Реинкарнация. Атрум - жрец бога Осириса.

Брат

Мишель не знал, что Окси пропала. Вторые сутки дежурства дались нелегко. Его пришел сменить Баольба.
- О! Баба!
- Salute, Мишель. Как дела?
- Все спокойно. Правда, был один момент. Скажи, с тобой Окси советовалась по поводу того, что Атрум меняется? Он с каждым разом становится, как бы это сказать, человечнее что ли? У нее возникла мысль, не может ли профессор как-то на жреца влиять?
- Да, мы говорили об этом. Но это прерогатива Арсиноя. Выйдя из эксперимента, он все проанализирует.
- Так мы уже с нейробиологами все проанализировали. Прошерстили моменты, когда Атрум колебался, как ему поступить. Я тебе скажу, что нейронная атака профессора зашкаливала. То, что он пытается воздействовать на Атрума – это доказывают результаты работы головного мозга. Но, Баба, как можно повлиять на ситуацию, которой четыре тысячи лет? Это нонсенс!
- Нонсенс – это не наука. А Арсиной -  гениальный ученый, он до всего докопается. Ты про какой момент говорил вначале?
- Ну, да! Представляешь, жрец спустился в туннель, чтобы забрать птицу!
Жалость – это что-то новое! Праопа не смог убить - раз, на Атипа за предательство даже не рассердился – два, и птица – три…
- А больше он ничего не делал?
- Делал.
- Не тяни. Давай, колись.
- Он прошел… световое поле…
Баольба возмутился:
- И ты молчал? С птички он начал…- язвительно уколол Баба. – И что?
- И ничего. Вышел обратно через пару минут, постоял немного в световом поле, очевидно, проверял ощущения. Птичку забрал и ушел,- сделал ударение на птичке Мишель.
- Так, Блэку об этом ни слова.
- Почему?
- Он подал идею в КННЭ приостановить эксперимент и использовать Арсиноя. Раз Окси пропала…
- Что?!!
- Тьфу, черт. Не хотел тебя раньше времени расстраивать.
- Какое время?  Ксью пропала! Ты что скрываешь?
- Мы запустили ложную информацию, что у Ксюши – неземной ген.
- И ее выкрали? Ты понимаешь, что она уже может быть там? – он гневно указал на голограмму, где как раз четыре египтянина спускались в туннель. – Они заставят ее пройти световое поле. Ты видел, что было с Атипом? Вы, безмозглые, кинули девчонку в пасть ашурам! А когда ей станет плохо, кто ее будет спасать? Они? – гнев Мишеля нарастал, он орал уже так, что нейробиологи с интересом высунулись из своего бокса. 
- Притормози, она не одна, с Надворским.
- А ты в этом уверен?
Баольба ни в чем не был уверен. Он винил себя за то, что не отстоял Ксюшу  на заседании КННЭ. Этот Блэк так наседал на членов комиссии.
Возмущенный Мишель больше не находил слов, он мотал головой, размахивал руками, быстро-быстро что-то тараторил на родном французском. Потом махнул рукой, развернулся и ушел, не попрощавшись.

С тяжелым сердцем Баольба сел за пульт. Сначала чисто механически следил за картинкой.
- Атип,- вслух произнес Баольба и встряхнулся.- А что я говорил! Она его поставила на ноги за сутки.
Потом присмотрелся и уже подумал: «И все-таки он очень слаб. Еле передвигается. И зачем они с собой взяли больного?»
В это время египтяне, подойдя к Вратам Вечности, включили световое поле. Они сели ненадолго передохнуть.
- Пора,- сказал Атрум и поднялся.
Поднялись Праоп и Гефет, Атип сидел.
- Да, вы сидите и ждите,- спокойно приказал жрец.
Но сидеть в такой момент? Праоп сделал какое-то невольное прощальное движение, но Атрум рукой его остановил.
Трое смотрели, как четвертый медленно, но уверенно подходил к Вратам.
«Интересно,- мелькнула мысль у Баольбы,- жрец рассказал им, что уже там был. К чему  этот театр?»
 По мере удаления фигура жреца становилась  величественней. Казалось теперь, что сияние идет не от Врат, а от Атрума.

- Боги! - Кто-то воскликнул над ухом Баольбы.- Точно с таким сиянием, исходящим  от фигуры, в XX веке рисовали Иисуса.
Это был «дружок» из КННЭ.
- Прошел! Прошел! – завопил Блэк.
Баольба посмотрел на голограмму. Атрум исчез.
- Ну, что. Я таки буду настаивать на остановке эксперимента. Надо срочно будить профессора. Завтра разберут завал (что-то у них пошло не так) – и можно запускать Арчи! Будем надеяться, он пройдет световое поле.
«Запускать,- с неприязнью про себя повторил Баольба.- Он что тебе – робот? Да ты его и не знаешь. Примазался к проекту, когда профессор уже спал. Ничего. Он тебя быстро пообтешет ».
А вслух сказал:
- Рано будить. Посмотрим, что найдет жрец. Сэкономим время. Не придется потом обыскивать все ходы-выходы.
И добавил:
- О Ксюше что-нибудь слышно?
- Да, не переживай ты так! Ничего с ней не станется! – слукавил Блэк. Он уже подозревал, что она в завале.- Она не одна, с Надворским!
Эта фраза очень разозлила Баольбу именно потому, что и он точно так же ответил Мишелю.

Блэк вернулся в КННЭ, настаивать на своем. А Баольба продолжил дежурство.
Вдруг в сиянии лучей снова появилась фигура жреца. Друзья повскакивали и кинулись навстречу. Но строгий оклик Атрума их остановил.
Он подошел. Улыбнулся.
- Что там? – не выдержал Праоп.
- Огромный дворец на несколько уровней. Я такой красоты не видел. Это явно обитель богов. Его не обойти и за день.
- Огромный подземный дворец в несколько этажей,- докладывал Баольба Блэку в КННЭ.- Я настаиваю на продолжении эксперимента до момента, пока жрец не найдет научную установку.
У него не было желания долго разговаривать.  Начиналось самое интересное.
- Пойдем со мной,- вдруг Атрум обратился к Праопу. 
Тот удивился.
- Попробуй, - настаивал жрец. 
Неизвестно, по каким причинам, но он был уверен, что Праоп пройдет.
Праоп глянул на Атипа. Тот кивнул.
    И вот в лучах неземного сияния уже оказалось две фигуры. Одна – высокая, атлетическая… и другая – хлипкая и какая-то неуверенная. Они дошли до врат и одновременно исчезли. Через несколько минут …появились. 
Атрум сиял от счастья за друга.
«Права была Ксюша,- размышлял Баольба,- Я Атрума не узнаю».
- Почему я прошел? – не переставал удивляться Праоп.
- А помнишь писания богов?- сказал жрец. И начал цитировать:
- Только человек с чистой душой, обращенной к небесам…
- Чепуха, - перебил Атип.
Сказать, что это было, как гром среди ясного неба, ничего не сказать.
Атип, их немой Атип, который с детства не проронил ни слова, ЗАГОВОРИЛ…
Атрум и Праоп от неожиданности сели, а Гефет так и стоял с открытым ртом.
- Теперь я могу все рассказать. Ваших родителей все равно нет уже в живых, да и моих тоже. Отец мой заставил меня дать клятву молчания Осирису до тех пор, пока ваша тайна не раскроется  сама собой.
- Наша тайна? – почти одновременно произнесли Атрум и Праоп.
- Ваша. Вы оба божественного происхождения. Вот почему ты, Праоп, прошел Врата. Ты и Атрум – вы родные братья.
Атрум и Праоп посмотрели друг на друга, словно в первый раз увидели.
А Баольба быстро скинул их изображения для антропологического анализа . Версия Атипа подтвердилась.
Атип продолжал:
- Когда вы родились, ваш отец Нунс был недоволен Праопом. На вид он был доходягой. Ниобай отца переубеждала и говорила, что хотя у второго ребенка слабое ХАТ*, но в САХУ** живет божественная АХ*** Нунс был неприклонен. Он приказал убить ребенка. Она не смогла и отдала его Хеху и Упуте.
У Праопа задрожала нижняя челюсть.
Атип устал, прислонился к стене.
Каждый из братьев думал о своем. Атрум о жестоком отце. И не только по отношению к Праопу. У него самого практически не было  ни детства, ни друзей, ни, оказывается, брата. Отец требовал от него только знания. Грубый отец и вечно плачущая мать – вот и все воспоминания. А Праоп с любовью думал о Хехе  и Упуте.
- Довольно,- слабым голосом произнес Атип.- Несите меня наверх. Я сюда шел только ради этого. Искать свои сокровища будете завтра.
- Но причем здесь ты?- спросил Атрум.
- Я собирал хворост и забрел нечаянно в чащу к хижине Ниобай. Подслушал ее разговор с Нунсом, а потом проследил, куда она отнесла ребенка. Дома все рассказал. Отец мой очень боялся Нунса, поэтому потянул меня в храм и заставил дать клятву.
- Но как ты мог сколько лет молчать?
- А как я мог сколько лет быть тебе преданным.
И тут только до Атрума дошло, что Атип, благородный Атип, спас не только Праопа, но и его, Атрума, от братоубийства.
Он подошел к другу, сел перед ним на корточки, взял в свои руки обе его руки, посмотрел открыто и с благодарностью в его глаза, потом предложил другу опереться на него.
Пора подниматься наверх.