Рецепт счастья

3.1

Спустя час гуляний по дворцу мы наконец-то засобирались домой. Уже чувствовалось как солнце начинает припекать. А холодный утренний ветерок почти исчез. Мои глаза начинали слезиться от пыли, а ноги неметь от ходьбы по лестницам. Поэтому я была просто счастлива, когда наконец-то моя попа коснулась сиденья машины.

— Ватрушечка, — слышу я шёпот слева от себя, — у тебя такое лицо блаженное, скажи мне честно, успела что-то схомячить пока мы шли к машине?

И ещё тише его шёпота.

— Сначала ты мне честно скажи Матвейка, успел где-то головой приложиться пока мы к машине шли, а я не заметила? Может тебе не в отель надо, а сразу в больницу? Так ты не стесняйся скажи.

— Боже, какая же ты язва.

— Ну ты вообще охренел Фирсов, — мой шёпот был больше похож шипение змеи. — Сам лезешь, ещё и возмущаешься.

— Не ну а что я такого сказал? У тебя лицо бывает довольное только в двух случаях либо ты поела, либо купила себе какую-нибудь побрякушку. — Честное слово, ругаться шёпотом вообще не прикольно.

— Если ты не заметил, то я девочка и вполне себе имею право радоваться как ты сказал «побрякушкам», и ты очень ненаблюдателен раз думаешь, что меня радует лишь еда и украшения.

— К сожалению, я оказываюсь рядом именно в те моменты, когда ты хомячишь или выпрашиваешь всякое барахло. А как ты думаешь почему? Наверное, потому что только это ты и делаешь.

— Нет я думаю это потому что ты всегда находишься не в том месте и не в то время. — Неужели ему в кайф ругаться, когда родители буквально в десяти сантиметрах от нас? — И раз уж мы затронули тему «барахла» давай вспомним про твою коллекцию коробочек и фантиков из-под жвачек. Вот это реально мусор, который нормальные люди выбрасывают в помойку, а не хранят в ящиках стола. И уж точно никто не клеит эти фантики в альбом с надписью что это за жвачка и какой у неё вкус.

Опа-па-па, он молчит. Да неужели. Наши перепалки редко заканчиваются моим «выигрышем», но в этот раз он видимо в нокауте. Пусть прежде чем говорит что-то про мой «хлам», вспомнит про свой.

В таком настроении мы продолжили наш путь в отель. Водитель молчал, родители уже начали обговаривать то как нам добираться до яхты и на каких берегах они хотят побывать, я же сидела и смотрела скаченный подкаст, а Матвей просто пялился в окно. Кажется, его бедное эго не пережило удара.

Прибыли мы к двенадцати часам пропустив завтрак. Придётся ждать обеда, вообще расчёт был на то что мы приедем хотя бы к одиннадцати и успеем позавтракать за пол часа. Но как известно время нам неподвластно, а попасть в пробку, когда вы куда-то спешите это вообще жизненный закон.

Планов ни у кого не было. Поэтому нам разрешили по шарахаться по территории отеля ближайшие два часа, но при условии, что как только нам позвонят мы должны будем прийти в номер и уже оттуда все вместе выйти на обед, и что гулять мы должны будем вместе ведь «не дай Бог что-то случится». Что может произойти на охраняемой территории? Но да ладно, хозяин барин как говорится, а свалить от родительского контроля на отдыхе это прям подарок судьбы.

Нет, я очень люблю маму с папой просто иногда они очень перебарщивают с опекой. Да, у меня есть некие проблемы со здоровьем, но не настолько серьёзные чтобы за мной требовался постоянный присмотр, да и я уже не малявка, сама понимаю, что мне можно делать, а что не желательно.

— Ну что пирожок, пошли исследовать наши владения. — Да возвратится сатана.

— Ещё раз меня так назовёшь, я сяду в холе отеля и буду сидеть там те два часа которые нам дали, а если ты вдруг соберёшься уйти один я сразу же найду в своей телефонной книжке номер родителей. Понял?

— Это шантаж?

— Называй как хочешь, я тебя предупредила.

— Да ладно тебе ватру… — Я резко повернула голову на него, и то что я буду сидеть два часа в холе это не шутка. Пакости требуют жертв. — Ладно, ладно я всё понял Ка-тя, какая же ты …

— Молодец что понял с первого раза. Честно признаюсь, удивлена. До тебя обычно долго доходит.

— Тогда и у меня условие ты прекращаешь давать комментарии моему интеллекту, задолбала.

— Ты всегда первый начинаешь!

— Так, окей. Давай заключим перемирие на эти два часа, у нас оставшийся отпуск практически не будет больше шанса отделаться от контроля.

— Редко говорю такие вещи, можно сказать это будет в первый раз. Я согласна. Никаких подколов, обзывательств и прошлой фигни.

— И ещё, раз ты в угрозу хочешь пожаловаться родителям если я вдруг куда-то уйду. То если ты вдруг захочешь пошутить — он изобразил кавычки в воздухе, — насчёт моего интеллекта. Я скажу родителям что ты наелась сладкого: шоколадок, карамелек и всего в таком духе. Ты потом лишишься не то что печенек, а даже сахара в чай. Ясно?

— Ясно.

Матвей протянул мне руку как я поняла, чтобы скрепить наш «договор». Почему-то мне сразу вспомнилось как он шарахался от моих прикосновений в самолёте. Стало неприятно, а что если он одёрнет руку, едва я к ней потянусь? И только спустя пятнадцать секунд воспоминаний и прокручивания в голове своих страхов я с хлопком пожала его руку.