Ребенок с гарантией. Мы не твоя семья!

21.3

Очень хочу! Мало того, это моя мечта - разорвать все отношения с Цыссом. Вычеркнуть его из жизни. За последнее время, у меня поблекли даже крупицы уважения к Константину, словно старая картина, выцветшая от солнечных лучей, все стерлось. Никто не знает, насколько мне было тяжело!

Прикусываю внутреннюю сторону щеки. Привкус металла… Этот мир принадлежит сильным, а я хочу выжить! Значит, должна стать расчетливой и циничной.

Стискиваю руки перед собой. Мне нужен развод. Ни за что не вернуться в это болото! Добровольно, по своей воле?! Я не согласна. Не для этого решилась на побег.

— Ну, тогда считай — вопрос решен, — в глазах Александра читаю чистое ничем не прикрытое мужское удовлетворение. — Твое желание - это более, чем достаточно.

Его слова – это не просто обещания, а обязательства, от которых он ни в коем случае не откажется.

Моргаю удивленно. И что? Вот так просто?! Беспокойно заламываю пальцы. Сердце трепещет, как птица, пойманная в силки. Я чувствую: со мной что-то творится. Чувствую, что после вчерашнего я будто стала не такой, какой была. Как будто в моих жилах внезапно вскипела кровь, и я ожила после долго сна.

Поднимаю недоверчивый взгляд. Но как? Как он хочет это сделать? Костя не согласится... Это просто невозможно! Если только...

— Вы сделаете меня вдовой? — совершенно бездумно ляпаю первое, что приходит в голову. Тут же охаю, прикрывая ладонью рот.

В глазах Александра вспыхивают искры интереса. Будто перед ним какая-то забавная неведомая зверушка.

Совсем теряюсь, когда он, не сдержав изумленного смешка, задумчиво проводит большим пальцем по своим губам. А затем насмешливо тянет:

— Олеся… Олеся, — Александр слегка покачивает головой. Ленивая улыбка трогает левый уголок четко очерченного рта и на скулах, покрытых темной щетиной, появляются продольные ямочки. С ними он выглядит каким-то по-мальчишески дерзким и беспечным.

— За кого ты меня принимаешь? — коротко хохотнув, поддевает он с обаятельной улыбкой.

Похоже, его довольно-таки забавляет вся эта ситуация.

— Извините, — лепечу я, ощущая, как к лицу стремительно приливает кровь. Даже кожа шеи краснеет, рискуя опуститься густым румянцем ниже, на декольте. Это ж надо было такое ляпнуть! — Я пошутила...неудачно.

Завожу руки за спину и рассеянно обхватываю пальцами свое запястье.

Пока Александр обводит снисходительным взглядом мое беспомощное выражение лица, молчу, словно воды в рот набрала.

— Я так и понял, — подмигивает, мгновенно разряжая обстановку и я вымученно улыбаюсь. Ровно до того момента, как он неожиданно серьезно добавляет: — Время покажет…

Растерянно хватаюсь за край стула. О, Боже! И, поди, подумай, шутка это или нет?

— Олесь, мне нужен твой паспорт, — внезапной просьбой нарушает непродолжительное молчание.

Ступор.

Паспорт? Чувствую себя так, как будто только что облили из ведра ледяной водой, а затем опустили в чан с кипятком. Поднимаю взгляд на Александра и уголки моих губ расстроенно опускаются. Ну, как я могла забыть?! Это просто провал...

— Все документы у Константина, – откликаюсь “убитым” голосом, искренне уверенная в том, что даже Александр не в силах здесь помочь. Потираю нервно запястье, будто кожу саднит от стальных цепей наручников. Я связана по рукам. Все просто: нет документа - нет человека.

— Понял, — Александр приподнимает широкую бровь. — Предоставь это мне.

Красноречивый взгляд дает понять, что для него нет преград. Прячу руки под столом и инстинктивно прокручиваю ободок обручального кольца вокруг пальца. Скоро я избавлюсь от него. Окончательно разорву все связи с прошлым! В сердце екает от радости.

ПРОДОЛЖЕНИЕ

— Не знаю даже, как вас благодарить, — просияв, одариваю его теплой улыбкой, только не получаю ожидаемую ответную.

Вместо этого он бросает предельно простую и короткую фразу:

— Потом обсудим, — Александр потирает подбородок и на секунду я вижу, как чувственные губы приоткрываются, показывая мне вид на острые резцы.

Теряю дар речи. Нёбо даже пересыхает от волнения. Его ответ... Ведь мог просто обойтись формальным, любезным. НО, нет! Почему-то он специально уточнил — “обсудим”.

Глупая… В который раз, напоминаю себе: в этом мире ничего не делается просто так, тем более, бесплатно.

Александр возьмет свою плату. Он честно говорит об этом, не скрывает. Только чего мне это будет стоить? Один Бог знает.

Расстроенно веду плечом. А что, если он решит потребовать взамен что-то, чего я не смогу предложить?

Будто испытывая, карие глаза, обрамленные густыми ресницами, смотрят в мои – растерянные и широко раскрытые от волнения. Тону в его взгляде, словно в черной притягательной бездне. Сдаюсь:

— Хорошо, – мой голос дрожит от волнения и замешательства. Боюсь выдать себя дыханием, мурашками на коже, дрожью в коленях.

— Вот и славно, — спокойно откликается Александр, но я вижу, как на жилистой шее вздувается и начинает быстро биться крупная вена. — Пей свой чай, - заканчивает наш разговор так же внезапно, как и начал.

Бросив пару кубиков сахара в чашку, он привычно опускает взгляд на наручные часы. Задумчиво смотрю на его гордый профиль. Спешит куда-то?

Поерзав на стуле, делаю осторожный глоток горячего чая. Потом еще один.

Непредсказуемая реакция с его стороны, вызвала у меня растущее беспокойство. Несомненно, он знает цену этой услуги. А судя по величине его таунхауса и дорогой обстановке вокруг, его услуги стоят довольно дорого.

Дорого? Отвожу взгляд от холодильника “Смег” и тяжело вздыхаю. Наверняка, суммы в прейскуранте Александра Право для меня просто неподъемные. Все эти мысли глиняным комом смешиваются в голове, вызывая острое чувство беспомощности.

Тревожные мысли прерывает громкий звонок на сотовый Александра и я ощущаю волну облегчения. Не хочу сейчас думать об этом. Все потом…

Приподнявшись на стуле, Александр тянется к заднему карману джинс. Короткий взгляд на экран телефона и на высоких скулах четко обозначаются желваки. Резким движением ерошит черные, как смоль, волосы, извиняясь передо мной взглядом.