Ректор академии оборотней

Глава 1

Говорят, он безумно красив. Его белые волосы нежнее шелка, а взгляд... — подруга мечтательно прикрыла глаза, — он прожигает тебя насквозь. Белый медведь. Последний в своём роде.

— Получается, он самый сильный из оборотней? — уточняю я у той, кто уже давно в этом мире. То есть с рождения. А вот я прибыла недавно, когда в первый раз превратилась в лису. Рыжая копна волос и дар, который передаётся выборочно.

— Как он силен! — простонала Азалия, сжимая кружку с чаем в академической столовой.

— Ну хватит так вздыхать, ты же гордая волчица! — подтруниваю я её.

— Я бы отдала ему свою гордость...

— Ты хотела сказать невинность? — ухмыляюсь и вижу точно такую же улыбку в ответ. Извращенка.

Мы стали сосед— ками по комнате. Первый курс академии оборотней, где собирают перевёртышей из двух миров. Сейчас мы люди, а на полигоне будем учиться плавно превращаться в своих зверей. Я в лису, а горделивая Азалия — в волчицу. Нас научат сдерживать зверя, искать с ним общий язык, договариваться и, самое главное, не жрать никого в зверином облике.

Здесь нет альф и омег, но есть иерархия, выстроенная самой жизнью: сильные с сильными, слабые с слабыми.

Наш союз с Азалией не случился бы, если бы её средство передвижения не сломалось, и она не опоздала на приемную комиссию в день заселения. Свободная кровать была только у меня в комнате, поэтому её подселили ночью, когда всем хотелось спать, а не выяснять отношения.

Все, кто прибыл с земли, мечтали туда вернуться, но и здесь, в этом магическом мире, могли попытать удачу. Нужно только получить диплом академии оборотней, научиться выдержке, дать непреложный обет защищать тайну оборотней. Три года. Пока именно такой срок учебы мне озвучили. Из них прошло уже три месяца. Но всё скоро поменяется. Новый ректор, посланный к нам инквизицией, будет что-то вынюхивать. Его пост слишком высок, чтобы выполнять простую работу ректора, но слухи среди студентов расходятся мгновенно, иногда даже быстрее, чем молния.

Мне выдали форму, но в свободное время я ходила в земной одежде, напоминая себе о доме. Моя бабушка такая хитрая лиса, что я бы никогда не догадалась, что она оборотень. Она красила рыжие волосы в темный цвет почти всю жизнь, и только к пятидесяти годам, когда решилась на короткую стрижку, я увидела её настоящий окрас. Теперь-то я уже понимала, как и каким образом она разбиралась в кулинарии. Эта наглая лисица построила целый бизнес на сладких десертах, а когда я спрашивала, как она узнает, какой именно ингредиент и в какой пропорции добавить, она просто отмахивалась. Говорила, что опыт. На самом деле — острое обоняние. Ох, лиса. Лиса, каких ещё поискать. Хитрая, но без гнусности. Это мне всегда в ней нравилось, а вот с мамой я общего найти не смогла. Она слишком нежная, мягкая. Оказалось, что генетика подшутила и дала моей маме белые ушки и розовый носик, сделав её милым кроликом. Поэтому мы особо не ладили: там, где нужно было показать характер и оскалиться, мама всегда отступала и пряталась за спину мужа. Уже третьего, но любимого. Мужчины боготворили её, носили на руках, а мы с бабушкой решили жить вместе, когда мне было ещё десять. Теперь мне восемнадцать, и осознание догоняет меня, подкидывая всё новые и новые моменты из прошлого. Белый окрас для кролика всё-таки редкий, а бархатная кожа мамы... Её большие милые глаза... Она — само очарование, но воспитать меня как лису, как это делала бабушка, она бы просто не смогла.

Мне всегда хотелось цапнуть кого-то за ногу. Нет, правда. Бешеное желание схватить за штанину и с треском её порвать. Тут я поняла, что такое почти у всех. Клыки чешутся. Но это только в самом начале. Три года обучения, и я, перевоплотившись первый раз совсем недавно, научусь контролю в зверином облике. Если моя подруга должна стать горделивой, статной, властной женщиной, то я должна стать очаровательной соблазнительницей с хитрой улыбкой. Волки просто млели от лисиц. За Азалией гонялись уже трое парней, а за мной пока ни одного. Лисичка во мне спала, по крайней мере её сексуальная привлекательность. Я ещё не встретила того, кого хотела бы соблазнить. В нашем мире это называется "не ёкнуло", а тут говорят "не тряхнуло хорошенько".

Я так поняла, меня должно затрясти, когда я влюблюсь. Странно, конечно, но, если говорят — значит, правда.

К Азалии подбежала одна из волчиц и шепнула ей что-то на ухо. Убралась так же быстро, как и появилась. Подруга перевела на меня взгляд, а на лице почти трескается улыбка по швам.