Реки Млечного пути

1.1. Баллада о Дитя Звезды

Я давно не видел здесь таких звезд. Кто вы?

Нет, я не прогоняю вас… Присядьте, устройтесь поудобнее – эта лодка плывет неспешно, но куда торопиться, если время ползет медленнее, чем в реальном мире?.. Чувствуете, как неспешно скользят волны? Прошу сохранить терпение – дорога может быть долгой. Мой господин спит, сраженный заклятием Верховной Звезды… представляете, нынче Звездам нельзя испытывать малейшие чувства сопереживания! Впрочем, я лишь глупое создание искаженной реальности – куда мне до гениальности Верхушек… А Млечный Путь бесконечен, наша дорога будет долгой… До тех пор, пока вы не решите сойти с лодки, разумеется.

Зовите меня Лодочником. Мое настоящее имя в эту минуту не играет абсолютно никакой роли – понимаю, что это может быть непривычно, ведь вы, существа, привыкли привязывать вещам наименования… Что ж, пусть я буду привязан к лодке…

Воды Млечного Пути содержат в себе множество историй, но не каждый может их прочесть. Хотите услышать парочку? Разумеется, только чтобы не слышать того, как я бессмысленно рассуждаю о смысле жизни… Секунду, мне стоит зачерпнуть воды… Вот так. Вы устроились поудобнее? Тогда сегодня воды поведают нам о Дитя Звезд…

…Дитя, рожденное Звездой Верховной, удостоилось чести проявить себя – спустившись в нежном паланкине на землю враждующую. Ей был уготован указ: вернуть здесь жизнь мирную. Люди зачастую не ценят того, что имеют, не ценят жизнь – решив, что будет лучше решить все проблемы насилием и кровью, они принялись уничтожать друг друга, погружая дома в землю, а людьми украшая колы и петли. Дитя Звезд, обладая нежной неокрепшей душой, был сущностью ранимой – не ожидал он того, что люди, по чьему подобию он был создан, окажутся такими устрашающими. Не ожидал он видеть столько крови…

. . . ох, вам удобно? Простите за тряску – моему господину снится кошмар, воды бунтуют.

Дитя Звезд решил, что должен помочь каждому – стараясь игнорировал свой страх, он протягивал руку каждому нуждающемуся, веселил каждого опечаленного, кормил каждого голодного. И люди тянулись к нему – молились, просили, старались делать подношения. Вот только что-то в душе юного Дитя не понимало смысла таких «подачек» - да и я его прекрасно понимаю… Знали бы вы, сколько существ приходило делать подношения моему господину. Бедный, он так смущался. Что ж до истории, мм…

Молодые души просят перемен, просят спокойствия – один из летчиков мечтал о мирной жизни где-то на маяке, погрузив свои руки в создание картин. Если память меня не подводит, то звали его Марком… сослуживцы коверкали имя его, называя Маком в честь цветка, но мальчишку это совершенно не обижало. В маках было что-то, что тянуло его – наверное, это была любовь с первого взгляда. Звездное Дитя столкнулся с ним тогда, когда бедняга-летчик собирался съесть оставшийся кусок хлеба, спрятавшись в окопе – но, увидев подростка, еще совсем босого, отдал хлеб ему. У Марка была действительно большая и теплая душа.

С того момента завязалась их дружба. Дитя Звезд был добр к Марку, а Марк был добр к Дитя Звезд. Много воды утекло с тех пор: был и голод, и обстрелы, и руку бедный летчик потерял… Как и все, Марк видел в Дитя спасение, то, что поможет миру их избавиться от войн и страданий – бедный, бедный юноша, как же он заблуждался!..

Война не щадит никого. Жестока, ужасна, она отнимает у людей последний кусок хлеба, измываясь над ним и втаптывая его в грязь… Представьте себе, как Дитя Звезд с каждым днем разочаровывался в людях все больше. Казалось, что невозможно найти решения их проблеме, казалось, что их вовсе невозможно остановить – сколько бы Дитя не пытался, люди лишь отворачивались от него, прогоняя и не давая крова над головой.

Лишь Мак был к нему также добр, как и раньше: постоянно позволял Дитя укрываться в своем доме, отдавал ему последнюю еду, лишь бы тот не был голоден, укрывал своей потрепанной, несколько раз заштопанной курткой… В холодные, долгие ночи, когда вокруг было спокойно, Марк учил дитя шить – зашивал перед ним проплешины на одежде, а Дитя повторял, учился, познавал новое. Здесь, с Марком, он не чувствовал себя брошенным – по его телу текло то самое прелестное чувство, которым так дорожит мой господин… Даже я сейчас позавидовал бы его умению любить.

Но люди продолжали убивать друг друга.

Дитя впадало во мрак с каждым днем все больше и больше. В душу его приходило осознание того, что более ничего сделать не получится – люди попросту не хотят быть услышанными, они погрязли в пучине раздора слишком крепко, и их не смог бы вытащить даже сам Сириус…

— Давай сегодня ты не полетишь? — вопросил однажды Дитя, смотря за тем, как Марк собирается в очередной полет. Дитя любил сидеть на крыле его самолета… беззаботно болтая ногами, он, кажется, забывал на время о том, ради чего был призван на эту землю. — Без тебя скучно! И холодно без куртки…

Но на сей раз Марк остался глух к его просьбе. Помнится мне, мальчишку сняли с крыла, укрыли курткой и отвели в безопасное место.

— Я скоро вернусь, обещаю, — в последний раз шепнул Марк, гладя Дитя по макушке. — Закончу со всем и вернусь, хорошо?

. . .

. . . извините, задумался. Вспоминать что-то через воды Млечного Пути больно – мой господин воспринимает все слишком близко к сердцу.

Марк не вернулся в тот день. Его самолет потерпел крушение — был подбит и взорвался при соприкосновении с землей. Дитя Звезд потерял единственный смысл своего пребывания на этой планете – потерял единственного человека, чье сердце не было очернено жаждой мести и убийств. Да, Марк и правда до конца своей жизни жил своей мечтой… Жил тем, что вдохновляло его, тем, что могло бы обеспечить Дитя лучшую жизнь. Это похвально.