Реки, текущие вспять

Глава 5

Каково это – раз за разом встречать лицом к лицу свой самый страшный кошмар? Теперь я знал. Не понимаю только – отчего Вселенная постоянно сталкивает тебя с тем, что ранит больше всего? Ведь у каждого человека есть своё уязвимое место. И почему-то так случается, что именно туда в жизни полетит больше всего стрел.

В тот миг, когда измученный всем пережитым и едва стоящий на ногах от усталости, я встретил в том коридоре Антона – кое-что понял. Например, почему, несмотря на всё, что он творил, я до сих пор не отформатировал ему мозги. Почему оставил это мелкое чудовище скалить зубы и огрызаться на меня всякий раз, когда думает, что я не вижу.

Потому что он – моё зеркало. Я много, много раз оказывался на тонкой грани и готов был впустить в душу ненависть; обратить отчаяние в щит, а злость – в обоюдоострый кинжал. Правда, в моём случае последствия для окружающих были бы намного, намного серьёзней. Наверное, Антон был нужен мне как напоминание и предостережение. Он давным-давно снял все свои барьеры и заслоны – я же ещё держался за стены, которые воздвиг глубоко внутри и за которыми хранил самое драгоценное, то, что позволяло держаться на плаву. Например – воспоминания о моём Ангеле… И мечты когда-нибудь его найти. Я очень хотел в тот миг, когда это случится, быть достойным такой встречи.

Значит, я не могу никому позволить выбивать кирпичи из моих личных крепостных стен.

Наверное, Антон прочёл что-то на моём лице, потому что отвернулся и медленно ушёл в тень. Мы не сказали друг другу ни слова, но я был уверен, что война возобновиться. Ну что ж, я готов… Только не сегодня. Хорошо бы для начала хоть немного отдохнуть.

Возвращаться в старую спальню не хотелось – вряд ли моя кровать по-прежнему пустует, да и не в том я был состоянии, чтобы тратить последние силы на возможную «тёплую встречу» от заклятых друзей. Сомневаюсь, что они по мне так уж соскучились.

Поэтому я сделал самое простое – поднялся на второй этаж, нашёл бельевую, вскрыл замок и улёгся прямо на стопки запасного постельного белья. Странно, но знакомые запахи успокоили. Вдруг почувствовал себя дома. Неужели я и правда так сильно сросся с этим местом? Об этом стоило серьёзно поразмыслить, но забытьё накрыло непреклонно в ту же секунду…

…И мне снова приснился Ангел. Как же давно я не видел его во сне!

Но сегодня этот золотой свет не дарил успокоения – он источал тревогу, он мерцал, подобно звезде, запутавшейся в траве, бился как сердце, которое вынули из груди и сжали в ладони.

А вокруг подступали тени, и мрак тянул свои щупальца к Ангелу, чтобы погасить его нежное сияние.

И я рассвирепел. Ворвался в эту копошащуюся тенями тьму, как клинок вонзается в плоть врага. С яростью и упоением.

Кольцо тьмы было слишком широко, а ночь слишком властна в этом месте – и я не мог подобраться к Ангелу поближе, чтобы помочь, защитить, сберечь его дивный свет. Я почти ничего не видел вокруг, но всей кожей ощущал, как подчиняются мне и отвечают на мой зов силы земли, что дремали под ногами. Гигантские комья земли, что я вырывал из-под корней деревьев, чьи силуэты маячили вокруг едва различимые, камни и неведомо откуда взявшаяся тут речная галька – они разлетались в стороны и, пропитанные моей силой и гневом, разили теней не хуже стали.

Вот только я ни на шаг не приблизился к Ангелу и не знал, хватит ли ему сил противостоять тьме в одиночку…

Потому что потом я проснулся.

Когда упал на пол.

Оказалось, во сне я и впрямь выпустил на свободу свою магию – и она знатно порезвилась в этой маленькой комнатке. Помяла старый железный шкаф, погнула плафоны люстры, искорёжила ножки кровати, с которой я и грохнулся, приземлившись, по счастью, на ворох постиранных простыней, который сам же и смахнул вниз, пока боролся с невидимым врагом.

Я понятия не имел, как буду утром всё это безобразие объяснять. Хотя… Можно ведь и потренироваться в исправлении последствий – наверняка на будущее пригодится!

Заснуть снова не вышло, как я ни пытался. Так и остался в неведении относительно исхода боя. Оставалось лишь верить, что Ангел справится и без меня. Пока – без меня.

Лесная тишина взорвалась шёпотом и бормотанием, скрипами и стонами. Тени меж деревьев сгустились и наполнились клубами мрака, который заползал на белые стволы берёз, карабкался по ним и очень скоро вычернил дотла.

Купава бросилась догонять единственное белое пятно в окружавшем её безумии чёрного – Дарину. Навкина спина мелькала впереди меж деревьев, и казалось, вот-вот она коснётся её – но стоило моргнуть, и та снова исчезала, будто и не было никогда.

Стоп. Надо остановиться и подумать. Ты же волхва, ты же чувствуешь – что-то не так, неправильно…

Купава встала как вкопанная и закрыла глаза, стараясь не замечать, что сейчас происходит вокруг. Сложила ладонь с ладонью и мысленным взором вызвала огонёк меж ними. Потом вскинула руки, и с них сорвались снопы золотых искр, разлетелись во все стороны, каплями живительного дневного света порвали тьму на лоскуты. Совсем не надолго, но и того хватило, чтобы увидеть – Дарина и впрямь была совсем рядом, вон же её тонкий силуэт за соседним деревом, и как не заметила…

Нужно было лишь шагнуть тем особым, скользящим шагом, которому учил её леший – что не приминает травы, не распугивает лесного зверья, но словно бы бросает землю тебе под ноги в два раза быстрее и проводит самой короткой тропой туда, куда хочешь попасть.

Купава успокоила дыхание, сосредоточилась и сделала шаг. Она слишком была потерянной всё это время из-за того, что стала навкой. Да так, что позабыла, что всегда была прежде всего волхвой.

Ещё миг – и она зачерпнула ладонью пустоту. Вернее, это место казалось пустым, но тонкие пальцы волхвы безошибочно ухватили Дарину за плечо и повернули к себе лицом.