бы я тебе верить, но что-то не складно выходит, — с недоверием ответила София. — Почему ты не говоришь, в чем меня обвиняешь? Ведь ты прекрасно знаешь, что я ничего не крала у тебя…

Ох, черт… «не крала» … её фраза эхом отдавалась в моем разуме, покрытом безрассудством. Казалось, я сам себе солгал, когда сказал, что мне от нее ничего не надо. Не крала – нет, это совсем не так. София украла у меня моё спокойствие.