Рецепт счастья

Глава 12

Кира подтянула ноги и обхватила колени, превратившись в сосредоточенного стратега. В её глазах горел огонь не только от пламени камина.

— Ладно, работаем. Максим — это… — начала она, как бы записывая мысль в воздухе.

— Стабильность, — тут же, почти машинально, продолжила за нее Лина, глядя в пустоту. — Престиж. И… возможность послать Владимира Петровича куда подальше с его грязными предложениями.

— А механик? — подняла бровь Кира, её голос стал вкрадчивее, она словно прощупывал им минное поле.

Лина опустила глаза, её пальцы нервно теребили бахрому пледа. Слова давались с трудом, будто она признавалась в чём-то постыдном.

— Он… — она выдохнула. — Он заставляет меня чувствовать.

— Что именно? — не унималась Кира, мягко, но настойчиво.

— Что я живая, — прошептала Лина так тихо, что слова едва долетели до подруг. — Дрожь по коже… мурашки. Ноги, становятся ватными. Сердце, колотится где-то в горле, пытаясь вырваться. И… внизу живота. Там всё плавится. А ещё… — она подняла на них взгляд, в котором читалась растерянная надежда. — С ним могу быть неидеальной. Не нужно держаться королевой и улыбаться под правильным углом. Можно просто… Быть собой. Совершать ошибки. И не бояться, что за это с презрением выставят за дверь.

Лена, до этого молчавшая, вдруг встала и подошла к окну. Она прижалась лбом к холодному стеклу, за которым кружилась метель.

— Знаешь, — сказала она, глядя в темноту, и её голос прозвучал непривычно мудро, — моя бабушка, простая деревенская женщина, всегда говаривала: «Когда выбираешь между головой и сердцем, сначала убедись, что голова-то твоя, а не навязанная кем-то со стороны». Вот и думай, Лин. Твоя ли голова так яростно желает этой «идеальности»? Или это чей-то чужой, навязчивый голос?

Лина замерла, будто её окатили ледяной водой. Часы на каминной полке с тяжёлым, властным бронзовым звоном пробили семь тридцать.

Тиканье маятника заполнило внезапную звенящую тишину. И вдруг Кира вскочила, расплёскивая чай из кружки.

— Закрой глаза! — приказала она, хватая Лину за плечи.

— Что?! — та отпрянула.

— Просто сделай! — настаивала Кира, и в её тоне была не игра, а что-то сродни гипнозу. — Представь: Новый год. Ровно полночь. Ты в том самом платье, о котором всегда мечтала. Бьют куранты. Дверь открывается…

Лина, повинуясь, зажмурилась. Мир от напряжения сузился до красных пятен под веками.

— Кто там? — резко, как удар хлыста, спросила Кира.

Перед внутренним взором Лины, как на экране, возник первый образ: Максим. Безупречный, как из журнала, в чёрном смокинге. В его длинных пальцах — бутылка изысканного шампанского. Он делает шаг вперёд, его губы, идеально очерченные, складываются в томную улыбку. «Ты сегодня восхитительна, Лина», — шепчет он голосом, от которого стынет кровь в жилах, а не закипает…

И тут же картинка сменилась. Второй силуэт. Механик. В тех самых джинсах, чуть испачканных у колена, в простой рубашке, расстёгнутой на пару пуговиц. В его сильных, привыкших к работе руках — не хрусталь, а две бутылки тёмного крафтового пива. Он стоит, слегка расставив ноги, и ухмыляется той самой, сбивающей с толку, дерзкой ухмылкой. «Ну что, принцесса? — слышится его хрипловатый голос. — Новый год на дворе. Поехали в него вместе или как?»

Лина резко распахнула глаза, будто пытаясь отделаться от наваждения. Дыхание сбилось.

— Ну? — Кира смотрела на неё неотрывно, как следователь, ждущий признания.

— Я… не знаю, — прошептала Лина, но её голос звучал фальшиво даже для неё самой.

— Врёшь! — фыркнула Лена, отламывая кусок печенья. Не глядя на подругу, она добавила: — У тебя щёки покраснели. Явно. И именно когда ты «видела» второго. Кто он?

Лина потянулась к телефону, лежащему на столе, как к якорю в этом бушующем море эмоций. На экране горело: 19:47.

И в эту самую секунду экран вспыхнул ослепительным светом и взорвался тихой, но настойчивой вибрацией. Мир сжался до этого яркого прямоугольника в её ладони.

Входящий вызов: «М. Демидов».

Параллельный входящий: Неизвестный номер.

SMS от «В.П. Сидоров»: «СРОЧНО В ОФИС. Демидов запрашивает ВСЕ отчёты по договорному отделу за 2 года».

Лина почувствовала, как пол уходит из-под ног. Это её зона ответственности. Запрос в преддверии тендера логичен, но сроки… Это саботаж. Отчёты есть. И в электронном виде, и в сейфе. Но до офиса — минимум час езды по вечернему городу. Месть местью, она будет потом… Надо сейчас всё не испортить.

— О боже, — прошептала Кира, заглядывая ей через плечо. — Может, мы чем-то поможем?

«Могут ли?» — паническая мысль пронеслась в голове Лины, но тут же была сметена голосом из трубки.

Голос Максима был ровным, гладким и холодным, как отполированный лёд:

— Лина. Я жду в «Белграде» уже сорок минут, — пауза, наполненная не вопросом, а безмолвным укором. — У вас что-то случилось? Мне ждать?

Кратко. Без эмоций. Как всегда. Лина растерянно обвела взглядом подруг. Она не помнила о договорённости. Какой ужин, когда горит работа? Значит, он сидит в ресторане, ждёт её, и одновременно шлёт директору запрос, способный разрушить её карьеру? И ещё интересуется, «не случилось ли чего»? Абсурд.