Реинкарнация: уроки выживания в золотой колыбели

Глава 3: Я – секретное оружие отца

Восхождение к вершинам власти и обожания в семье олигарха шло полным ходом. После триумфального освоения ходьбы и речи настало время для более тонких, изощренных методов манипуляции. Ариэль (да, именно так меня нарекли. После того, как я совершенно случайно, конечно же, уронила зажженную папиросу в бокал с шампанским во время семейного совета, где мать настаивала на имени Вероника, отец, вдохновленный этим невинным озорством, выбрал имя, ассоциирующееся с легкостью, воздушностью и морской стихией. Сама невинность, в общем-то!) открыла для себя золотое правило, работающее безотказно: когда ты маленькая, милая и обладаешь ангельской внешностью, взрослые, эти наивные и самонадеянные существа, говорят при тебе ВСЁ.

Мой день, который мог бы быть наполнен радостями младенческой беззаботности и познанием мира через облизывание всего, что попадется под руку, теперь был расписан с точностью и четкостью, достойной самого Джеймса Бонда в подгузниках. Я была агентом 007 на секретном задании по внедрению в высшие эшелоны отцовской империи. Никаких песочниц и колыбельных – только шпионаж, интриги и тайные операции.

7:30 – — случайное— присутствие при утреннем брифинге отца. Под предлогом строительства домика из разноцветных кубиков Лего, я умудрялась обустраиваться прямо у его кресла, где он, еще не до конца проснувшийся и не успевший надеть маску безразличия, обсуждал с правой рукой текущие дела компании. Мои уши, настроенные как локаторы, улавливали каждое слово, каждую интонацию, каждую мельчайшую деталь. А мозг, работающий на турбо-скорости, анализировал полученную информацию и выстраивал стратегические планы на день. Кубики, конечно, были лишь прикрытием. На самом деле я разрабатывала план по захвату мира. Или хотя бы контрольного пакета акций отцовской компании.

10:00 – — тихий час— в коляске у кабинета отца. Клавдия Петровна, покорно исполняющая роль моего личного водителя и телохранителя, катила коляску взад-вперед по коридору, пока я якобы спала. Но на самом деле я не спала ни секунды. Мои глаза, прикрытые лишь слегка, внимательно сканировали входящих и выходящих из кабинета людей, запоминая их лица, имена и манеру поведения. А уши, как и прежде, ловили обрывки фраз и цифры из отчетов, которые, по мнению взрослых, были совершенно неинтересны младенцу. Ха! Как же они ошибались! Цифры – это власть. Цифры – это деньги. Цифры – это ключ к успеху. И я собиралась использовать их в своих целях.

15:00 – — игра— с папиным телефоном. Это было самое рискованное и ответственное задание. Пока отец отвлекался на телефонный звонок или на подписание важных бумаг, я, демонстрируя младенческую любознательность и интерес ко всему новому, тянулась к его смартфону. И, совершенно случайно, конечно же, нажимала на разные кнопки, открывала приложения, отправляла сообщения и совершала прочие шалости, которые, как ни странно, оказывались очень полезными для нашей семьи. Папа считал это забавным проявлением моей гениальности. А я просто использовала свои возможности на полную катушку.

Первое ЧП, как и полагается, случилось совершенно внезапно и в самый неподходящий момент. Отец принимал у себя арабскую делегацию, с которой вел переговоры о поставках нефти. Шейхи, облаченные в белые одежды и увешанные золотыми украшениями, были настроены скептически и требовали немыслимые скидки. Атмосфера в переговорной комнате накалилась до предела. И тут… я вдруг залилась громким, раскатистым смехом.

Переводчик, бедный и несчастный, как побитая собака, побледнел как полотно и начал судорожно искать в кармане валидол. Он подумал, что сошел с ума, что ему послышалось что-то не то, что он неправильно перевел шутку шейха.

— Она… понимает?— – спросил шейх, с искренним интересом разглядывая меня. Его взгляд был пронзительным и оценивающим, как будто он пытался понять, что я за существо и какую опасность представляю для его планов.

— Конечно, нет, мой дорогой друг, – с широкой, располагающей улыбкой, засмеялся отец, пытаясь разрядить обстановку. — Она еще слишком мала, чтобы понимать арабский язык. Просто ей нравятся ваши золотые часы.

Не успел он договорить, как я, подтверждая его слова, с молниеносной скоростью схватила массивные золотые часы шейха и с невинным видом сунула их в рот. Шейх, опешив от такой наглости, не успел даже пикнуть. Он только удивленно хлопал глазами и смотрел, как я смачно обсасываю его драгоценный аксессуар.

Переговоры, как ни странно, пошли значительно успешнее. Шейх, растроганный моей любовью к золоту (или, скорее, моей бесцеремонностью), смягчился и согласился на более выгодные для нас условия. Отец, довольный результатом, наградил меня ласковым поцелуем и новым плюшевым медведем. А я сделала вывод – иногда, чтобы добиться успеха, нужно просто нагло лезть в рот к шейхам.

Но настоящий переполох, достойный пера Шекспира, а если честно, скорее, пера какого-нибудь современного драматурга-абсурдиста, устроил мой небольшой, но очень показательный тест с документами. Отец, пребывая в отличном расположении духа после удачных переговоров, решил немного развлечься и заодно проверить мои умственные способности (или, скорее, потешить свое самолюбие).

Он разложил передо мной на столе три абсолютно разных документа:

1) Контракт с логотипом нашей компании, с изображением гордого орла, раскинувшего крылья над земным шаром.

2) Годовой отчет конкурентов, с их скучным и безликим логотипом в виде абстрактной геометрической фигуры.

3) Счет из дорогого ресторана, куда отец ходил на деловые обеды. Счет был внушительный и включал в себя такие деликатесы, как икра белуги, трюфели и выдержанное вино.

— Где наш орел, малышка?— – спросил он с лукавой улыбкой, скорее для смеха, чем с надеждой на правильный ответ. Он, очевидно, считал это невинной забавой, способом скоротать время и немного расслабиться после напряженного дня.

Я, не раздумывая ни секунды, вытянула свой пухлый пальчик и безошибочно ткнула в эмблему нашей компании.

Ассистент отца, молодой и амбициозный парень по имени Игорь, стоявший рядом и записывавший все происходящее в свой iPad, от неожиданности выронил свой гаджет на пол. iPad с грохотом разбился, разлетевшись на мелкие осколки. Но никто не обратил на это внимания. Все взгляды были прикованы ко мне.

С этого дня, как по мановению волшебной палочки, началась наша тайная игра. Отец, пораженный моими способностями и вдохновленный моей гениальностью, решил использовать меня в качестве секретного оружия в своей борьбе за власть и деньги.

В мою коляску был встроен миниатюрный диктофон, замаскированный под плюшевого мишку. Мишка, которого я ласково прозвала Микрофончиком, записывал все разговоры, которые велись вокруг меня, собирая ценную информацию о наших конкурентах, партнерах и недоброжелателях.

Во время важных переговоров, на которые меня брали с собой в качестве талисмана удачи, я играла с папиным планшетом. На самом деле я не играла, а внимательно изучала документы, которые мелькали на экране, и, совершенно случайно, конечно же, нажимала на кнопку сохранения файлов, отправляя копии секретных бумаг на мой личный почтовый ящик, созданный Клавдией Петровной под кодовым названием Детские рисунки.

А когда мне становилось скучно или когда я чувствовала, что назревает какой-то подвох, я начинала совершенно случайно рвать самые важные страницы из документов. Отрывки контрактов, финансовые отчеты, стратегические планы – все летело в клочья под моими маленькими, но сильными ручками. Отец, конечно, ругался, но втайне был доволен. Он считал, что я инстинктивно чувствую опасность и уничтожаю все, что может навредить нашей семье.

Апогеем моей карьеры в качестве секретного агента стал скандал на встрече с немецкими партнерами. Немцы, самоуверенные и наглые, как танки, начали давить на отца по поводу скидок, угрожая разорвать контракт и перейти к конкурентам. Атмосфера в комнате накалилась до предела. Отец, с трудом сдерживая гнев, пытался убедить их в своей правоте. И тут… я вступила в игру.

Демонстративно и с отвращением плюнула манной кашей в галстук главы немецкой делегации, толстого и неприятного типа с красным лицом и сальными волосами. Каша, попав на его идеально выглаженный галстук от Brioni

, оставила безобразное пятно, вызвав у немца приступ ярости.

2. Воспользовавшись всеобщей суматохой, я ловко схватила портфель этого же немца и с силой швырнула его в ближайший фонтан, украшавший переговорную комнату. Портфель, с глухим плеском упав в воду, мгновенно намок, а из него начали выплывать ценные бумаги и документы.

3. И, чтобы окончательно сорвать переговоры, я устроила истерику с криком — Няяя!—, которое, как ни странно, звучало подозрительно похоже на немецкое — Nein!—. Мой крик был настолько громким и пронзительным, что немцы заткнули уши и начали нервно переглядываться.

Через неделю выяснилось, что немцы подсовывали нам фальшивые сертификаты качества на свою продукцию. Если бы мы подписали этот контракт, то понесли бы огромные убытки и потеряли бы свою репутацию. Отец, потрясенный моим прозрением и моей преданностью, купил мне мою первую акцию компании. — Мой талисман,— – сказал он с теплотой в голосе, впервые разрешив мне заснуть на документах в его личном сейфе. – — Ты – мой ангел-хранитель—.

А я, засыпая на пахнущих деньгами и властью бумагах, обдумывала новый план – как бы научиться печатать на машинке, чтобы можно было собственноручно править контракты и устранять все подозрительные пункты.

Но тут в моей идеально выстроенной жизни, полной интриг, тайн и финансовых махинаций, произошли события, которые перевернули все с ног на голову. В нашу жизнь ворвалась… моя мать.

Она вернулась из очередного модного показа в Милане, свежая, отдохнувшая и полная новых идей. Она была похожа на экзотическую птицу, прилетевшую из далеких стран, чтобы поразить всех своей красотой и великолепием. Она была одета в платье от Valentino, стоимостью целое состояние, и увешана драгоценностями от Cartier. Она пахла духами от Chanel и излучала уверенность и самодостаточность. Она была настоящей королевой. И, как оказалось, она не собиралась уступать свой трон кому-либо.

Ее приезд вызвал в доме переполох. Прислуга бегала, как ошпаренная, готовя комнаты и накрывая на стол. Отец нервно поглядывал на часы и постоянно кому-то звонил по телефону. Клавдия Петровна, обычно спокойная и невозмутимая, суетилась и поправляла мне платьице, как будто собиралась выводить меня на смотр невест. Все ждали ее приезда с трепетом и волнением.

И вот она появилась. В дверях гостиной возникла высокая, стройная фигура в ослепительно белом платье. Ее лицо, обрамленное темными волосами, было идеально накрашено. Ее глаза, большие и выразительные, смотрели на всех свысока. Она была прекрасна и надменна.

— Здравствуй, дорогой,— – произнесла она своим мелодичным голосом, подойдя к отцу и одарив его легким поцелуем в щеку. – — Я так соскучилась!—

Отец, немного смутившись, обнял ее в ответ. — Я тоже рад тебя видеть,— – пробормотал он. – — Как прошла поездка?—

— Прекрасно,— – ответила она с улыбкой. – — Я видела столько новых коллекций, столько интересных людей. Милан – это просто рай для модниц!—

Затем ее взгляд упал на меня. Она удивленно вскинула брови и подошла ко мне ближе.

— А это кто такая?— – спросила она, указывая на меня пальцем.

— Это… наша дочь,— – ответил отец, немного запнувшись. – — Ты же знаешь, Ариэль—.

— Ах, да,— – протянула она с деланым интересом. – — Наша дочь. Какая она уже большая! И на кого же она похожа?—

Отец, не зная, что ответить, пожал плечами. — Наверное, на нас обоих,— – сказал он неуверенно.

Она присела передо мной на корточки и внимательно посмотрела мне в глаза. — Какие у нее странные глаза,— – произнесла она. – — Слишком умные для ребенка ее возраста—.

Я, не моргнув глазом, ответила ей тем же взглядом. Я не собиралась уступать ей ни пяди земли. Я знала, что она видит во мне соперницу, угрозу ее положению в этом доме. И я собиралась доказать ей, что она права.

С этого дня в нашем доме началась настоящая война. Война за внимание отца, за власть и за право называться хозяйкой этого дома. Моя мать, привыкшая к роскоши и поклонению, не собиралась мириться с моим присутствием. Она всячески пыталась меня дискредитировать, выставить в дурном свете и избавиться от меня.

Она жаловалась отцу на мой плохой аппетит, на

мои капризы, на мои странные привычки. Она говорила, что я слишком много времени провожу с документами, что я плохо влияю на прислугу, что я вообще ненормальный ребенок.

Отец, разрываясь между мной и своей женой, пытался сохранить нейтралитет. Он любил нас обеих, но не знал, как поступить правильно. Он был в замешательстве, в растерянности и в отчаянии.

А потом случилось то, чего я никак не ожидала. Мои родители… развелись.

Однажды вечером, когда я сидела в своем кабинете и изучала финансовые отчеты, отец вошел ко мне с грустным лицом.

— Ариэль,— – сказал он, – — мне нужно с тобой поговорить—.

Я отложила бумаги в сторону и внимательно посмотрела на него. Я почувствовала, что произошло что-то серьезное.

— Твоя мама… ушла,— – произнес он с трудом. – — Она решила, что нам лучше расстаться—.

Я молчала. Я не знала, что сказать. Я была потрясена.

— Я знаю, что тебе сейчас тяжело,— – продолжал отец. – — Но я обещаю тебе, что все будет хорошо. Мы справимся. Мы будем вместе. Мы будем счастливы—.

Он обнял меня крепко-крепко, и я почувствовала, как он дрожит. Я поняла, что ему сейчас еще тяжелее, чем мне. Я знала, что должна быть сильной ради него.

— Я люблю тебя, папа,— – прошептала я. – — Я всегда буду с тобой—.

С этого дня моя жизнь изменилась навсегда. Я стала не просто дочерью олигарха, а его единственной опорой и поддержкой. Я стала его советником, его другом и его партнером. Я стала его секретным оружием.

И я поклялась себе, что сделаю все возможное, чтобы он был счастлив. Я поклялась себе, что отомщу всем, кто причинил ему боль. Я поклялась себе, что захвачу этот мир и положу его к его ногам.

Я – Ариэль. И я – не просто ребенок. Я – секретное оружие отца. И я готова к войне.