Рецепт для злодейки

Глава 2. Голос из Тьмы и Тень Меча

Тишину комнаты, нарушаемую лишь ее прерывистым дыханием, вдруг разрезал тихий шорох. Негромкий, осторожный, словно кто-то осторожно перебирал сухие листья под кроватью-монстром. Светлана замерла, вжимаясь в камень стены. Сердце бешено заколотилось снова. Крысы? В таком замке – запросто. Но звук был... осознанным.

Из густой тени под кроватью медленно выплыли два ярко-зеленых, светящихся в полумраке глаза. Они пристально, не моргая, смотрели на нее. Потом появилась голова – изящная, с острыми ушками, покрытыми угольно-черной, как смоль, шерстью. И все тело – стройное, гибкое, идеально черное, без единого пятнышка. Кошка. Большая, красивая, с невероятно умным и... оценивающим взглядом.

Светлана невольно отпрянула, ударившись локтем о каменный выступ. Просто кошка. Ну и что? Но ее собственный опыт и мрачная аура комнаты кричали: Ничего "просто" тут нет!

Кошка вышла на полосу тусклого света, села на пол, аккуратно поджав лапы, и продолжила изучать Светлану. Ее зеленые глаза светились спокойным, почти философским любопытством. Она лениво облизнула черную лапу, не сводя со Светланы изумрудного взгляда.

И заговорила.

Низким, слегка хрипловатым, усталым голосом, как у курильщицы со стажем, которая видела все и давно ничему не удивляется.

– Шиза? Ты? Опять?

Светлана буквально подпрыгнула, ударившись головой о стену. Боль пронзила череп. Я сошла с ума. Окончательно. Слуховые галлюцинации. Симптом шизофрении или опухоли височной доли...

– Я думала, – продолжил низкий голос, явно принадлежащий кошке, – Ты наконец сдохла от той дряни, что в себя влила. Или это, – кошка лениво махнула хвостом, – новый трюк? Более дешевый, но с тем же лицом. Скучно.

Светлана уставилась на животное, рот приоткрылся. Мозг отчаянно пытался найти рациональное объяснение. Выброс токсинов? Массовый психоз? Или... или в этом мире кошки говорят? Как в сказке? Она судорожно сглотнула.

– Ты... ты говоришь? – ее собственный, чуждый голос прозвучал дрожаще и глупо.

Кошка перестала вылизывать лапу и посмотрела на Светлану с выражением глубочайшего презрения.

– Ну да. А ты что, забыла? Или твои мозги окончательно протекли вместе с той жижей из синего флакона? – Она неторопливо поднялась, потянулась, выгнув спину дугой.

– Элла, я рыбы хочу. Давай рыбу. Жирную. Соленую. Или хотя бы ту, что воняет рекой. Эта твоя магическая пыль – не еда.

Светлана почувствовала, как по ее спине бегут мурашки. Кошка не просто говорила. Она была саркастична, цинична и совершенно не почитала свою хозяйку.

– Я... я не Элла, – выпалила Светлана, цепляясь за соломинку. – Я не знаю, кто ты. Я здесь случайно! Понимаешь? Случайно!

Зеленые глаза сузились. Кошка сделала шаг ближе, осторожно понюхала воздух, направленный на Светлану. Ее усы шевельнулись.

– Случайно? – протянула она, и в голосе впервые появилась нотка живого интереса. – Интересно. Пахнешь... иначе. Не так вонюче-магически. Больше... пылью, потом и чем-то острым. Как тот мужик в белом халате, что колол тебя иголками, помнишь? И паника у тебя... – кошка ткнула носом в ее направлении, – ...настоящая. Не игра. Не притворство. Хм.

Она обошла Светлану медленным кругом, изучающе, как экспонат.

– Значит, ты не Шиза. Ладно. А кто тогда? И главное, – она остановилась прямо перед ней, уткнувшись изумрудными глазами в ее сапфировые, – Где рыба? Я голодна. А голодная я – злая. И болтливая. И могу начать мяукать посреди ночи. Очень громко.

Светлана опустила голову на колени. Говорящая, саркастичная кошка, требующая рыбы, в мире, где она заточена в чужом теле... Это было слишком сюрреалистично даже для ее крепких нервов. Но... это был контакт. Пусть хвостатый и циничный.

– Я... я не знаю, где тут рыба, – честно призналась она. – Я только проснулась... здесь. Во всем этом. – она жестом очертила мрачные стены, – Я даже не знаю, как тебя зовут."

Зеленые глаза кошки сузились. Она медленно поднялась, выгнула спину в изящной дуге, потянулась, демонстрируя острые когти на черных лапах. Затем села снова, высоко подняв голову, приняв вид невероятно важной особы, снизошедшей до разговора с недотепой.

– Не знаешь? – в ее голосе звучало ледяное презрение. – Типично. Новое воплощение, а базовых знаний ноль. Ладно. Слушай внимательно, двуногий новичок, ибо повторять не стану.

Она сделала паузу, явно наслаждаясь моментом.

– Мистик.

Она выговорила имя отчетливо, с легким придыханием на "ст", словно это было имя великой королевы или таинственной богини ночи. В нем слышалось что-то колдовское, загадочное.

– Мистик? – переспросила Светлана, пытаясь осмыслить.

– Да, – подтвердила кошка, кивнув с достоинством.

– Мистик. Звучит, не правда ли? Тайна. Глубина. Элегантность. Идеально отражает мою сущность.

Она лениво облизнула черную лапу, словно поправляя невидимую мантию.

– Элла, – она кивнула в сторону Светланы, – предпочитала называть меня 'Черная Пакость'. Неблагодарная дура. Я же всегда была рядом. Свидетелем. Помощником. Правда, чаще невольным.

В ее глазах мелькнуло что-то сложное – смесь обиды и привычной усталости.

– Но Мистик – это мое. От рождения. Или от первого осознанного взгляда на луну. Не важно. Запомни: Мистик. И рыба. Это два священных понятия в твоей новой... э... реальности.

Она замолчала, уставившись на Светлану своим гипнотизирующим изумрудным взглядом. Тишина повисла в воздухе, густая и напряженная. Казалось, сама комната затаила дыхание в ожидании.

– Ну? – наконец нетерпеливо процедила Мистик, нарушая тишину. Ее хвост нервно подергивался.

– Ты усвоила? Мистик. Рыба. Два слова. Повтори.

– Мистик, – машинально повторила Светлана, все еще оглушенная происходящим. – И... рыба.

– Браво! – кошка саркастично мурлыкнула. – Кажется, мозги хоть чуть-чуть работают. Прогресс. Теперь, – она резко встала и тронулась в сторону стола, оглядываясь через плечо, – К практической части. Осматриваем владения покойной. Ищем съедобное. Или хотя бы интересное. И не забываем о главной цели.