Ректора тоже можно вылечить

2.2

Это была засада. Его даже перекосило внутренне от осознания собственной беспечности. Однако Бойден решил, что справится. В конце концов, он боевой генерал, и как-нибудь сумеет сохранить в своем доме строгий уставной порядок.

- Это ваша комната, - произнес он, показав на дверь гостевой. – Можете располагаться.

Та сурово оглядела коридор, в который выходила еще одна дверь, и спросила:

- Возможно, мне лучше расположиться на первом этаже?

На первом этаже? Бойден прикинул, что там у него только гостиная, столовая и кабинет. В качестве спальни можно было использовать разве что кабинет, других изолированных комнат просто не было. Стоило представить, что эта особа обоснуется в его кабинете, его чуть не затрясло.

- Это исключено, - отрезал он холодно. – Вы будете жить здесь.

И снова показал на дверь гостевой.

Фрёкен взглянула на него молча. Ему как-то приходилось слышать от своих солдат, что есть выражение: посмотрит – золотым одарит. Так вот, сейчас у него было ощущение, что у него золотой вычли.

Тем не менее.

- Вам все понятно, фрёкен Аннхен? – осведомился он сухим тоном.

- Да, - домоправительница кивнула.

- В таком случае можете приступать. А я вынужден вас покинуть, у меня еще дела.

И направился к лестнице. Судя по шелесту юбок, домоправительница последовала за ним. А странное это было состояние – ощущать ее за спиной. Как будто все рецепторы оголились и настроились на нее. Однако он уже спустился в холл.

И там повернулся к ней лицом и произнес:

- Фрёкен Аннхен, сегодня вернусь поздно. Но я хочу к ужину утку.

Домоправительница продолжала смотреть на него. Никаких эмоций.

- Ужин оставьте на столе в кухне, - сказал он наконец и вышел из дома.

Ощущая, что у него слегка спирает дыхание.

Потому что любая нормальная дама сочла бы своим долгом хотя бы улыбнуться напоследок. Потом он в очередной раз себе, что она не дама, а домоправительница.

Впрочем, все это не имело значения, главное, что в его доме были чистота и порядок. И да, если честно, он предвкушал утку на ужин. Даже фантазировал на тему румяной корочки и ароматного жирка. Но недолго.

Ему нужно было еще вернуться в Академию, проверить, как там справлялся в его отсутствие Смайз, а потом наведаться в бюро расследований. Дамиану требовалась его помощь в оперативной работе. Этим вечером они должны были кое-кого выслеживать в доках.

***

Стоило появиться в приемной своего кабинета, Смайз опять уставился так, словно у него две головы выросло.

- В чем дело, Смайз? – осведомился он.

- Ничего, мессир, то есть, генерал, - Смайз вытянулся в струнку. – В ваше отсутствие без происшествий.

- Это хорошо, - он кивнул. – Держи меня в курсе, если возникнут новости.

Ушел в кабинет, заперся и переоделся в неприметную темную одежду. У него имелась такая и дома и здесь, на случай, если экстренно придется заняться оперативной работой. Оттуда он переместился порталом в бюро расследований. И они весь вечер проторчали в доках. Выслеживали подозреваемых по делу о контрабанде списанного оружия.

К себе в дом Арчи Бойден вернулся уже ближе к полуночи. Зашел со стороны сада через черный ход. В доме было темно и тихо, он наскоро переоделся в подсобке, вымыл руки и отправился на кухню ужинать.

Ему уже мерещилась сочная жареная утка, покрытая хрустящей румяной корочкой. Ммм. Войдя в кухню, он замер как вкопанный. Его ужин…

Там была простокваша, какие-то тушеные овощи, непонятная запеканка.

Где, черт побери, утка?!

И тут он увидел это медицинское приспособление. Стояло в сторонке на стуле.

У ректора в глазах потемнело. Даже на миг показалось, что из него сейчас неконтролируемым шипением полезет внутренняя сущность. Он еле сдержался, что не вытряхнуть эту фрёкен из постели и спросить. Что это, бездна его раздери, значило?!

Ужинать он, разумеется, не стал. Какой может быть ужин в таком состоянии?! Он ни к чему не прикоснулся и ушел спать. Разборки с домоправительницей он намерен был чинить с утра. Месть блюдо холодное.

***

Утром, проснувшись по обыкновению рано, Арчи Бойден в одних брюках с полотенцем на шее направился в свою ванную. Открыл дверь и застыл на пороге.

Его домоправительница в нижнем платье, открывавшем шею и руки, умывалась перед раковиной.