Ребенок с гарантией. Мы не твоя семья!

глава 31. 1

Олеся

Негромкий хлопок двери и я остаюсь одна. Прислонившись к ней спиной, пытаюсь унять дикое волнение в груди. Господи! С губ срывается тихий стон и я прячу лицо в дрожащих ладонях. Божее-е… трусливо сбежала! Заламываю пальцы до хруста, до боли в суставах.

И что теперь?! Сдавленно всхлипываю, обхватывая себя руками за плечи. Просто ждать Сашу?! Мотаю головой, отрицая даже саму мысль об этом. Нет, я так не могу! Ненавижу неизвестность — это самое мучительное состояние.

Мой лихорадочно мечущийся взгляд останавливается на панели приборов — там, среди множества кнопок, выделяется одна: изображение камеры. Не раздумывая ни секунды, встаю на носочки и суетливо жму на нее. Экран на стеновой панели коридора включается и я вижу все, что происходит во дворе дома.

Картина перед глазами острее любых мыслей: эта женщина, она так близко к Саше!

Прижав руку к горлу, прерывисто дышу. По тому, как блондинка смотрит на Сашу, как держится рядом с ним, становится понятно — они далеко не просто знакомые. Исключено. Каждый раз, когда они встречаются глазами, мое сердце буквально рвется на кровавые лоскуты.

Прикусываю губу, борясь с растущим волнением и нажимаю еще одну кнопку — перечеркнутый знак звука. Я должна это слышать!

Мгновение… Теперь, я не просто вижу их, но и слышу. Каждый звук, каждый шорох.

— Что происходит, Алекс? — раздается гневный голос блондинки. Глубокий, грудной — именно такой, какой должен быть у взрослой женщины, знающей себе цену.

Она резко отбрасывает скошенную челку со лба, оголяя высокие скулы. Серые глаза мечут молнии, когда женщина, слегка покачивая бедрами, направляется к двери. Но Саша, как каменная стена, преграждает ей путь. Не надо никаких слов, его жест говорит сам за себя — войти не удастся.

— О чем ты ? — удостоверившись, что она больше не рвется в дом, Александр красноречиво приподнимает широкую бровь.

Он стоит широко расставив ноги, лениво сложив бронзовые руки на мускулистой груди. И, несмотря на повышенный тон и недовольство блондинки, явно чувствует себя абсолютным хозяином ситуации.

Правильные черты лица женщины искажаются и симпатичное лицо на мгновение становятся похожими на злую маску.

— Ты игнорируешь мои звонки, — цедит она, сердито сузив глаза, — даже на смс не соизволишь ответить! И…

Одним тяжелым взглядом Александр останавливает поток ее яростной речи:

— Не припомню, чтобы звал тебя, Оля.

Уже, одно только это имя, заставляет меня с силой стиснуть зубы.

“Оля…”

Жгучая ревность окутывает черной тучей и проникает в мысли, в сердце, пожирая спокойствие. Рука невольно тянется к подаренному Сашей браслету — якорю, который держит меня на плаву в этом бушующем водовороте эмоций.

— Да, вот приехала посмотреть тебе в глаза! — едко говорит блондинка, упираясь кулаками в бока. Каждое ее слово звучит, как хлесткая пощечина. — Ну, и на эту заодно взглянуть... — добавляет с явным презрением в голосе, — на которую ты меня променял.

Тяжело сглатываю. Эта женщина пришла сюда с одной лишь целью: заявить свои права на Сашу, подчеркнуть свое существование в его жизни.

Мужественные черты лица Александра заостряются и он закладывает большие пальцы рук в прорези карманов брюк.

— Я же ясно дал понять, — отрезает он и в этой фразе звучит сталь, с которой не спорят. — наши встречи окончены.

Но, похоже, холодный ответ только еще больше выводит из себя Ольгу.

Я вижу, как она судорожно сжимает кулаки, чтобы не закричать от полного бессилия.

— Не верю, — с губ Ольги срывается нервный смешок, как будто она не может поверить в происходящее. — Прям вот так и окончены?

— Я не собираюсь возвращаться к тому, что было, — Саша раздраженно проводит пятерней по подбородку и его следующие слова звучат, как приговор. — Это не обсуждается.

Женщина делает шаг назад, но тут же выпрямляет спину, стараясь выглядеть уверенно. Голос блондинки звучит хрипло, словно она пытается удержать остатки самообладания:

— Эта девка твоя… — запинается Ольга, будто сама мысль о моем существовании отравляет ее жизнь. Во взгляде серых глаз бушует ураган из отчаяния и негодования. — Ей, значит, в твой дом двери открыты, — оскорбленно повышает голос женщина, — а мне и на порог нельзя?!

Эмоции Ольги взрываются ярким гейзером, рассыпаясь в воздухе острым напряжением.

— С каких пор тебя потянуло на малолеток? — выпаливает она, пытаясь сохранить контроль над голосом. — Алекс, ты что, совсем спятил? Сесть хочешь?!

— Ей восемнадцать, — впервые в глазах Александра проскальзывает раздражение. Поджав губы, он сухо спрашивает: — Оль, давай вкратце, что хочешь?

По прямому взгляду и плотно сжатым губам можно догадаться, что терпение Саши на грани. Он прячет руки в карманы брюк, глядя на бывшую из-под бровей, излучает равнодушие и холод.

— Я то думала, ты занят, весь в работе. А ты любовь крутишь с какой-то пигалицей! — слова звучат, как крик, и она теряет последние остатки контроля над эмоциями. — Она еще совсем соплячка. А я же знаю, каким ты умеешь быть обаятельным и…

Глянув на нее мрачным взглядом, Саша вынимает руку из кармана и кивает в сторону ворот.

— Пойдем-ка, — с сокрушительным спокойствием произносит он и настойчиво берет ее за локоть.

— Пусти меня, Алекс! — Ольга вспыхивает, как сухой хворост, к которому поднесли зажженную спичку.

Пытаясь вырвать руку из крепкого захвата, безжалостно впивается острыми ногтями в мужское загорелое запястье. Саша непроизвольно разжимает пальцы и она тут же воспользовавшись моментом, вновь направляется к дому.

— Где эта сыкушка?! — Ольга дергает на плече свою сумочку, не сводя уничтожающего взгляда с двери. — Выходи, я знаю, ты меня слышишь!