Реинкарнация. Атрум - жрец бога Осириса.

Между кольцами Сатурна

Окси спустилась в Обзорную, которая находилась под отсеком командного пункта космолета. Это скорее была комната отдыха с  панорамными экранами. Иллюминаторы на космических кораблях давно уже не проектировались, так как они ослабляли структурную прочность и к тому же пропускали поток радиации.  С Ником Окси виделась редко. У них не совпадали смены.  Когда Ник работал, она отдыхала, и наоборот.
- Звездочка хочет в открытый космос сигануть?
Обращение Ника, произнесенное другим мужским голосом, было не только непривычно, но и неприятно. Окси резко обернулась. Перед нею стоял Коди – молодой бортинженер, который с первой встречи на нее запал. И хотя они были  по сути ровесниками, Коди ей казался моложе и невоспитанней. Речь его, как у подростка, пестрела  сленговыми словцами. Воспитанная на классической литературе , она  не принимала такой уровень общения.
- Вообще-то, меня зовут Окси. Ты это знаешь. 
- А Ник тебя звет  Звездочкой.
Это «звет» покоробило ее, и она ответила:
- Quod licet Iovi, non licet bovi!*
Коди смотрел на нее с дурацким выражением лица.
- Опа! Ты че? Обиделась?  Не то сказал?
- Все ясно с тобой. С латинского фраза означает: «Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку»
- Ну, да! Куда нам, инженерам, до астрофизиков, с кодом  доступа С!
Медик Харви, который в Обзорной отдыхал в кресле, хохотнул по поводу их разговора.
Коди воспринял смех только в свою сторону и наехал на Харви:
- Слишком часто в космосе смеяться нельзя  – зубы могут окислиться.
На этот раз медик уже не сдержался и хохотал во всю, без остановки. Коди не мог понять, то ли Харви над ним стебается, то ли он, действительно, сказал что-то смешное. Так и не поняв, Коди  развернулся и ушел.
- Интересный субъект!
- О, да, - Окси улыбнулась.

Теперь она могла любоваться космическим пейзажем. По обе стороны космолета тянулись  две сплошные полосы астероидов. Похоже, что они изо льда. Все сверкали в лучах космолета.  Казалось, что он  летит по черному коридору, стены которого  усыпаны бриллиантами.
Такого в космосе  Окси еще не видела. Девушка спросила у Харви:
- Мы где?
- В кольце Сатурна.  
Окси удивленно подняла брови.
- Ты что не помнишь? Еще со школы? Кольцо Сатурна состоит из двух колец, разделённых чётко видимым зазором -  щелью Кассини. Вот мы между двух колец, в этой щели, и летим.
- А зачем так сложно?
- Затем, что за этими астероидами флот сириусцев нас не запеленгует.
Мы послали им дипломатическую ноту. Если они согласятся на переговоры, один космолет полетит навстречу им. А два останутся здесь.
- А если они его уничтожат?
- Вот поэтому командующий и не рискует всеми тремя. С миссией полетит не вся команда, чтобы минимизировать жертвы.
- А эти люди будут знать, что летят, практически, на смерть?
- Конечно, да!
Окси задумалась, как бы она отреагировала, если бы ей предложили лететь в корабле-смертнике? Можно ли ради высокой цели осознанно идти на смерть? Она сама себе ответила, что можно. Но при этом задумалась, что же испытывает в этот момент человек? Какие чувства и эмоции? Ей показалось, что это очень страшно. Не умереть. Это совершается мгновенно. А пережить понимание того, что тебя скоро не будет. Исчезнет весь этот мир, который ты любишь и которым живешь.

Ник неслышно подошел сзади, ему так хотелось Окси обнять и попрощаться. Но как ей сказать? Редкие моменты, когда в ее глазах застывали слезы, выбивали  его из колеи. И обнять не получится. По уставу не положено.
- Привет!
- Привет! Ты разве не на смене?
- Меня освободили…
И тут Окси по его глазам все поняла. Ох, уж эта женская проницательность! Сразу полоснуло  поперек груди острой болью. В горле возник твердый, как кулак, ком, который давил и мешал вдохнуть и выдохнуть. На глазах выступили слезы, все стало размытым, даже лицо Ника.
- Ну, ну…
Он притянул ее к себе, чтобы успокоить.
- Когда летишь? –  еле выдавила из себя.
- Сейчас…
Из горла вырвался какой-то неопределенный всхлип. Но она все-таки сдержалась, чтобы не разрыдаться.
С одной стороны, Нику приятно было, что у Окси такая реакция. Значит, он ей не безразличен. Но с другой …он не хотел, чтобы она страдала. Ему хотелось ее крепко обнять, прижать к себе, почувствовать жар ее тела. Может, видятся в последний раз. Может, это вообще его последний день. Он резко оторвался от нее и ушел.
А потом были долгие часы ожидания. Космолет Ника  не подавал никаких признаков жизни. Командующий установил контрольное время. Оно прошло. 
« Что с Ником?» - этот вопрос бесконечно стучал в виски  и мешал Окси работать.

Космолет – разведчик  VX-964 вынырнул из щели Кассини и завис в инертном полете над кольцом Сатурна  в обозначенных  сириусцами координатах. 
Никакого вражеского флота…
Уго, командир корабля, оповестил об этом Центр Управления Полетами. Связываться с остальными двумя кораблями было запрещено. С Земли сообщили, что флотилия сириусцев исчезла с радаров. На командном пункте царило напряжение. Все пристально следили за мониторами.  Наконец,  это надоело командиру,  и он кинул на своем родном итальянском:
- Né il sole né la morte  si possono  guardare  fissamente. (На солнце и на смерть нельзя смотреть пристально)
Никто не понял, о чем он. Но то, о чем все думали, озвучил Ник: 
- Исчезли с радаров… Не значит, улетели…
- Вот и я о том же, - кинул Уго. - Возможно, они здесь и смотрят на нас.
Он глянул на Коди и улыбнулся:
- Коди, подбери челюсть.
Ник продолжил  серьезный разговор:
- Ты об эффекте Гадомского?**
- А почему бы и нет. Что-то наподобие.
- Если это невидимый  метаматериал, которым покрыты космолеты сириусцев, его можно прощупать, меняя полосы радиочастот через систему  ТІО***.  Возможно, на одной из них они и проколются. 
- А если они покинули нашу трёхмерную Вселенную и висят над нами  в четвертом измерении? 
Каким бы сверхъестественным ни был вопрос Коди, все подумали о том, что это тоже вариант. 
- L'impossibile è possibile (Невозможное возможно), -  констатировал командир.
- Намутили гуманоиды! Ну, а если они не в другом измерении, а здесь, давайте  пальнем по ним гравидиструктором****. Случайное попадание –  и космолет развалится у нас на глазах, видимый он или невидимый…
- А дальше что? – насмешливо спросил Уго.
Коди не нашелся, что ответить.
- Иди, бортач, лучше промониторь все системы. Неизвестно, что нас ждет.
На самом деле, Уго получил приказ с Земли – ничего не предпринимать и ждать.
- Я попробую? – спросил Ник.
Уго немного подумал и одобрительно кивнул.
- Если что, я в навигаторской…
Система ТIО была последней разработкой Ника перед уходом Окси из Лаборатории Космических Исследований. Код доступа С они получили практически вместе: Ник – за ТIО , а Окси –  за SCAS*****
 Ник и инженеры-баллистики больше часа не отрывались от приборов системы TIO, меняя радиочастоты и прощупывая   ими пространство. 
- Есть!- закричал Уго в командном отсеке.
Мониторы начали «обсыпаться серебром», и на них появились сначала нечеткие контуры, а потом  шесть огромных кораблей сириусцев.
- Ну, Ник! Ну, док! – одобрительно воскликнул Уго.
Вся свободная команда уже подтянулась к отсеку и рассматривала чужую флотилию.
Инопланетные корабли выглядели по-другому. Они были похожи  на небоскребы, зависшие в вакууме. Корабли землян  вытянуты, как обычно, по горизонтали. А здесь вертикальная многоэтажная конструкция с разрастанием 6D  вверх  и вниз. Их было шесть, огромных материнских кораблей, неподвижных и грозных.
- Смотрите, движуха началась!- воскликнул Коди.
Ник, у которого хобби - авиаконструирование, и бортовые инженеры отметили несхожесть с земной инженерией. Наши корабли обычно  состояли из жестко сцепленных неподвижных частей…    Отсеки их кораблей были подвижны, как  лего-конструкция: открывались, передвигались, меняли  свою начальную конфигурацию,  и каждый корабль  индивидуально. Один стал похож на пизанскую башню с арочными отсеками на каждом этаже. Это, очевидно, был ангар. С каждого «окна»  посыпались мини- корабли различной величины и модели и  стали осуществлять сообщение между шестью гигантами. Два других корабля  были похожи скорее  на плавучие заводы. Там постоянно что-то выгружалось-загружалось. Именно возле них было больше всего суматохи. Может, это были ремонтные доки. И хотя разведчик VX 964 находился в непосредственной близости от них и при этом активность инопланетян здесь была самой большой, ничего не было слышно - акустика молчала. Все, как немом кино. Ни рева двигателей, ни скрежета металла… Нет атмосферы - нет звука.