Реинкарнация с подвохом. Книга 1 Домой... на чужбину

Глава 12

В которой я делаю открытие

Софья Ковалевская сетовала: дескать, стоит ей залезть в математику, как она позабывает всё на свете. Если выбросить отсюда «математику», то сказано про меня. И актуально ежечасно. Стоит мне залезть в чужую проблему, как приходится забывать, что та нужна была, как подлодке китовый ус.

Возможно, меня это не красит. Зато украсило мою жизнь, ибо все силы души я всегда отдавала себе и семье. Теперь же членство в почти научном Ордене настырно намекало на обязанность изыскивать и ликвидировать чужие проблемы.

Говорят, ирландские банши, приносящие вести о грядущей смерти, очень трудолюбивы и преданы своему делу. Кух же таскал информацию о неприятностях прямо-таки с садистским энтузиазмом.

– У тебя беда? – мучительно не желая этого, приступила я к допросу.

Причём, начала сразу со второго вопроса, проигнорировав традиционный первый. И, как оказалось, напрасно. Малыш обругал меня за легкомыслие, отрицательно мотая головкой.

– У нас беда, – уныло констатировала я.

Подкатившаяся ко мне Рах взлетела на плечо и яростно зашипела в ухо, почти касаясь его обнажившимися зубками. Меня пробрало и мобилизовало.

– Всё так серьёзно?

Они почти изобразили обморок и потребовали привести себя в походный вид. Я стянула балахон и бросила его на ветку. К нам подлетели Сарг, Алесар, Вотум и Мейхалт: от их внимания не укрылся ажиотаж возле меня, а потому мечи мужики держали наготове.

Узнав, что «у нас беда» они бросили клич строиться. Олсак, чуть не разревелся: новое приключение состоится без него. Барк не бросить: ему нужен серьёзный ремонт. Он и своих людей притормозил, рискуя нарваться на полноценный бунт. А вот гвардейцы вышли в пеший поход по острову в полном составе. Правда, приняли в свои ряды пятёрку, видимо, самых бесполезных матросиков.

Остров не баловал просторами, но мы ползи еле-еле. Пробирались по лесу в партизанской манере, обнюхивая каждый куст и перечитывая каждую подозрительную тропку. Я потеряла всякий счёт времени и терпению, когда наш боевой отряд окончательно остановился и залёг.

Впереди по курсу виднелась крыша какого-то огромного сарая, сложенного из свежеструганных брёвен. Лайсаки волновались и таращились на меня: они, дескать, притащили всех к месту боевых действий, а тут уж вам и карты в руки.

Больше всего боялась, что меня заставят обползать весь этот бревенчатый новострой по периметру. Но Сарг ограничился штурмом широкой двустворчатой двери. Они с Алесаром проникли внутрь в компании Куха с Шехом.

Я начала позорно клевать носом, но меня затрясла Мерона. Внимающей пора продемонстрировать могущество Ордена во всей красе! И я сонной курицей поплелась к распахнутым дверям без малейшего расположения к труду, а тем более к обороне.

Полумрак внутри разбавлял только свет, проникаюший через парадный вход. Я равнодушно огляделась по сторонам и затосковала в предчувствии неприятностей. Мужики отыскали и зажгли три громадных масляных лампы, дающих приличный свет. Затем прикрыли за собой двери, дабы не вызывать подозрений у возможных наблюдателей или прохожих.

С двух сторон просторной прихожей, где мы хозяйничали, обнаружилось по паре дверей.

– Заперто, – пропыхтел Вотум, ковыряя какой-то железякой огромный вычурный замок.

– Замок западных мастеров, – вроде бы равнодушно заметил Сарг, но мне, отчего-то, поплохело.

– У нас таких не делают, – подтвердил Мейхалт, подав своим парням знак не расслабляться.

Вместе с нами границы чужой собственности нарушили моряки и пятеро гвардейцев. Остальные под командой Алесара остались охранять лесные рубежи.

– Кух, ты уверен, что нам всё это нужно? – присела я перед малышом на корточки.

Он так трагично взвыл, что мне поплохело ещё больше. Я осмотрела широкий стол у задней стенки прихожей – рядом с ним толклись любопытствующие морячки. Они подбирались к объёмистому квадратному ящику, занимавшему центр стола. Дотянуться до него, стоя на полу, было невозможно.

Два самых ретивых экспериментатора залезли на стол с ногами. И, трепеща в предвкушении, еле-еле подняли крышку таинственного сундука. Между прочим, железного. И очень-очень-очень толстостенного.

Едва крышку оторвали от сундука, в нос ударила лавина острого и абсолютно ни на что не похожего запаха.

– Что за вонища? – поморщилась я и заткнула ноздри: – Что там протухло?

– Какая вонища? – переспросил Сарг, прищуром взломщика оценивая замок второй двери.

Кто-то пожал плечами. Кто-то мазнул по Сиятельной взглядом и занялся прерванными делами. Одна Мерона шагнула ко мне и пристально посмотрела в район глаз.

– Что ты чувствуешь? – поинтересовалась ведьма таким тоном, что и Сарг, и Вотум с десятником мгновенно отсосались от своих дурацких замков, дёрнувшись ко мне.

– Из этого сундука, – внятно повторила для всех, – невыносимо разит. Но, по всей видимости, только для меня.

– Детка, – напрягся Вотум, – здесь не воняет. И мне это не нравится.

– Слезайте! – приказал Сарг мореходам на столе.