Рецепт любовного зелья

Глава 2

Теперь я поняла, что не зря учила латынь и много читала. Вот и пригодилось.

В прошлой жизни одинокими вечерами мне бывало так грустно, что я начала с головой погружаться в книги. Обожала сказки, истории про приключения попаданок в магических мирах, Гарри Поттера, Фродо и прочих фантастических существ. Я любила это все настолько, что стала изучать язык эльфов, который придумал Толкин. А потом добралась и до латыни. Чем же еще заниматься учителю химии, когда тетради проверены и можно углубиться в изучение алхимической науки? Но чтобы получить знания из далекого прошлого, хорошо бы свободно владеть древним языком. Поэтому я заняла все свободное время науками, вместо того, чтобы быть наедине с печальными мыслями.

Тут стена снова исчезла, и в проеме появился Трианс с мальчиком лет двенадцати.

– Как тебя зовут? – спросила я приветливо.

– Руфеан, – мальчик подошел ко мне и низко поклонился.

– Зачем ты так? Я же не королева.

– Но ведь вы невеста принца.

– Невеста… – я вздохнула и погладила мальчика по плечу. – Как бы я хотела не быть ею! И кстати, почему принца, а не короля?

– Чтобы Великий Августин Флавиан Гольштебский стал королем, ему нужно родить наследника, – мальчик снова низко поклонился.

– Руф, да перестань ты отрабатывать наклоны! Лучше помоги-ка мне с обувью, –попросила я и задрала юбку до колен.

Оба резко развернулись к стене.

– Что вы, мы не должны видеть ваши ноги!

– Глупости какие! Как же тогда узнать размер обуви? Руф, ну хотя бы ты посмотри. Ты ведь еще совсем мальчик, – возмущалась я.

Руфеан повернулся и присел у моих ног.

– Туфли-то я справлю, отец научил. Но где взять материал для них?

Трианс, все так же уставившись в стену, ответил:

– Валери, может быть вы вспомните заклинание для обувного вещества? А уж из него Руфеан вам туфельки-то и сошьет.

Обувное вещество! Вот так придумали. Что же у них нет никакого производства? Все делается с помощью заклинаний и магии?

– Я, конечно, попробую… Но не знаю, получится ли.

В голове возникла мысль: «Хочу кожаные туфли на прорезиненной подошве. Значит надо наколдовать кожу и резину. Сит кориум… эт флексилис… кальцероум хик аппарент».

– Сит кориум эт флексилис кальцероум хик аппарент, – произнесла громко и взмахнула руками, рисуя указательными пальцами в воздухе две туфельки на невысоком каблучке.

Ничего не вышло.

– Не получается, – вздохнула я.

Трианс все-таки обернулся.

– Валери, попробуйте вот такой жест, – он нарисовал ладонями простые прямоугольники.

Я повторила заклинания, и на столе возникло два полотна: кожаный и резиновый.

– Вот это да! – восторженно протянул Руф. – Никогда не видал, как появляются материалы. Отец всегда привозил их с рынка готовыми.

– Хочешь и ты попробуй, – предложила я.

– Нет, что вы! У меня не получится. Я умею только соединять.

Он взял полотна, разложил их на полу, стал шептать какие-то заклинания и водить руками. Постепенно на наших глазах из кожи и резины сформировались довольно милые туфельки как раз моего размера. Душа ликовала от того, что я сейчас увидела! Не думала, что такое вообще возможно! Ведь с помощью волшебства можно наколдовать все, что угодно! Хоть дома, хоть машины, хоть высокие технологии!

Почему же у них, как сказала королева, государство «в пепле» и его нужно поднимать?

– Трианс, скажите, а много людей обладают магическим даром? Что вы еще умеете делать?

Он долго с подозрением смотрел на меня, а потом видимо вспомнил о частичной амнезии и ответил:

– Все, кто живут во дворце, обладают каким-нибудь даром. Каждый слуга отвечает за что-то свое и обеспечивает королевской семье подобающий уровень жизни.

– А как же те, кто живет за пределами дворца?

Трианс и Руфеан только тяжело вздохнули.

– Не стоит думать об этом, – заключил Трианс.

– Вы же будущая принцесса, – подхватил мальчик. – А вы правда можете научить меня создавать материалы? – с придыханием спросил он.

– Уймись, Руфеан! – оборвал его мужчина. – Нам пора идти, Ее Величество Пенелоппа Марисольда Гольштебская ждет.

Трианс низко поклонился мне, подошел к стене и открыл другой портал.

Вместо длинного коридора за ним оказалась темная каменная лестница, ведущая глубоко вниз.

– Я обязательно научу тебя, Руф, как только выберусь живой из подземелья, –подмигнула я мальчику и стала спускаться вниз.

Трианс следовал за мной. Я понимала – здесь нас могут услышать. Поэтому шла молча и раздумывала. Если мне будет угрожать опасность, подожгу там все к чертовой матери! Не на ту напали. Они думают, что перед ними несмышленый восемнадцатилетний подросток, но нет! Они будут иметь дело с умудренной жизненным опытом женщиной.