Рецепт счастья

Глава 3

Дома Алина, решив не заморачиваться с ужином, нажарила гренок вприкуску с колбасой и сыром, и, впервые за неделю, позвонила маме, Анастасии Владимировне.

- Доча, привет! Как дела? – уставшее, но такое родное и красивое лицо матери отобразилось на экране.

- Хэллоу, мамулитта! Да пойдёт, сижу вот, ужинаю. Соскучилась по вам с папой.

Лина грустно улыбнулась и помахала бутербродом в камеру. Мама сощурилась, присматриваясь.

- Тебе что, есть нечего? Денег не хватает?

- Да нет, нормально всё, мне просто лень сегодня готовить. Мамуль, я хотела посоветоваться с тобой…

Для Алины мама является лучшей подругой. Это мудрая, волевая женщина, светлая и добрая, к ней всегда тянутся люди, как к солнцу. Алина всегда может рассказать любую, даже самую стыдную историю, и знает, что её не осудят и всегда помогут советом. Врать она никогда не любила, хоть и прекрасно владела этим искусством, но обман для неё - сделка с совестью, поэтому мама всегда в курсе всех событий в её жизни. И когда становится тяжело, грустно, или требуется принять какое-то сложное решение, Алина обращается именно к ней.

- В общем, один парень, помнишь, я рассказывала про него, Матвей Корольков, - начала она сбивчево, не зная, как подвести к самой сути, - Он сегодня преследовал меня весь день, а потом предложил что-то странное. У него есть какие-то друзья-музыканты, которым нужно рисовать обложки для песен, и почему-то они решили позвать художником именно меня.

- Это, конечно, интересная работа, но почему предложили тебе? Вы общаетесь с этим Корольковым? – мама отбросила лезущую в глаза тёмную челку и внимательно уставилась на Алину.

- Нет, конечно. Просто он сегодня ко мне пристал и вот так неожиданно позвал к ним работать. Сказал, что какой-то там их друг видел мои картины, и я - это именно то, что им нужно.

- Ну, если так, то в чем ты сомневаешься? Это же здорово, тебе нравится рисовать, а за деньги это делать ещё приятнее.

- Да, но я боюсь, что у меня ничего не получится, и я только опозорюсь. Я же просто любитель. - Лина замялась, - Да, ты также начинала раньше рисовать сама, но я – это не ты, я так не могу, а у тебя талант.

Анастасия Владимировна строго посмотрела на дочь, а Алина опустила глаза вниз, беспокойно вертя в руке гренку.

- Алина, я сто раз тебе говорила: талант не так важен, как упорный труд. Цена успеха – это 80% каждодневной работы над собой, и 20% таланта. Я тоже раньше была не уверена в своих силах, но брала и делала. По-другому никак. А ты только закапываешь себя этой вечной боязнью.

Она знала, о чем говорит. Женщина впервые взяла в руки кисть только в двадцать восемь лет, и начала учиться по видеоурокам. Казалось, она перерисовала каждую вещь в их доме в натюрмортах, а вся семья была вынуждена часами позировать, пока мама отрабатывала портреты.

- Думаешь, у меня получится? Я не хочу позориться. – повторила Алина.

- Дочь, не зли меня, ты знаешь, как меня бесит эта вечная неуверенность. Тебя всегда тормозит только она. - хлёстко ответила мама, а затем тихонько обратилась уже к самой себе, - Не понимаю, почему так, ведь я всегда поддерживала любые твои начинания?

Алина вздохнула. Анастасия Владимировна была также остра на язык, как и она сама. И также несдержанна, если что-то начинало её раздражать. Характером она точно пошла в маму.

- Кстати, я надеюсь, ты не строишь планы на этого мальчика, как его там, Марк? – продолжила она.

- Нет, мам, Матвей. – Алина покраснела. – Какие ещё планы? Я и не думаю даже об этом.

- И правильно, иначе у вас не получится нормальной работы. Вряд ли у вас сложится что-то серьёзное, а потом ещё не сможете видеть друг друга.

- Да у нас вообще ничего не сложится, я не планирую, да и он, думаю, тоже.

- Ой, все и всегда так говорят, - отманулась мама, - А потом наступают на одни и те же грабли. Запомни: никогда не заводи отношения на учёбе или работе. Если вы расстанетесь, а потом будете постоянно встречаться, тебе будет очень тяжело.

- Не хочу я с ним никаких отношений! Он мне совсем не нравится. - по маминой усмешке Алина поняла, что та ей не верит, и поспешила распрощаться, - Ладно, муся, я пойду, полежу в ванне и спать. Люблю, целую!

Громко чмокнув прямо в камеру, Алина оборвала связь, но вместо намеченного плана полежать в горячей ванне с пеной, решила взяться за карандаш.

Она любила придумывать разные сюжеты, а потом воплощать их на бумаге. Писать из головы всегда сложнее, чем перерисовывать готовые картинки из интернета, но под вдохновением Алина видела новые образы очень ярко и детально. Чаще всего это были какие-то мифические существа, боги, драконы, вампиры, что-то мистическо-волшебное, – Лина любила всё, что связано с мифологией и магией.

Но сейчас у неё перед глазами стоял только Матвей - взъерошенный, немного сонный, сидящий за партой в аудитории, - каким он обычно был на парах с утра в те редкие моменты, когда осчастливливал всех своим приходом в альма-матер.

Алина, качнув головой, сморгнула картинку перед глазами, словно пытаясь вытряхнуть этот образ из мыслей, но Матвей удивительным образом практически въелся в них.

- Почему он преследует меня сегодня весь день? Даже в мысли пробрался, гадёныш! – тихо пробормотала Алина и, сдавшись, достала скетчбук, в котором делала наброски карандашами или линером.

По памяти зарисовывать Королькова было сложно, они никогда, за исключением сегодняшнего дня, не общались так близко, чтобы Алина помнила черты его лица. Снова зайдя на его страничку, она внимательно всмотрелась в единственное фото. На нём мало что можно было разглядеть, но в целом черты лица видны, и для наброска этого было более чем достаточно.

Полчаса скольжения руки над скетчбуком, и вот с листа на Алину уже уставился своим вечно хитрым взглядом Матвей Корольков собственной персоной.

- Мдаа… - протянула она. – Теперь можно продать это какой-нибудь фанатке Королькова. Хотя, - Алина разозлилась на себя за внезапный порыв вдохновения и образ парня, не выходящий из головы. – И чем же я лучше этих дам?