Реинкарнация. Атрум - жрец бога Осириса.

Праоп возвращается...

Вот уже около часа Окси никак не могла войти в рабочий  ритм. Девушка всегда плохо реагировала на сонный газ. Голова была тяжелой и гудела. Окси закидывала ее на затылок. Так чувствовалось облегчение. Девушка была раздражена и выходками Солы ( «позвонить что ли в обслугу, пусть ее протестируют. Она последнее время не в адеквате» ), и пропажей Ника, и постоянным присутствием Олега, и неясностью положения, в котором она оказалась. Баольба спустил ее на грешную землю.
- Привет, Ксюша! ( Так теперь ее по-отечески называл только Баольба да еще Олег. Они с ним были соотечественники и называли друг друга полными именами. Олег сопровожал ее только до Лаборатории, а здесь ее курировала собственная Служба Безопасности).
- Привет, Баба! Что нового?
- Из Египта? Сканеры обнаружили пустоты под руинами Сфинкса. Расчищают.
- А Атрум?
- На моей смене ничего. Рылся весь день в папирусах. Может, тебе повезет. Кстати, я и Блэк  в курсе всех твоих новостей. Держись. Мы - твоя подмога. 
- Спасибо, Баба. У тебя усталый вид. Иди отдыхай.
- У тебя вид не лучше. Может, заменить Мишелем?
-Нет, нет!- запротестовала Окси. 
Она надеялась, что работа отвлечет ее. Отдыхать сейчас – это полностью погрузиться  в свои невеселые мысли. Перспектива плачевная.
- О, коллеги на месте!- с этим восклицанием в Лабораторию ввалился (или точнее, вкатился) кругленький Блэк.
«Тоже мне коллега, - про себя буркнула Окси. - Ну, не нравишься ты мне, не нравишься. Что я могу с этим поделать?» И отвернулась, даже не кивнув. А Баольба  вопросительно смотрел и ждал.
- У нас большие проблемы. Правительство не верит заявлениям сириусцев. 
Окси развернулась и, как и Баольба, спокойно ждала продолжения.

-  Они явно что-то не досказывают. Катастрофа в созвездии Орион – это не факт, что дело рук самих плантов. Только что закончилась конференция астрофизиков, они утверждают, что заинтересованность в плато Гизы  имеют как сириусцы, так и орионцы.  Секунду!
Блэк активизировал свой браслет,  и перед ними возник ведущий астрофизик Конгломерации Вильям Брандмайер :
- Пирамиды Гизы в целом так размещены,- докладывал ученый,- что  являются своего рода точной картой трех звезд из пояса Ориона, причем не только точно отображают их взаимное расположение, но и характеризуют своими относительными размерами их звездную величину. Великая пирамида Хуфу соответствует положению звезды  Ап‑Нитак, вторая пирамида (Хафры) занимает место Aп‑Нилам, а третья пирамида (Менкаура) смещена к востоку по отношению к диагонали, образуемой двумя остальными. Обратите внимание – пирамиды Гизы образуют карту неба, не так как она выглядела в эпоху IV династии около 2500 года до н.э., а так, как она выглядела около 10450 года до н.э.                                                                                                                                                                 

Блэк отключил браслет.
- Теперь вы понимаете, что если с Сириуса к нам прибыли  в IV веке до н.э. ( доказательством является наш эксперимент). То, возможно, орионцы побывали  в XI веке до н.э. И это они построили пирамиды. И чья научная установка? Кому верить? Не уничтожили ли сириусцы орионцев? А теперь с  этой же целью летят к нам?
Окси отвернулась. Да, ее проблемы теперь по сравнению с мировыми выглядят бледно.
Блэк и Баольба удалились. А Окси вернулась к Атруму: «Ну, пожалуйста, помоги нам, дай подсказку».

Атрум вместе с Гефетом подходили к храму бальзамирования. В вечернее время тут  практически никого не бывает. За ними по песку тащился ибис. Несколько раз оглянувшись на птицу, жрец все-таки не отогнал ее. И у входа в храм взял на руки. Гефет не понял, зачем?
И вот они у заветной стены. Пройдя  проем, они остановились на площадке и стали все рассматривать. Свет двух факелов давал такую возможность. Площадка была небольшая. Ступеньки вверх, к подножию Сфинкса, Атрума уже не интересовали - это был запасной выход. Туннель в сторону камеры царицы (без ступенек) – тоже. Он осматривал ступеньки, ведущие вниз. Колодец был глубоким. И в нем – кромешная тьма.
«А что я ожидал увидеть? Свет?»  
Беззвучно шевелились губы Гефета, который  от страха безостановочно  читал молитвы богам. Ему, непросвещенному, казалось, что они попадут в царство Анубиса.  Атрум начал спуск. С птицей в одной руке и факелом в другой это было не очень удобно, поэтому он переодически останавливался, садился на ступеньки и отдыхал. 
«Я не чувствую тут задухи, как в туннелях пирамиды. Странно, такое впечатление, что работают  воздуховоды. Дышится легко».
В какой-то момент спуска Атрум увидел внизу неясный свет. При приближении он становился ярче, но был нестабильным, мелькал. Когда к нему оставалось метров двадцать, жрец подал знак Гефету, чтобы тот был начеку. Когда Атрум шагнул на последнюю ступеньку, перед ним открылась панорама широкого туннеля. В начале его горело два факела. Чуть дальше находилось два человека. Один лежал на полу – это был Атип. Другой сидел возле него, закрыв глаза. Это был Праоп. 
Окси затаила дыхание. Что сейчас произойдет?!
Как ни странно, ничего не произошло. Атрум подошел к Праопу и опустился рядом с ним на пол. Гефет последовал его примеру. Ибис, у которого затекли все конечности, выбрался из рук Атрума и поковылял к Праопу. Тот открыл глаза, посмотрел на Атрума и стал гладить птицу, которая хорошо его знала.
- Давно вы тут?
- Сутки.
-Что с Атипом?
- Когда подходишь к тому дальнему проему, где высокие колонны, за десять метров включается световое поле. Мы его не смогли пройти. Мощная энергия не пускает, если продолжаешь продвигаться, выворачивает внутренности, начинаешь блевать,  потом головокружение и потеря сознания…  Атип пошел первым… меня сберег. 
- Он жив?
- Еще жив. Я пытался поднимать его по ступенькам. Не получилось,- виноватым тоном объяснил Праоп.  
Атрум посмотрел на его щуплое тело и усмехнулся. Но не злорадно. Некоторое  время они сидели молча.  Атрум впал в какое-то странное умиротворение. Ему хорошо было так сидеть с Праопом и молчать. И он был счастлив, что тот жив. И он не был зол на Атипа за то, что тот его предал. «А разве он меня предал? Мы - три друга детства. Он не предал Праопа, спас его и не дал мне убить друга. Ведь мне и раньше было с ними хорошо. Особенно в детстве, когда убегал от тиранов-родителей. Когда же я поменялся? Когда я стал таким жестоким?» Ему захотелось взять Праопа за руку. И он взял. Друг ответил легким пожатием, и в глазах его блеснула слеза. Праоп всегда был жалостливым, это вызывало у жреца неприятие. Но не сейчас. Улыбка и слеза друга вдруг словно сняли камень с его груди. Он тоже улыбнулся в ответ. Стряхнул полумрак со своей души  и начал действовать.
- Так, Ниобай  обязательно его спасет. Втроем на лестнице не поместимся. Ты пойдешь впереди с двумя факелами, а мы с Гефетом понесем Атипа. 
Взгляд его упал на птицу. А с ней что делать? И зачем только ее прихватил? Он знал зачем, но теперь стыдно было самому за эти мысли. В туннелях  пирамид очень много ловушек. Вот для чего. Посылать впереди себя немощную птицу? Это гадко.
- Мы вернемся сюда. Ваших факелов еще надолго хватит. Она не будет сидеть в темноте.
И Атрум хлопками дал сигнал ибису его ждать. Птица послушно села.
Окси аж приподнялась в своем кресле:
- Что происходит с Атрумом? Я его не узнаю! Совсем другой человек! Ему жаль птицу?! Что это? Влияние Арсиноя? Или светового поля? Но оно вроде бы не включено? 
И тут голограмма задрожала, фрагменты стали пропадать. Но через секунду все восстановилось. Окси так отчаянно закричала, что нейробиологи выскочили из своего блока перепуганные.
В туннеле в свете двух факелов стоял Ник.
- Окси! Если ты на смене…хорошо! Нет. Тебе передадут. Это не машина времени… Ашуры через спутники Юпитера отслеживают вас. Это параллельная голограмма… У меня всего несколько секунд…Пока вы разбираете завалы над Сфинксом, ашуры уже в подземелье …  через камеру царицы в пирамиде.  Пройти световое поле может только землянин с неземным геном. Звездочка, ты в опасности. 
Голограмма стала исчезать.
- Не верь…Люблю…- последние слова, которые услышала Окси.