Ребенок с гарантией. Мы не твоя семья!

глава 20

Тщательно, не упуская даже самые небольшие фрагменты фарфора.

— Давайте, я… — мой голос дрожит. Делаю шаг вперед, но замираю под предупреждающим взглядом темно-карих глаз.

— Не трогай, — резко останавливает меня, но через секунду его тон смягчается, — поранишься. Я вынесу.

Мне ничего не остается, как только виновато опуститься на краешек ближайшего кресла. Сжимаю пальцы в кулак, пытаясь справиться с беспокойством. Ощущаю, как сердце все еще быстро стучит, а в животе все сжимается, словно напряженная пружина. Я чувствую себя виноватой в случившемся.

Чутко уловив мое волнение, Кристина, притихнув, сидит на моих коленях. Кудрявая головка девочки покоится на моем плече, а большие любопытные глазенки, не отрывая взгляда, следят за манипуляциями мужчины.

Когда все осколки собраны в скатерть, Александр поднимается и выносит их за дверь веранды. Я слышу, как он поворачивает ручку. Раздается легкий щелчок, когда он закрывает стеклянную дверь.

— Главное, что малая не пострадала, — говорит он, вернувшись. Явно пытается меня утешить.

Спокойный мужской голос, почти полностью “гасит” всю мою нервозность, но не чувство вины.

— А что до кружки, — продолжает Александр, подбирая шариковую ручку с блокнотом с ковра, он кладет их на столик рядом с ноутбуком, — это всего лишь предмет, который можно легко заменить. Не стоит переживать из-за таких мелочей.

— Извините, — бормочу, словно не слыша сказанные им слова. Безуспешно пытаюсь проглотить комок в горле, ничего не получается. Еще никогда в жизни я не чувствовала себя такой смущенной и растерянной.

Кристина, воспользовавшись ситуацией, слезает с моих ног на пол. Упираясь ладошками о мягкое велюровое сиденье, она пытается сделать шаг, чтобы пройтись вдоль дивана. Пока для нее это непосильная задача. Еще секунда и внимание сестренки переключается на кисточки на декоративной подушке.

Отвожу взгляд. Мои мысли то и дело крутятся лишь вокруг одного. Мы ворвались в жизнь и дом Александра, словно ураган, принесли столько неприятностей. Наверняка, он уже тысячу раз пожалел, что с нами связался...

Размяв широкие плечи, Александр проводит ладонью по шее.

— Я в душ, — сообщает он, меняя тему на девяносто градусов, а затем добавляет, как ни в чем ни бывало. — Ты завтракала?

Робею под его проницательным взглядом.

— Нет.

— Тогда мне яичницу с беконом, — игнорируя мое смущение, Александр и бровью не ведет.

Вскидываю на него взгляд и внутри меня поднимается волнение. Завтрак вместе? Поспешно поднимаюсь со своего места. Не знаю, что на меня находит, будто чертик подзуживает. Пряча несмелую улыбку, наклоняю голову набок:

— А если я не умею готовить? — перекинув волосы на плечо, делаю невинные глаза.

— Серьезно? — Александр приподнимает густую соболиную бровь и снисходительно ухмыляется.

Лениво оттолкнувшись от дверного проема, он приближается ко мне и, слегка наклонившись, шепчет на ухо:

— Готовить яичницу очень просто, Олеся, — на секунду моей талии касается ладонь и он одаривает меня обезоруживающей улыбкой.

Прикосновение крупной ладони такое легкое, как перышко. Деликатное мягкое касание сильных пальцев к спине заставляет затаить дыхание, когда через позвоночник будто раз за разом проходит разряд тока. Карие глаза Александра испытывающее смотрят в мои – растерянные и широко раскрытые от волнения.

— Я могу научить тебя, если ты, конечно, хочешь.

Он прикасается пальцами к локону возле моей шеи - там, где, как ненормальный, бьется пульс. Мое сердцебиение учащается. Смущенно моргаю. Это что… флирт?

Мои растерянные глаза встречаются с уверенными карими.

— Ну, почти ничего не умею, — поспешно иду на попятный.

Губы дрожат под прожигающим мужским взглядом. Он будто без труда читает мои мысли, как в открытой книге. Не выдержав, в замешательстве опускаю ресницы.

— Максимум - салат или макароны с сыром, — мой голос дрожит, становится тише. Тот самый озорной чертик внутри меня сдувается от смущения, будто воздушный шарик.

Александр касается внимательным взглядом моих раскрасневшихся щек и подергивающего уголка губ.

— Я пошутила, — признаюсь неловко, поднимая кроткий, как у овечки, взгляд.

Да, надо признать, юморист из меня никудышный. В отличие от моего, его юмор будто прописан в генах.

Александр понимающе кивает с едва заметной улыбкой. Его правая рука - та, что только касалась моей талии, погружается в карман брюк. Моему взгляду остается одна лишь небольшую деталь — стильный кожаный браслет на мощном запястье.

— Яичница с беконом, — напоминает он, направляясь из гостинной.

В самый последний момент, будто что-то для себя решив, оборачивается. Неспешным взглядом проходится по моим обнаженным ногам, скользит по тонким щиколоткам вверх, всё выше и выше, а затем резко перемещается на лицо.

Неловко поджимаю пальцы ног. Меня словно опаляет горячим языком пламени, который бушует в карих глазах. Его улыбка становится шире. Сердце начинает биться сильнее, то и дело сбиваясь с ритма. Похоже, его забавляет смущать меня до потери пульса!

Как не стараюсь, не могу оторвать взгляда от глубоких привлекательных ямочек на высоких скулах. В который раз, без особого труда он заставляет подскочить мое сердце вверх.

— Кстати… хорошо выглядишь в моей рубашке, — ухмыльнувшись, неожиданно подмигивает мне, прежде чем выйти.