Рецепт счастья

Глава 23. Егор

Он впервые находился так долго под чьим-то пристальным взглядом. Но, как бывало по-обыкновению, спрятаться не хотелось. Наоборот, было непривычно, но интересно ощущать на себе взгляд Алины и изучать её в ответ, подмечая,, как она смущается, каждый раз сталкиваясь с его глазами и слегка розовея.

Егор сидел на диване, замерев в позе, которую подобрала Алина: слегка облокотившись на подушку, с одной рукой закинутой за голову, а другой спокойно лежащей на колене. Он специально немного помучил её, делая вид, что не понимает, как она просит расположить руки, чтобы Алина сделала это сама. Надо отдать ей должное, терпения у девушки было хоть отбавляй, она тянула время как могла, пытаясь донести до парня, как ему нужно сесть, а затем, всё же, отчаянно смущаясь и едва касаясь его своими тонкими длинными пальцами словно пёрышком, она быстро переставила его руки, как было нужно, под насмешливым взглядом серых глаз.

Долго сидеть в одной позе было непривычно, мышцы забились ещё в первые десять минут, поднятая рука затекла, но Егор держался, стараясь не выдавать напряжение, лишь иногда слегка встряхивая рукой, сбрасывая тонус, когда Алина отводила взгляд с него на холст.

- Расслабь руку, - попросила девушка, не отвлекаясь от холста.

Егор, вырванный из своих мыслей, озадаченно посмотрел на неё, ловя мимолётный сосредоточенный взгляд.

- Руку на колене. - пояснила она, - Ты сжал её в кулак.

Вытянув длинные пальцы, он вернулся к лицу Алины, исподтишка разглядывая. У неё были утонченные, изысканные черты лица - такие ещё называют аристократичными - но, в отличие от обычно спокойной и приглушённой аристократической внешности, Алина была пронзительно яркой: насыщенные медные волосы, смуглая кожа, густые тёмные брови, гранатовые губы и зелёные глаза-хамелеоны.

Наблюдать за ней было одно удовольствие. Как она, сев за мольберт, мгновенно превратилась из смущённой девушки в профессионала, сосредоточенного на результате. То, как прищуривала глаза, окидывая его взглядом с ног до головы, примеряя как расположить всю его фигуру на холсте. То, как её губы жили своей жизнью - то сжимаясь в ниточку, то беспокойно дёргаясь, то постоянно прихватывая зубами нижнюю губу. И как порхала тонкая рука с карандашом над холстом. Иногда Алина хмурилась, смотрела то на свою натуру, то на холст, и тогда, качая головой, стирала не устраивающие её линии.

- Перерыв, - наконец объявила она, откладывая карандаш, и, потягиваясь, вытянулась в тонкую берёзку, запрокидывая голову назад и блаженно выдыхая.

Егор восхищённо, почти не дыша, уставился на девушку, любуясь её изящным профилем и забывая о том, что уже можно расслабиться.

- Егор, отомри, - Алина помахала рукой перед его лицом. - Всё, можем немного отдохнуть.

Чувствуя себя полным идиотом, который с блаженным лицом дурачка уставился на неё, благо хоть без капающей изо рта слюны, он медленно распрямился, делая вид, что просто задумался, ругаясь про себя. Ему точно не хотелось, чтобы Алина решила, будто он какой-то маньяк или просто ненормальный, помешанный на ней. Он целый год наблюдал за ней издалека, не решаясь подойти, и точно не для того, чтобы потом всё испортить.

- Ты такая милая, когда рисуешь. - признался он.

- Чем же я милая? - кокетливо прищурилась она.

- Такая сосредоточенная, важная, ну прям вообще.

"Ну прям вообще". Лучше бы молчал, дурак. Мысленно хлопнув себя по лбу, Егор, тем не менее, сохранил спокойное выражение лица. Рядом с Алиной он превращался в маленького мальчика, впервые общающегося с девушкой, а в голове сразу пропадали все нормальные мысли, и оставалась только та самая обезьянка с тарелками.

- Ты поставил цель постоянно смущать меня? - Алина хихикнула, а Егор словил её взгляд, удерживая его.

- У тебя невероятные глаза! - брякнула она завороженно, а потом затараторила - как заметил Егор, она всегда так делала, когда начинала волноваться, - А ты знаешь, что серый цвет глаз - один из самых редких в мире? Скорее всего из-за того, что он возник совсем недавно, в результате мутации, когда у некоторых людей снизилась выработка меланина.

- Теперь знаю. - улыбнулся он. - Ещё никто и никогда не уделял так много внимания моим глазам.

- Я просто постоянно на них зависаю... - смутилась Алина, - Ну всё, теперь я чувствую себя максимально глупо. Лучше пойду заварю нам чай, чтобы не болтать лишнего.

Рассмеявшись, Егор проводил её взглядом до кухни, наконец сам расслабляясь.

***
- Я те говорю, это все коробки, которые были, - оправдывался водитель грузовой машины, без конца трущий свою лысую, лоснящуюся от пота макушку, - Ну я че, врать вам буду? Мне зачем эти детали, у меня вон, грузовик один, и то не мой. Я давно на Владимировича работаю, ни разу не подводил.

- А где тогда остальные? Че за подстава, Михалыч? Че я начальнику скажу? - вторил ему второй мужчина в грязной спецовке.

Егор, которому надоело это слушать, вышел из подсобки, подходя к ругающимся мужикам.

- Что у вас произошло?

- Егор, будь другом, позвони папане, узнай, сколько деталей должно было прийти в сегодняшней поставке. Михалыч привёз только пять коробов, не считая колёс и дисков.

- Я уточню, - кивнул он, по-дружески хлопая обоих по плечам, успокаивая, - Всё окей, разберёмся. Александр Михайлович, можете ехать пока дальше, по другим заказам.

Технически, Алине он не соврал о своей работе. Ну только если немного, совсем чутка приврал. Он действительно был грузчиком, хоть и в автомастерской своего отца. По большей части он, конечно, занимался документами и бухгалтерией, но и постоянно помогал с погрузкой и разгрузкой автозапчастей. Да и их семья действительно не была сверхбогатой, здесь он сказал правду. Егор и сам не мог объяснить себе, почему утаил это от девушки. Просто он не хотел, чтобы доход его семьи как-то повлиял на их взаимоотношения. Он работал на отца в автосервисе в первую очередь для помощи семье, и во вторую для какого-никакого заработка, но заниматься этим бизнесом в дальнейшем не планировал.